Читаем без скачивания Хандра - Жерар Вилье

Первой мыслью Малко была: каким же круглым идиотом он выглядит, голый и весь в мыле. Второй — вновь начались неприятности. Сформулировать третью у него не хватило времени.

— Выходи оттуда! — прокричал тип.

Раз уж он заговорил, то это еще не конец.

— Вам нужен душ?

Это вырвалось вопреки его воле. Идиотство, но ничего не поделаешь.

От ярости тот сделался фиолетовым. Он еще сильнее ткнул в Малко стволом и прорычал:

— Заткни глотку, макака. Какого черта ты здесь делаешь?

С секунду Малко спрашивал себя, не был ли это просто-напросто ревнивый любовник Джилл. Но его внешний вид совершенно не отвечал этому амплуа.

— Видите, я моюсь, — сказал он, заворачиваясь в полотенце.

Здоровяк поднял одну руку, большую, как лист бананового дерева, и со всего размаха влепил ему оплеуху.

— Если ты еще будешь прикидываться, я тебя пристрелю тут же. Кто ты и что ты делаешь в этой дыре?

Все еще ошарашенный, Малко осторожно ответил:

— Меня зовут Малко. Малко Линге. У меня дела.

Момент был не слишком удачный, чтобы перечислять свои титулы: Сиятельство, рыцарь Мальтийского ордена и другие...

— Врешь, — завопил здоровяк. — Ты приехал за «брюликами».

Малко начал незаметно вытираться. Земля горела у него под ногами.

— Если вы это знаете, то зачем спрашиваете?

— Я у тебя этого не спрашиваю. Я тебе приказываю свалить отсюда. И быстро.

— Могу ли я хоть одеться?

Тот отодвинулся.

— Валяй.

Джилл заканчивала изучать содержимое бумажника Малко, когда он завладел своими брюками. Не глядя на него, она объявила:

— Тут бумаги, как он и говорит. И квитанция на сорок тысяч долларов из банка для Восточной Африки.

Малко закончил одеваться. Внутри он кипел от ярости. Мишель Кудерк предал его. Джилл надела свое платье, но с бюстгальтером. Когда ее взгляд встретился со взглядом Малко, он был совершенно без выражения. Злющий здоровяк стоял и отдувался, как тюлень.

— Что ты собираешься делать с этими башлями?

Одетый, Малко больше не чувствовал себя неполноценным. Он ответил:

— Вы же сами сказали, что я здесь, чтобы купить бриллианты. Вас это волнует?

На этом здоровяк чуть не проглотил свой 38-ой калибр, которым он яростно потрясал перед носом у Малко.

— Ты знаешь, кто я такой? — тявкнул он. — Ари-убийца, это тебе что-нибудь говорит? Если ты не уберешься, я сейчас же прикончу тебя прямо здесь.

— А она?

— Ей наплевать. Ну?

— Что, ну?

Ствол пистолета находился в двух сантиметрах ото рта Малко. Тот не колебался. Правой рукой он отвел предохранитель назад, а левой резко выдернул у здоровяка оружие. Его удивительная память позволяла ему знать, как работают почти все виды оружия. Грек нажал на спусковой крючок на какую-то долю секунды позже. Чтобы ему не оторвало указательный палец, он выпустил из рук свой пистолет.

Малко лишь оставалось перебросить его в свою правую руку и снять с предохранителя.

— Присядем, — сказал он. — И поговорим. Почему вы хотите, чтобы я уехал?

Растерянный, Аристот пробормотал:

— Вся сеть принадлежит мне и моим ребятам. Это нам влетело в копеечку. Мы не желаем, чтобы кто-то вставлял нам палки в колеса.

Лучшие умы ЦРУ не предусмотрели реакции какого-то глупого торговца.

— Я не лезу в ваши дела, — сказал Малко. — Не лезьте и вы в мои. Тем более, что я не задержусь надолго. Видя, что Малко не стреляет, Ари воспрянул духом.

— Если ты прикоснешься здесь хотя бы к одному «брюлику», — проворчал он, — ты мертвец. Это наше. А если какой-нибудь олух решит продать их тебе, он сдохнет вместе с тобой.

Очевидно, было бы проще сказать правду. Но Малко был обязан сыграть свою роль до конца. Аллан был прав: «прикрытие» оказалось настолько хорошим, что грозило превратиться в саван. Он встал.

— У меня нет времени на дискуссии. Я мог бы вас пристрелить, но мне это ни к чему. Я приехал сюда по одному делу. Вы при этом ничего не потеряете.

Ари метнул на него угрожающий змеиный взгляд.

— Идиот. Ты уже мертвец...

Малко сделал вид, что не расслышал. Он мог бы убить грека. Но, исключая безвыходные ситуации, он не был убийцей и никогда им не будет.

— Джилл, — сказал он, — поскольку вы привезли меня сюда, не будете ли вы так любезны отвезти обратно?

В ореховых глазах промелькнула паника. Джилл ждала жеста от Ари, но здоровяк был слишком взбешен, чтобы это заметить.

