— Не переносит? — Джулиет закусила губу. — Вы хотите сказать, после несчастного случая?
— Конечно.
— Я думаю, чем быстрее она привыкнет ездить на машине, тем лучше, — быстро ответила Джулиет. — Если Тереса все еще испытывает страх перед автомобилем, в чем я лично сомневаюсь, тогда ей надо преодолевать это чувство, а не потворствовать ему!
— Я тоже так считаю. — Эстелла Винсейро удобно устроилась в плетеном кресле. — Фелипе, не воображай, будто твоя племянница сделана из сахара. Не бойся, она не растает.
Герцог вынул портсигар и достал сигару.
— А ты, Тереса? Что скажешь на это?
Тереса выглядела недовольной.
— Я не хотела никуда ехать, дядя Фелипе. Мне нравится проводить время на фазенде — вы же знаете. А свое мнение о сеньорите Саммерс я уже высказала.
Эстелла вздохнула.
— О, Тереса, неужели надо опять возвращаться к этому? Ты ведешь себя как избалованный ребенок!
— Эстелла! — Голос герцога был сердитым.
— Прости, Фелипе, но с твоей племянницей трудно сохранять самообладание! — Она подошла к нему и взяла под руку. — Пожалуйста, прости, Фелипе!
Джулиет увидела, как побледнела Тереса, терзаемая ревностью, но девушка пока не знала, как помочь своей воспитаннице. Должно было пройти какое-то время, чтобы Тереса поняла всю несостоятельность своих мечтаний. Самым удивительным явилось то, что Джулиет не могла разобраться в собственных чувствах, охвативших ее при виде Эстеллы Винсейро, пытающейся завлечь герцога. То странное ощущение опять вернулось, поэтому девушка решила что-то предпринять и наконец избавиться от наваждения.
— Прошу прощения, сеньор сеньора, но я хотела бы привести себя в порядок перед ленчем, — сказала она.
Герцог освободился от руки Эстеллы и обратился к Джулиет:
— Одну минутку, сеньорита. Сестра Медисон сказала мне, что вы нарушаете расписание ее занятий с Тересой.
Джулиет остановилась на ходу и повернулась к нему.
— Да, это так.
— Могу я спросить, почему?
— Вы можете спросить, сеньор, но я не знаю, понравится ли вам мой ответ!
— Сеньорита! — Его голос прозвучал угрожающе.
— Хорошо, я скажу. Сестра Медисон — пожилая женщина, она незнакома с современными методами ухода за пациентами.
— Не так-то просто найти хорошую медсестру, которая согласилась бы покинуть более цивилизованные края и приехать на далекий остров, — холодно заметил герцог. — Сестра Медисон — очень опытная и надежная.
— Просто ты хотел найти медсестру постарше, — вмешалась Эстелла, с игривой улыбкой глядя на герцога. Она обратилась к Джулиет. — Видите ли, сеньорита Саммерс, моему кузену уже приходилось сталкиваться с хищными молодыми особами. Он очень привлекателен, к тому же богат…
— Эстелла! — Герцог был вне себя от гнева. — Прекрати!
Эстелла пожала плечами и взглянула на Джулиет с таким видом, будто хотела сказать: «Я вас предупредила». Джулиет опустила голову.
— Итак, сеньорита, — обратился к ней герцог. — Продолжайте.
Джулиет подняла на него глаза.
— Ну, я предложила активные занятия для Тересы — плавание, например. Я считаю, что те ежедневные упражнения, которые она делает с медсестрой, не могут компенсировать недостаток движения.
— Дядя Фелипе, не позволяй ей вмешиваться! — воскликнула Тереса. — Я не хочу делать то, что она предлагает. Разве я не могу жить так, как мне хочется?
Джулиет начала терять терпение.
— Мне кажется, сеньор, ваша племянница не хочет поправиться… не хочет вновь обрести способность ходить. Ей нравится проводить свои дни в инвалидном кресле, вызывая всеобщее сочувствие!
— Сеньорита Саммерс! — Герцог загасил окурок сигары. — Мне не нравятся ваши домыслы!
Джулиет обиженно поджала губы.
— Простите, сеньор. Извините, мне надо пойти переодеться к ленчу.
Он не попытался на этот раз удержать девушку, но она чувствовала на себе его взгляд, пока шла в дом.
Пока Джулиет принимала душ и переодевалась, размышляя о том, что она наговорила герцогу. И чем больше об этом думала, тем больше убеждалась в своей правоте.
Тереса была вовсе не глупой. Напротив, у Джулиет сложилось впечатление, что та могла быть даже весьма находчивой в достижении своих целей. А если Тереса решила, будто ее держат на острове только из-за болезни?.. В таком случае она считает, что как только вылечится, герцог отошлет ее отсюда. Такая идея вполне могла бы стать причиной нынешнего физического состояния. Ведь герцог же сам сказал, что ее травма скорее всего психологического характера.
Джулиет вздохнула. Теперь она просто обязана убедить Тересу, что жизнь слишком прекрасна, чтобы провести ее в инвалидном кресле. Конечно, задача будет не из легких. Тереса не любит Джулиет, и будет противиться каждому ее предложению, используя свое влияние на герцога, чтобы выставить свою компаньонку в самом невыгодном свете. К тому же есть еще сестра Медисон, которая тоже помогать не станет, а при первой же возможности постарается внести разлад в отношения пациентки с ее новой компаньонкой.
Выйдя из ванной, Джулиет надела простое платье из хлопка лимонно-желтого цвета, причесалась и слегка подкрасила губы бледно-розовой помадой.
Не оказалась ли она втянутой в еще более сложную ситуацию чем та, из которой только что удалось вырваться? Она состроила недовольную гримасу своему отражению в зеркале. Но если прежняя ситуация оставляла у нее чувство неудовлетворенности и обиды, то нынешняя была своего рода вызовом, который приводил в волнение и заставлял действовать.
Успокойся, твердо сказала она себе. Работай, но ни во что не ввязывайся! В противном случае результат может быть плачевным!
Глава четвертая
Предполагалось, что как компаньонка Тересы Джулиет будет обедать с членами семьи. Во время ленча за столом находилось четверо: герцог, Эстелла Винсейро, Тереса и сама Джулиет. Эстелла говорила больше всех, обсуждая общих друзей, цены на сахар, которые должны были подняться в этом сезоне, а также результаты подводной экспедиции, в которой участвовал герцог.
Эта экспедиция больше всего заинтересовала Джулиет. Когда-то, во время отдыха с отцом, она пробовала заниматься подводным спортом, но те традиционные места, которые выбирал инструктор, ее не привлекали. Джулиет оживилась, когда герцог упомянул о том, что экспедиция могла бы найти обломки корабля, затонувшего у берегов острова. Карибское море всегда фигурировало в рассказах об испанских галеонах и золотых дублонах. Заметив заинтересованный взгляд Джулиет, герцог обратился к ней:
