Но ощущение такое, что не спала вовсе. В глаза словно песка насыпали, а тело ноет и не желает гнуться.
Пора собирать Аришку в садик. Варю кашу, и ставлю перед ней ароматную тарелку. Она печально ковыряет в ней ложкой совершенно без аппетита.
— Не нравится каша?
— Очень вкусно, мама. Как всегда, — говорит она, не пробуя, — просто не хочется.
Сердце разрывается. Как же её утешить?
— Малышка моя… Может, хочешь на завтрак чего-нибудь другого?
— Да нет… Совсем есть не хочется.
— Тогда, может, без завтрака обойдёмся? — задумчиво и заговорщицки улыбаюсь, — А вместо этого будем пить чай. С орешками в шоколаде.
Её любимое лакомство. Уж если это не сработает, её сейчас больше ничего не утешит.
К счастью, в её глазах пробегают искорки, и она слабо улыбается.
— А можно? Давай.
Пять минут, и на столе возникает небольшой натюрморт. Я также достала остатки вчерашних пряников и нарезала парочку яблок.
С пряником во рту Арина вдруг перестаёт жевать, откладывает его в сторону и опускает голову.
— Что такое, зайчик?
— Я думала, папа меня любит… — тихо шепчет она и на стол капает слеза.
Беру её за руку, и не знаю, что сказать. Что вообще может облегчить её боль? Наверное, такого и не существует в мире.
— Маленькая моя…
Хочется рыдать в голос вместе с ней. Она не заслужила такого.
— Мама, я не хочу сегодня в садик, можно я не пойду?
— Можно, солнце. Давай сегодня устроим пижамный день?
— Как это?
— Это когда весь день ходишь в пижаме, смотришь мультики, ешь вкусняшки и обнимаешься с мамой.
Она смущённо улыбается.
— Да… Хочу пижамный день.
— Значит, так и будет. Чур, первый мультик выбираю я.
Она вскакивает с места и утыкается лицом мне в грудь.
— Мама… А ты точно никуда от меня не уйдёшь?.. Ну… Как папа…
Аж скулы заболели от горечи.
— Нет, Арина. Я всегда буду с тобой, моя хорошая. И никогда не брошу.
Телефон вибрирует. СМС от Андрея. Явился, не запылился.
Интересно, конечно. Но мне сейчас не до этого. Арина только-только перестала плакать.
Мы идём в гостинную, и я включаю какой-то мультик про принцесс. Арина усаживается поудобнее на диван, и я приношу ей из спальни одеяло.
Хорошо, что у меня есть неприкосновенный запас всяких вкусных вредностей. Сегодня можно.
Ставлю на кофейный столик перед диваном ещё кружку чая, предаю ребёнку шоколадку, и забираюсь с ногами на диван.
Мы вместе укрываемся мягким тяжёлым одеялом, и, кажется, одновременно выдыхаем от облегчения. Это наша с ней крепость. Где нам хорошо и уютно.
Я вспоминаю, что нужно предупредить воспитательницу, что Арины сегодня не будет, и беру телефон.
Всё так же висит СМС от Андрея.
Быстро отправляю сообщение в садик, и собираюсь с мыслями, чтобы открыть сообщение от НЕГО.
К счастью Арина увлечена мультиком, и не смотрит на меня, или в телефон.
“Пришёл результат” и прикреплённый файл.
С замиранием сердца открываю его.
Хотя в глубине души, знаю, что там написано.
15
“Вероятность материнства — 0 %”
Вот так просто.
Предыдущие сомнения развеялись, и добавился океан новых.
Как это произошло? И что теперь делать?
Становится холодно, и я поглубже кутаюсь в одеяло.
— Мама, а можно дальше Смешариков? — Арина поворачивается ко мне.
Пытаюсь быстро убрать смятение со своего лица и улыбаюсь.
— Конечно, солнце. Всё, что захочешь.
Закрываю документ, отключаю телефон, и отбрасываю на диван подальше от себя. Переключаю мультик и гляжу вместе с малышкой в экран, делая вид что тоже смотрю. Ведь мои мысли сейчас совсем в другом измерении.
Прижимаю к себе Аришку покрепче. Это всё неважно. Это не имеет значения. И ничего не меняет. Арина — моя дочь. Я её растила. И я её люблю.
Я не предам её, в отличие от некоторых… Мне не важно, сколько моей крови в ней. Она тянется ко мне, как обычный нормальный ребёнок тянется к матери. И я буду чудовищем, если не буду ценить эту искреннюю детскую любовь.
Сергей вот не ценил. Удивляюсь, как ему хватило духа переступить через ребёнка, не оглядываясь. Она ведь любит его, как и раньше. Для неё ничего не изменилось, кроме того, что отец её предал и бросил её…
И ведь получается, что где-то есть моя родная по крови дочь. Что с ней? С кем она? Всё ли с ней хорошо?
А вдруг она в беде, а я даже не знаю о этом?
Как ее теперь искать? Обратиться в роддом? “Здравствуйте, вы тут четыре года назад детей перепутали, дайте телефончик, кому мою дочь отдали?”. И пошлют они меня далеко и надолго.
А Арину эта новость раздавит и уничтожит. Только что от неё отказался папа, а мама оказалась и не мамой вовсе. И, возможно, нам с ней тоже придётся расстаться.
Прошибает холодный пот. Поглаживаю Аришку по плечу, чтобы успокоиться.
Рано о таком думать. Ещё ничего неизвестно. И непонятно, что делать.
Хотя нет — одно ясно. Арина ничего не должна об этом знать. По крайней мере, пока.
Даже не представляю, как ей об этом сказать. Рассказать, что папа от нас ушёл, по сравнению с этим — цветочки.
Да, и я сплоховала в этом плане. Совершенно не готовилась её об этом поведать, а поэтому так сумбурно вывалила это на бедного ребёнка. Поэтому, чтобы рассказать ей о родстве, нужно будет как следует подготовиться. Подобрать слова. Понять, с какой стороны к ней подступиться. Ей ведь сейчас и так несладко.
Как же сказать ей, чтобы не сделать ещё больнее?
И как же меня занесло в эту ситуацию?.. И как это всё решать…
Ком проблем вроде бы только недавно исчез, а теперь собрался заново, и теперь он вдвое больше.
Соберись, Марина. Ты со всем справишься. Нужно только понять, в каком направлении двигаться.
А нужно ли вообще двигаться? Может, оставить всё как есть? Закрыть глаза, и представить, что ничего этого никогда не было?
Нет, это тоже не вариант. Как я буду дальше жить, зная, что где-то на свете есть мой родной ребёнок, и я ничего о нём не знаю? Нужно хотя бы убедиться, что она в порядке, верно ведь?
Может, я ей и не нужна. Но вдруг она попала в какую-то неблагополучную семью? Тогда будет преступлением не объявиться. А если с ней всё хорошо, то тогда я смогу отойти на задний план из её жизни. Наверное.
Чёрт побери, это же всё пустые предположения! Вилами по