— Делай, что он говорит, — проворчал он. — И сбрось его в озеро, если сможешь.

Малко поклонился.

— Надеюсь, что мы больше не увидимся. Но помните о том, что я вам сказал. Я не люблю, когда суют нос в мои дела.

— Ты не покинешь эту страну живым, — ответил грек. — Или я больше не Ари-убийца.

Малко засунул пистолет за пояс и сделал знак Джилл. Она прошла перед ним, и они сели в «остин». На выезде из аллеи он приказал:

— Поезжайте к озеру.

Джилл конвульсивно всхлипнула. С тех пор, как он ее встретил, это было первое проявление человеческого чувства.

— Нет. Я вас умоляю. Я...

— Я не хочу вас убить или ударить, — мягко сказал Малко.

Она нерешительно взглянула на него, уголки ее губ дергались в нервном тике. Она дрожала от страха.

— Я боюсь, — сказала она. — Однажды Ари чуть не убил меня. А теперь вы унизили его передо мной, он еще...

— Но почему вы так держитесь за эту обезьяну?

— Деньги, — с горечью сказала она. — Из-за него я провела шесть месяцев в тюряге, в Южной Африке. Я переправляла бриллианты. Сейчас я работаю на банду здесь. Как только смогу, я уеду. Куда угодно...

Они достигли небольшой дороги, окаймлявшей озеро Танганьика, где виднелись лишь несколько домишек негров и виллы, запертые со времени отъезда бельгийцев. Но вид открывался великолепный.

— Остановите здесь.

Покорная, она повиновалась. Малко вышел из машины и приблизился к болотистому берегу. Сильно размахнувшись, он выбросил пистолет. Оружие исчезло в зеленой воде.

— Вашему дружку бесполезно выдавать меня полиции, — заметил Малко, усаживаясь в машину. — Отвезите меня в «Пагидас».

Джилл не заставила его повторять дважды. Она почти успокоилась. Малко с жалостью посмотрел на неё.

— Жаль видеть, что такая хорошенькая женщина вляпалась в такую историю...

— Я выпутаюсь. Но вы будьте внимательны. Ари настоящий убийца. У него здесь большие связи. Однажды тут появился один тип, вроде вас. Через три месяца в джунглях нашли лишь то, что оставили от него грифы и шакалы. Теперь, когда он поклялся убить вас передо мной, он сделает для этого все.

— Я поостерегусь. Но почему он так хочет помешать мне купить камни?

— Он боится. Вместе со своими друзьями он фактически держит монополию. Вот они и скупают камни по очень низкой цене. Когда продавцы отказываются, они угрожают им или уничтожают. Он боится, что вы предложите больше. Настоящие прибыли идут от покупки здесь. Он не хочет, чтобы вы узнали об истинных ценах, которые здесь приняты. Люди из Бейрута взбесились бы. Они рискуют больше, а получают меньше.

— Все это очень интересно...

— Никогда не говорите, что я вам об этом сказала, — прошептала Джилл. — Иначе он убьет меня.

— Ничего не бойтесь.

«Остин» подъехал к гостинице «Пагидас».

— Прощайте, Джилл, — сказал Малко. — Не поминайте лихом. Несмотря на присутствие Аристота, встреча того стоила.

— Малко!

Она положила руку на его бедро.

— Это... это не было предусмотрено. Получив информацию от Кудерка, Ари приказал мне лишь привезти вас и убедиться, что у вас нет оружия.

— Какая профессиональная совесть!

— Нет.

Он уже наполовину вышел из машины. Джилл не громко добавила:

— Мне действительно этого хотелось.

Малко сделал уклончивый жест и удалился. Джилл смотрела ему вслед со смешанным выражением злости, покорности и почти нежности.

Малко вошел и сразу же покинул холл «Пагидаса». На этот раз такси были на месте. Он попросил довезти его до улицы Киву, номер 64.

Казалось, что тщедушный силуэт Кудерка съежился, когда Малко толкнул дверь. Он попятился, защищая лицо руками. Некрасиво, Кудерк. Малко с презрением сжал губы.

— Если я жив, то не по вашей вине, — сказал он. — Ваш друг Аристот сильно меня не любит.

Кудерк заломил руки.

— Он меня вынудил. Иначе он убил бы меня. Никоро сказал ому, что я работаю на вас. Впрочем, я больше не желаю иметь с вами ничего общего. Вот, возьмите ваши деньги.

Он протянул Малко стодолларовый банкнот. Определенно, ситуация не улучшалась. Без проводника Малко лишь оставалось сесть на самолет. Он отшвырнул банкнот.

— Не будьте идиотом. Мое предложение остается и силе. Но я хотел бы, чтобы вы продавали меня поменьше. Это в ваших же интересах, поскольку, если я останусь в Бужумбуре, вы тоже останетесь здесь.

Эта мысль заставила Кудерка задуматься.

— Вы уверены, — сказал он боязливо, — что мы сможем выбраться из страны?