Так или иначе, Годзилла – глаза выпучены, пухлые кулаки сжимают билеты – не двигается с места. Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт – но я всё-таки решаю взгромоздиться на Годзиллу и, добравшись до вершины, даю ему пинка. Это наконец приводит его в чувство.
– Беги-беги! – кричу я ему вслед. – Это полезно!
Я перепрыгиваю через ограждение и приземляюсь на центральную дорожку. Папин Портфель проносится мимо, и теперь меня отделяют от Горбатого Горлопана только клубы пыли. Он приближается, раскинув крылья, едва не касаясь руками земли.
– Когда земляне узрят мою мощь, я легко их порабощу!
Живая Горгулья как она есть – умом и сообразительностью не отличается.
– Слушай, Гуля, у тебя изо рта торчит кусок коня, но я не об этом – чего ты так привязался к этому рабству? С экономической точки зрения рыночная модель с развитым средним классом намного выгоднее и порождает куда больше потребителей.
Ай, он всё равно не слушает. Он заметил, как все те люди, которые только что на него пялились, теперь ломанулись к выходу.
Монстр делает крутой вираж и устремляется за ними.
– Люди! Узрите мою мощь!
В его голосе я слышу грусть.
Оценив иронию момента, я кричу и улюлюкаю.
– Бегите, болваны, бегите!
И гонка начинается! Я на секунду останавливаюсь, чтобы сделать ставки, и спешу к месту событий. Вы только посмотрите, как они бегут! Мчатся во весь опор, словно от этого зависит их жизнь! Даже Годзилла выкладывается на полную! А вот и Очкастая Злюка – она несётся, сметая всех на своём пути, обрекая их на верную гибель, чтобы только выторговать ещё несколько драгоценных секунд своей никчёмной жизни.
Годзилла пытается вырваться вперёд, но Очкастая Злюка сшибает его и перепрыгивает, не моргнув глазом! Решив, что перед ним та самая желанная цель, Пятьдесят оттенков прибавляет ходу. Но, божечки мои, она наддаёт ещё сильнее! Очкастая Злюка мчится впереди всех. Она уже в двух шагах от своего внедорожника! Она выхватывает брелок с ключами! Кажется, будто она смогла оторваться, но…
Ох!
Пятьдесят Оттенков почти успевает схватить её, но она ныряет под внедорожник! Какой поворот! И это ещё не конец. Монстр хватает злосчастную машину и поднимает в воздух. Очкастая Злюка пытается уползти, но отступать некуда!
Так-так-так. Я не могу этого допустить, да? А может, всё-таки могу? Ну пожа-а-алуйста!
Нет.
Не можешь.
Ой, ну ладно, ладно. Вы в курсе, что всё больше напоминаете Престон?
Я подбегаю ко всей этой свалке и взбираюсь на светофор. Один изящный прыжок – и я уже на широкой спине Леди Гарги. Я хватаюсь за его каменный загривок и всаживаю катану в тугую разбухшую плоть.
– Узрел мою мощь, Гарги?
Уязвлённый (во всех смыслах), он ревёт и пытается меня скинуть. Я скачу на нём, словно на механическом быке – на огромном сером механическом быке. Ну разве я не красавчик, а? Я вскидываю руку и кричу:
– Их-ха!
Никогда не стоит недооценивать того, на ком скачешь верхом. Сразу после моего крика монстр наклоняет голову, и я устремляюсь вниз, словно вода изо рта у горгульи. Я приземляюсь на новенькую «Тойоту Приус». К счастью для меня, эти гибридные авто довольно мягкие. Машина с хрустом принимает на себя большую часть удара.
Живая Горгуша в ярости. Настолько, что временно меняет приоритеты. Теперь основная задача монстра – не столько продемонстрировать свою мощь, сколько убить меня. Он устремляется ко мне, но у меня в руке баллончик, и я, вне всякого сомнения, нахожусь достаточно близко, чтобы его применить. Я держу палец на распылителе и готов в любую секунду завершить эти скачки. Но (всегда есть какое-то «но») Гарги это не нравится. Почуяв опасность, он расправляет огромные крылья и взмахивает ими.
Вууух!
Мои аэродинамические свойства оставляют желать лучшего, так что я слетаю с машины и падаю на землю. То же можно сказать и об аэродинамических свойствах баллончика – но он намного легче и поэтому взмывает в воздух, словно обрывок бумаги, подхваченный смерчем. И как вы думаете, куда же летит эта смертельно опасная баночка?
Помните водохранилище, о котором я упоминал? То самое, которое поставляет миллионам людей чистую воду? Я ещё божился, что оно не имеет никакого отношения к событиям этой главы, равно как и лошади с ипподрома.
Да, баллончик летит именно туда.
Похоже, Чехов был прав, хоть он и умер.
Глава 6
ЦАРИЦА ГОРГО так и горит желанием стереть меня в порошок, но огромные летающие монстры довольно неповоротливы, поэтому у меня есть в запасе несколько секунд. Я вскакиваю на ноги (слово «встаю» здесь будет неуместно) и перепрыгиваю с машины на машину, как заправский паркурщик.
Я устремляюсь туда, где сверкает гладь водохранилища, и вижу в воздухе баллончик – он летит, блестя на солнце. Я слежу за ним взглядом, пока он не скрывается за какими-то дурацкими соснами.
То ли он запутался в ветках (и это, пожалуй, лучший вариант), то ли приземлился на дорогу (тоже неплохо), то ли упал в водохранилище – а вот это уже никуда не годится. Ну, конечно, если вам почему-то дороги люди.
Как оптимист, я сперва бегу к соснам. Густые ветки застят свет. Я ползаю на коленках, словно близорукий, обронивший линзу, и тут Гоголь-моголь решает проблему со светом – он пролетает сквозь деревья, по пути выдирая их с корнем. Теперь я вижу: среди спутанных корней и комков грязи блестит целая куча всякого добра.
– Горголла устроит тебе децимацию!
Не время для споров об уместном употреблении слов. Я перебираю сокровища. Пивная банка. Пивная банка. Банка из-под газировки. Обёртка от жвачки. Баллончик с нанокатализатором. Пивная банка. Пивная банка. Пивная бутылка. О, да тут был эстет! Туринская плащаница? Что она здесь делает? Пивная банка. Этикетка от пивной бутылки. Стойте! Погодите! Что там было пятым в списке?
Меня накрывает тенью Горголлы. Я хватаю блестящий металлический цилиндр, перекатываюсь на спину, прицеливаюсь в Его Камнейшество, надавливаю на распылитель и…
…чуть не остаюсь без пальца.
Проклятье. Это была пивная банка.
– Узри мою мощь!
Да где эта штука, чёрт возьми?!.. Я оборачиваюсь. О, вот же он! Есть. Но помните совет про то, что надо подставлять другую щёку? Не всегда работает. Когда я возвращаюсь в прежнее положение, чтобы наконец пшикнуть аэрозолем, мне отвешивает пощёчину огромная серая лапища.
Тумаки и затрещины – часть моей работы, но это был действительно смачный удар! Ещё не успев ощутить боль, я уже взлетаю в воздух. Я вижу мигающие огоньки – ну, знаете, такое бывает, если закрыть глаза и смотреть изнутри на веки. У меня они ярко-вишнёвые. Горголла разглагольствует о том, что захватит нашу жалкую расу, как только чуть-чуть перекусит, но его голос звучит приглушённо, как будто издалека, а в ушах у меня свистит ветер.
