— Я открою! — почти крикнула Ксю, хотя тетя Лена и не порывалась бежать к двери.
Открыла, даже не посмотрев в глазок. На пороге стоял Мышкин папа и тупо смотрел на ключи в своей руке. Сейчас он очень походил на свою жену. Страшно походил.
— Я забыл, какой ключ, — с трудом выговорил он и вошел.
Дальнейшее напоминало сцену из фильма про зомби. Папа медленно снимал ботинки и что-то бормотал про камеру, про то, что он не спал почти. Мама стояла, прислонившись к стене, и смотрела на него, как на постороннего человека. Ксю словно приросла к месту, не могла сдвинуться, пока Мышкин папа не расплакался. Не так отчаянно, как тогда, в школе, а тихо-тихо, как маленький мальчик.
— Я все думал… — говорил он жене, — это ведь я виноват… Я Дианку только воспитывал… Ну… как воспитывал… Говорил, что надо и что не надо… А сам… Я ведь даже не мог вспомнить, в каком она классе, «А» или «Б»… Не знал, есть ли у нее мальчик. У нее же есть, да?.. Был?
— Давай я пока ужин сделаю, а ты в душ, хорошо? — тихо сказала тетя Лена.
Она вытерла слезы ладонью, папа кивнул и с отчаянной надеждой смотрел в лицо жены.
— Ты не виноват, — тихо сказала она, — ты правда не виноват…
Только теперь Ксюша смогла сбросить оцепенение и тихонько, не попрощавшись, вышла из квартиры.
Пока она бежала домой — реально бежала, как на стометровке — холодный апрельский ночной ветер сдул слезы. А заодно проветрил голову. «Надо самой разобраться во всем, — повторяла Ксю. — Надо полазить по Мышкиной странице. Егора надо вытаскивать. Если не я, то кто?»
Дома она сразу скользнула в свою комнату, разбудила комп и вошла в «Контакт» под ником Мышки. Только сейчас до нее дошло, что значит этот пароль — StasStasStas.
Стас-Стас-Стас…
Не просто имя парня подруги, а самое дорогое…
Угрызений совести на этот раз не было совсем. Ксюша забыла, что читает личную переписку подруги, она была полностью погружена в дело, лирику пропускала, цеплялась только за факты.
Мышка договаривалась сходить в кино с Егором за три дня до смерти. Это важно? Неизвестно. Но запомним.
Разговор с репетитором. К делу не относится.
Сережки, браслетики… А! Это Мышка заказывала себе украшения в интернете. Тоже к делу не относится. Если только под видом украшений не торгуют наркотиками… Ладно, запомним. Она должна была их забрать за день до смерти. Надо проверить.
Разговор со Стасом. Тут у Ксюши перехватило дыхание, читать стало сложнее. Переписка была абсолютно нейтральная, поверхностный треп. Потом Мышка поинтересовалась, будет ли Стас завтра в школе (за три дня до смерти, отметила Ксюша), он сказал, что будет. Мышка написала, что приедет, потому что хочет поговорить, у нее, мол, есть для него кое-что интересное. Стас ответил, чтобы приезжала после пятого урока. Больше они не переписывались.
Интересно, встретились они или нет?
Ксюша влезла в переписку с Егором, проверила по времени и выяснила, что скорее всего ездила. Через несколько часов после назначенной встречи Мышка и написала, что «Теперь я все знаю. Он совсем не то, что мы думаем». А дальше опять пошли сопли и лирика.
Что «не то»? Что такого узнала Мышка? Может, Стас в курсе?
Ксюша потянулась за мобильником, но решила, что такие разговоры по телефону не ведут, тем более ночью.
— Спать! — скомандовала себе Ксения. — А завтра встречаться со Стасом!
Она даже не успела удивиться тому, как быстро заснула.
Глава 12. ОН ДЕЙСТВИТЕЛЬНО СОВСЕМ НЕ ТО…
Ксюша первый раз ехала к Стасу в школу. Он встречал ее после уроков, провожал домой. Редко, к сожалению, — у обоих была еще масса всяких дел, курсы, репетиторы. Ехала без предупреждения, рассчитывала на эффект неожиданности. Не то чтобы она подозревала, что Стас будет отпираться, но эффект неожиданности — это… это эффектно.
На подходе к школе Ксю поняла, что с неожиданностью она перегнула. Стаса вполне могло не оказаться на занятиях. Смылся на какую-нибудь олимпиаду-спартакиаду. Или просто сбежал, чтобы поучаствовать во флешмобе. Стас хвастался, что ему можно, он потом на каких-нибудь соревнованиях победит — и все довольны.
Она остановилась у входа, когда сообразила, что не знает даже, в каком он классе — «А», «Б» или «В». «Совсем как Мышкин папа», — подумала Ксюша и немедленно отогнала от себя эту мысль. Вчера она видела то, что ей видеть не полагалось.
А сейчас надо постараться отыскать Стаса. Тут как раз прозвенел звонок, и из школы повалили старшеклассники. Сначала плотным потоком, потом жиденьким ручейком. Ксю уже решила, что зря приехала, когда услышала:
— Станислава ждешь?
Ксю повернулась. Ее насмешливо рассматривала длинная девушка. Не длинноногая (хотя и это тоже), а как будто растянутая по вертикали в «Фотошопе». И сразу ее вспомнила — такую раз увидишь, никогда не забудешь. Она пару раз приходила к ним на репетиции, но не задержалась.
— Ага, — сказала Ксюша. — Он в школе был?
— Бы-ы-ыл, — противно протянула девчонка, глядя на Ксюшину макушку.
Это злило. Но Ксю решила не скандалить.
— А он скоро выйдет?
— Не зна-а-а-аю, — дылда явно издевалась.
— Понятно, — сказала Ксюша и отвернулась.
— Да ладно, чего ты? — сказала девчонка нормальным голосом. — Он химичке остался помогать. Минут через пять выйдет.
Ксю, не оборачиваясь, пожала плечами.
— Меня Лариса зовут, — не сдавалась дылда. — А ты, кажется, Ксения? Одна их Стасовых девочек?
— Я одна, — огрызнулась Ксю, — а не «одна из».
— Ага… — Лариса снова перешла на противный тон. — Много таких… уникальных… Приходят, сцены устраивают.
Ксюша собиралась послать надоедливую Ларису подальше, но на слове «приходят» напряглась.
— Слушай, а вот эта не приходила? — Ксю достала из кармана телефон и принялась листать фотографии.
Лариса вытянула шею, пытаясь рассмотреть мелькающие фотки, отчего стала похожа на редкого зверя окапи, о котором недавно рассказывали по «Дискавери». Ксю наконец нашла фотку Мышки и протянула смартфон дылде.
— Ага, — сказала та. — Приходила разок. Неделю назад примерно. Пообщалась со Стасиком, а потом стояла тут за углом, рыдала.
— Почему?
— Да потому! — Лариса кивнула, показывая в сторону.
Ксюша подняла глаза и обомлела.
Стас спускался со школьных ступенек в сопровождении Барби — грудь, попа, осиная талия, белокурые локоны и выражение лица, как у пластиковой куклы. Барби мелодично смеялась, ежесекундно трогая Стаса за рукав. Стас негромко говорил, вызывая у спутницы все новые приступы веселья. Ксюшу он не замечал, хотя шел прямо на нее.
Первый порыв был спрятаться. Убежать. Сделать вид, что она ничего не видела. Но Лариса ждала именно этого, поэтому Ксения заставила себя стоять на месте. Спокойно смотреть на то, как Стас идет мимо нее. А потом улыбнуться и подойти первой.
— Привет! — Ксюша улыбнулась до боли в щеках.
Стас же не смутился ни на секундочку.
— Ксюша? Что случилось?
Он попытался стряхнуть с себя блондинку, но та не стряхнулась, так и продолжила висеть у него на рукаве.
— Стас, мне нужно с тобой поговорить.
— Да, конечно, сейчас.
— Ста-а-а-а-сик, ты же мне обеща-а-а-а-ал в кафе, — капризно надула губки Барби.
— Вот в кафе и поговорим! — нашелся Стас.
— Мне нужно с тобой наедине поговорить, — сказала Ксюша.
— Ста-а-а-сик, я не хочу разговааааривать, — заныла блондинка.
— Значит, подожди, пока мы поговорим, — отрезала Ксюша.
— Ста-а-а-а-сик, что это такое вообще?
— Стас, мне нужно десять минут.
Девушки посмотрели на Стаса. В их глазах читалось: «Сделай что-нибудь!».
Стас только глазами хлопал и медленно переводил взгляд с одной на другую.
Ксюше захотелось заплакать. Убежать за угол школы и прореветься до икоты. Выплакать из себя эту Барби, этого Стаса, хлопающего глазками, длинную Ларису, которая любуется общей растерянностью. Выплакать и попытаться забыть. Эх, была бы Мышка, чтобы уткнуться ей в жилетку…
Неожиданно Лариса проявила нереальное милосердие.
— Ой, Ка-а-а-рина, сма-а-а-три какая… — сказала она, по-московски растягивая «а», подражая говору Барби.
Та, не заметив издевки, обернулась и с интересом посмотрела на огромный джип, остановившийся у бордюра. Из джипа элегантно выбралось нечто воздушно-блондинистое и такое модное, что девушки сдавленно просипели: «Ах!». Барби затарабанила названия брэндов с рефреном «новая коллекция» и пошла на свет модной звезды, забыв обо всем на свете.
— Карина, говоришь, — тяжело вздохнула Ксюша, когда блондинка отошла на пару шагов.
— Ее зовут Маша, — пояснил Стас, — но она просит, чтобы все называли ее Кариной.
— Странно, что не Кассандра или Мельпомена…
— Надо ей предложить, — хмыкнул Стас, — отличная идея. Так о чем ты хотела поговорить?
