Читаем без скачивания Цифровой журнал «Компьютерра» № 89 - Коллектив Авторов

Да, без цензора представить себе светлое коммунистическое грядущее было нельзя – поразительная разница между современным сетевым доступом к результатам астрономических исследований и к использованию процессорной мощности широких сетевых масс для поиска инозвёздных на дому…

В процессе переиздания туалет красавицы Веды Конг претерпевал изменения. В журнальной публикации 1957 года «крупные, нарочито грубо заделанные в титановую цепь вишнёвые камни – фаанты с Венеры – горели на нежной коже». В «Роман-газете», советской версии публикаций книжного клуба, в 1959 году цепь становится золотой – металлургия осваивает широкое производства титана, и металл, как некогда алюминий, теряет ювелирное значение.

Золотишко сохранялось и в приложении к журналу «Сельская молодежь» 1962 года. А в первом томе легендарной Библиотеки современной фантастики, увидевшем свет в 1965 году, у бедной женщины отняли и венерианские камни, золотую цепочку, и наряд, в котором «низко открытая грудь поддерживалась корсажем из голубой ткани». Интересно, что из перечисленного смутило редактора Б. Клюеву или её начальство? Нынешний спеллинг-корректор, например, отчёркивает красным слова «голубой» и «розовый»…

Но это так, курьёзы, просто очень жаль, что у автора, когда-то оказывавшего колоссальное влияние на настрой мыслей общества, нет биографов, сравнимых «по производительности» с исследователями творчества бр. Стругацких. (В Сети-то сведений масса, но из них можно узнать, что был Иван Антонович йогом, масоном, а то и вовсе розенкрейцером…)

Но сейчас хотелось бы описать настрой общества с интенсивным технологическим развитием и вспомнить одного абсолютно забытого автора. Автора, явно оказавшего влияние на ход мыслей Ефремова. Кстати, проходящего по ведомству ИТ. Итак, Эраст Маслов из города Кунцево. Научно-фантастический рассказ «Под светом двух солнц» был опубликован в марте 1955 года в журнале «Техника — молодёжи» с иллюстрациями К. Арцеулова.

Сюжет прост. Рассказчик, приехав в маленький городок на раскопки, встречает там одноклассника, чей дом в Москве разбомбили в войну. Тот трудится на радиоузле и увлекается сверхдальним телеприёмом. Сверхдальним, поскольку в окрестностях телестанции нет и в проекте… В мастерской, в которую превращён не отсутствовавший у советского человека той поры гараж, а самая просторная из комнат «маленького домика, огороженного плетнём», он создаёт телевизор, изобилующий автоматическими настройками и дополнительными усилителями, и с помощью его ловит сигнал с числом строк разложения в 1100, которого нет «ни в одной стране».

Сигнал оказывается иномировым, с планеты у двойной звезды в созвездии Центавра. Герои наблюдают чужую жизнь под изумрудным небом, освещённым светом пары солнц, а потом пишут записку в Академию наук… И вот пусть кто-то попробует сказать, что этот рассказ не повлиял на Ефремова, писавшего «Туманность Андромеды» с сентября 1955-го по сентябрь 1956 года и впервые опубликовавшего её в том же журнале!

Есть ещё одно свидетельство: в коммунистическом мире, по Ефремову, автомобили и аэропланы редки, а транспорт завязан на Спиральную Дорогу с гигантскими локомотивами и вагонами. Так в том же мартовском журнале 1955 года инженером Ю. Моралевичем описана железная дорога с шириной колеи в четыре с половиной метра, широко использующая мосты и эстакады для горизонтальности полотна… (Кстати, наци планировали для лучшей эксплуатации территории оккупированной России строить ширококолейки с трёхметровой колеей…)

Так что даже фантастические романы о далёком грядущем всегда несут на себе отпечаток конкретной эпохи, свидетельствуют о мыслях, бродивших тогда в человеческих умах. Могут быть интереснейшим документом по истории науки и техники. Ну, скажем, Ефремов, чьи взгляды сформировались значительно раньше того времени, отвергал теорию разбегающейся Вселенной (она некогда признавалась идеалистической, ибо была выдвинута аббатом Леметром – атеисты-материалисты в отечественной науке дел тоже наворотили!), объясняя красное смещение «усталостью фотонов».

Ефремов, в отличие от Эраста Маслова, исключал из числа претендентов на жизнь планеты двойных звёзд – тут ощущается влияние книги А.И. Опарина и В.Г. Фесенкова «Жизнь во Вселенной», изданной Академией Наук СССР в 1956 году. (В ней же присутствовало и скептическое отношение к идее кремниевой высокотемпературной жизни, которое потом отразится в «Туманности…»)

Межзвёздная связь, по Ефремову, была делом всего общества – наступала эра Большой Науки с её гигантскими приборами. Внешние станции Великого Кольца были вынесены на орбиту, примерно как радиоинтерферометр РадиоАстрон. Да и любители самодельного творчества весь советский период ныли о невозможности купить в магазине сколько-нибудь пристойные материалы и комплектующие. «Гаражных компьютерных стартапов» плановая экономика породить не могла по своей сути…

После выхода в свет «Туманности Андромеды» имела место перебранка Генриха Альтова с Ефремовым. Бакинский писатель (он же создатель ТРИЗ Альтшуллер) в «Балладе о звёздах» оценил приключения героев Ефремова на планете Железной Звезды как подобающие приключенческой литературе девятнадцатого века (Хаггарда Ефремов любил, заимствованное у него имя Орм носит в «Туманности…» начальник над звездоплаванием, а во всех ефремовских женских образах присутствует Аэша из хаггардовского «She»), ну а Иван Антонович уличил звездолётчиков Альтова в бритье тривиальной электробритвой, позорящей светлое Завтра…

Альтов же в рассказе «Порт Каменных Бурь», 1965, обозвал идею Великого Кольца «по философской сути геоцентричной». Жизнь, мол, на Земле пойдёт своим чередом, независимо от обмена межзвёздными сигналами. Кстати, обвинение в геоцентризме во времена принудительной идеологии было совсем не таким безобидным, как кажется ныне. Косвенное обвинение в симпатии к тем мракобесам, что сожгли Бруно и заставили отречься Галилея… (Кстати, шмон у вдовы Ивана Антоновича после его смерти был, и «Час быка» из библиотек изымали…)

Правда, сам Альтов схлопотал той же монетой от Александра Казанцева за рассказ «Полигон Звёздная Река». Сверхсветовые скорости, мол. Значит – СТО Эйнштейна отвергаешь, как и былая Арийская наука. Следовательно, с нацистами солидаризируешься! Забавы ж были у людей – верно сказано, что когда коту нечего делать…

В альтернативу Великому Кольцу Альтов выдвигал в рассказе «Порт Каменных Бурь» идею «переезда» систем жёлтых карликов в шаровые звёздные скопления (был очаровательный термин начала прошлого века – «звёздная куча»…) на предмет создания галактических коммуналок – «в каждом шаровом скоплении множество планет с самыми различными формами жизни». Но подход Ефремова кажется всё же более плодотворным.

Наверное, когда цивилизация достигнет галактической мощи, единственное, что будет ей важно, – информация. Материи в космосе навалом. Энергии – тоже. Термоядерный синтез, эргосферы чёрных дыр, тёмная энергия, о роли которой выдвигаются самые разнообразные предположения.

Важно одно: понять, как это можно с пользой и интересом употребить. А понять – значит уменьшить меру нашего незнания. В чём и состоит суть информации.

К оглавлению

Дмитрий Вибе: «Душа» обязана трудиться

Дмитрий Вибе

Опубликовано 07 октября 2011 года

Речь идёт о первых научных наблюдениях на интерферометре субмиллиметрового и миллиметрового диапазона ALMA. Сейчас модно подбирать аббревиатуры для проектов и инструментов так, чтобы в них помимо сухой расшифровки был ещё и скрытый смысл. ALMA — Atacama Large Millimeter Array — не исключение. Слово это переводится с испанского как «душа». Почему с испанского? Потому что интерферометр ALMA находится в Чили, точнее, в пустыне Атакама, одном из самых сухих мест на Земле. Почему «душа»? Да кто его знает. Чтоб было красиво.

Телескоп ALMA станет первым инструментом, позволяющим получать качественные изображения небесных объектов в диапазоне длин волн от нескольких сотен микрон до нескольких миллиметров и с миллисекундным угловым разрешением. Столь высокое угловое разрешение будет достигнуто при помощи интерферометрических методов — путем сложения сигналов, полученных на нескольких десятках независимых антенн.

Теоретическое угловое разрешение одиночного телескопа (минимальное угловое расстояние между двумя точечными источниками, при котором они всё ещё не сливаются друг с другом) примерно равно отношению длины волны к диаметру объектива. Оно связано с волновыми свойствами света: из-за дифракции на краях объектива изображение точечного источника размазывается в пятно. Чем больше объектив, тем меньше размер этого пятна. Например, у российского шестиметрового телескопа БТА-6 теоретическое разрешение в видимом диапазоне равно 0.02 угловой секунды. Но теория, как известно, суха, и древо жизни всегда вносит в неё коррективы: из-за атмосферной турбулентности даже в местах с наилучшим астроклиматом разрешение в оптическом диапазоне не превосходит нескольких десятых долей угловой секунды. Поэтому в оптическом диапазоне увеличение размера объектива (в современном телескопе это практически всегда вогнутое зеркало) позволяет повысить разрешающую силу только для заатмосферных телескопов.