чешуйчатое тело с каким-то грибком или мехом между чешуйками. У него была отталкивающая морда паука с маленькими злобными клыками и крошечным отверстием в виде рта. Восемь глаз существа, два больших и шесть маленьких, были устремлены на капитана и двигались так же, как он. С отвращением он оттолкнул его.
Оно было настолько непристойным, что оскорбляло все живое на земле.
- Что... - Томас Эндрюс не смог правильно сформулировать вопрос.
Один из кочегаров вскрикнул и стряхнул схватившее его существо, прежде чем оно успело вонзить в его плоть эти ужасные клыки. Из-за скользкой чешуи ухватить мерзость было трудно, поэтому она извивалась и скользила в руках мужчины.
К счастью, из-за перепончатых лап она не смогла удержаться на ногах, и пожарный с проклятием швырнул ее в стальную стену. Поскольку мужчина бросил ее как мяч, существо взорвалось красной и зеленой массой.
- Что... что это такое, Абрамс? - капитан не мог не представить себе бедняг в почтовом отсеке, если бы на них набросились эти ужасные твари. Неудивительно, что они закричали. А что, если это что-то похуже, хотя капитан не мог представить себе ничего более отталкивающего.
- Я не знаю, капитан. Может быть, они приходят из глубины корабля или попадают в воду, но я никогда не видел таких тварей и не думаю, что они... естественны.
- Они не с корабля, - сказал Эндрюс.
- Они не из моря, которое я когда-либо видел, - сказали Абрамс и Эндрюс, которые заспорили о происхождении существ.
- Они из самого ада, - пробормотал капитан.
- Я видел ужасных на вид рыб, но эти плавают поверх воды, словно дышат воздухом. Не знаю, откуда им взяться, кроме как из ада, мистер Эндрюс, - сказал Абрамс, соглашаясь с капитаном Смитом.
Затопление поднялось на три фута, и вокруг мертвых тел крыс-пауков появился кровавый, маслянистый блеск. Кочегары раздавили несколько десятков отвратительных тварей.
Из угла, из темной воды, поднялись белые усики, слепо ощупывая стену и тонко вытягиваясь, чтобы дотянуться до одного из мужчин. Кочегар в шоке стоял и смотрел, как тонкие слизистые придатки тянутся к его лицу. Он застонал.
- Что это?
Эндрюс закричал:
- Парень, отойди от этой штуки.
Испуганный член экипажа сорвался с места и побежал к двери, так как усикам не за что было ухватиться. Если бы он оглянулся через плечо, то мог бы споткнуться и упасть.
- Выходите. Всем выйти, - приказал Смит. Ошеломление прошло, и все мужчины выбежали из комнаты, как только Абрамс запечатал ее.
Смит был рад, что никто не пострадал, но он не мог стереть из памяти видение плавающих крыс с паучьими лицами и белых усиков, устремившихся за одним из кочегаров. Это было больше, чем он мог принять.
Большинство моряков могли рассказать истории о морских чудовищах. Четверть из них были правдой. Пьяные мужчины, заявлявшие о видениях, верили, что половина историй правдива. Эти видения не были сказками, они были реальностью, но чудовища не вписывались в привычные представления о морских существах, поскольку не были похожи ни на больших кальмаров, ни на русалок. Возможно, именно это и усугубляло ситуацию.
Перед самым закрытием двери Смит увидел хозяина белых усиков: ужасного черного жука, который выпускал и сжимал усики из своего блестящего темного панциря. Ужаснее всего было то, что у существа были похожие на человеческие голубые глаза, в которых виднелся интеллект, когда оно рассматривало мужчин. Жук знал, что упустил свой шанс схватить кочегара, но взглядом обещал, что найдет другую возможность схватить кого-нибудь.
Смит отошел в сторону, и его вырвало. Никто не обратил на это внимания.
- Мистер Эндрюс, какова ваша профессиональная оценка ситуации? - спросил Смит. - Корабля, а не существ, пожалуйста.
Томас Эндрюс обратил печальные глаза на капитана и глубоко вздохнул, прежде чем заговорить:
- Воду откачать невозможно.
Повреждения слишком велики, корабль обречен. Он не сможет продержаться на плаву более двух часов, сэр.
- А что касается остальных...
- О существах я не могу ничего предположить, откуда они взялись, почему или что они собой представляют, - сказал Эндрюс, - но лучше бы я не попадался на глаза этим чудовищам.
Смит кивнул и предложил им пройтись с ним. Он вернулся на мостик, размышляя, что сказать и что сделать. Несмотря на всю свою подготовку и опыт, он не был готов к тому, что его корабль вот так затонет или подвергнется нападению монстров, что-то в этих голубых глазах, похожих на человеческие...
Его люди уставились на него, ожидая приказа. Глаза капитана Смита были устремлены вдаль, и он чувствовал слабость. Пытаясь думать, он продолжал видеть белые усики, пытающиеся схватить члена экипажа.
- Спасательные шлюпки должны быть обнаружены. Подайте сигнал бедствия.
Он сел в кресло и зажег сигару, его глаза остекленели. Теперь он не видел ничего, кроме глаз чудовища, наблюдавшего за ним и дразнившего его.
Оно знало, что он не справился с ролью капитана. Внизу, в трюме, оно смеялось над ним, подшучивало над его неудачей и получало от этого удовольствие. Оно было удовлетворено и радовалось тому, что еще одна жизнь прошла в страхе и ужасе. Оно упивалось горем. Возможно, оно впитывало слезы.
- Капитан, не следует ли нам сначала погрузить в спасательные шлюпки... э-э... женщин и детей? - спросил Лайтоллер. Он не знал, как отнестись к такому решению капитана. Он уже чувствовал, что шансы есть только у тех, кто первым окажется в шлюпках; пассажиров и экипажей было слишком много, а шлюпок - слишком мало.
Лайтколлер подавил свой страх, сосредоточившись на своих обязанностях и на том, чему его учили всю его взрослую жизнь. Если уж на то пошло, он будет делать свою работу хорошо. Именно так поступает настоящий мужчина в кризисной ситуации. От него ожидали, что он выживет, чтобы помочь другим, а если не получится, то отдаст свою жизнь за нуждающихся женщин или детей.
Пусть будет так.
- У нас есть два часа, я бы сказал. Ущерб слишком велик, а
