дыру. Дыру, в которую была выброшена Линнет за секунду до того, как неизвестный маг врага отреагировал на попытку прорыва и укрепил теневую стену, обрубив крылья проклятого и заставив его формировать их заново.
— Что ж, балласт сбросили. Осталось продержаться… — Пробормотал Виктор себе под нос, разворачиваясь лицом к врагу и тут же уходя от уже привычных ветвистых недомолний, которым до оригинального природного явления было очень-очень далеко.
Оно и к лучшему, впрочем.
Первые двадцать секунд Виктор только и делал, что уклонялся, пытаясь найти закономерность в действиях врага. И как только ему показалось, что она нашлась, проклятый попытался вырваться из клетки через отсутствующую «крышу» — но от неба его отрезал град холодящих воздух льдин, следом за которыми хлынули и отчётливо ощущающиеся воздушные лезвия. Виктор только чудом не потерял крылья, которые такими темпами просто не выйдет заново отращивать. Он терял их полностью или частями так, что к нынешнему моменту от резерва осталась едва ли половина. И это было очень плохо, так как вся четвёрка магов поторопилась спуститься ещё ниже.
А после барьер был доведён до своей финальной формы, и потоки теней закрыли небо. На отрезанное ото всего остального мира пространство опустилась абсолютная тьма…
Но Виктор, поведя носом и опустив веки, лишь оскалился.
— Думаете, это меня заперли с вами? — Попытка подбодрить самого себя оказалась очень даже к месту. — Нет! Это вас заперли со мной!..
Там, где зрение было бесполезно.
Там, где бал правили опыт и восприятие.
Там, где враг рассчитывал получить абсолютное. подавляющее преимущество…
Охотники и добыча поменялись местами!
Глава 8
Линнет продиралась через лес, не обращая внимания на появляющиеся на нежной коже ссадины и царапины. С её вскинутой вверх правой руки в небо то и дело устремлялись всё новые и новые искры, а из глаз по щекам лились серебрящиеся в темноте слёзы. Виктор, этот дурак, просто выбросил её из ловушки, оставшись в одиночестве против четырёх магов, заклинания которых её, не самой бездарной магессы, барьеры не задержали ни на секунду! Помогла только рассказанная тётушкой хитрость со светом в ночи, да только и этого хватило лишь на несколько минут…
Но несмотря на бурю эмоций, разрывающих душу, Линнет ар Веноза не собиралась бросать всё на самотёк. Она обязана была добраться до города и сообщить Бельвиосам о произошедшем. Поднять на ноги стражу и всех, кого только удастся. Ведь иначе Виктора или убьют, или схватят. И произойдёт это по её вине, ведь если бы не она, то новоиспечённый святой просто не вышел бы из города без сопровождения.
«Наивная, мелкая, возомнившая о себе невесть что дура!» — единственная мысль, набатом бьющая по вискам с самого момента осознания опасности. А ведь сначала она подумала, что бегут они от разбойников, и посчитала ситуацию романтичной…
Не меньше пяти минут потребовалось девочке для того, чтобы вырваться на пустырь перед крепостными стенами. Высокие стены из серого камня, казалось, подпирали собой смурное небо, а нередкие огни в бойницах и на башнях манили продрогшую Линнет своим теплом. Но манили бестолку, потому что холод нисколько не волновал её.
В отличии от небольшого отряда из двух магов и десятка стражников, отправленных за стены для того, чтобы проверить причину, по которой в небо то и дело взлетали магические искры.
— На Виктора ван Бельвиоса напали! — Тут же выдала Линнет, шаря взглядом по лицам собравшихся здесь людей. Сначала они выглядели вполне себе спокойно, но стоило только им осознать услышанное, как оба мага по-настоящему ужаснулись, синхронно активировав какое-то сложное заклинание. Стражники же хоть и растерялись, но подобрались, изготовились к бою и начали рассредотачиваться вокруг магов и девочки, беря тех в оборонительное кольцо.
— Северная стена, лес, нападение на третьего сына! — Оттарабанил старший маг двойки одновременно с тем, как его напарник развеял своё заклинание за ненадобностью. — Нужна поддержка! Мы выдвигаемся вперёд!
Ответ Линнет не расслышала, да и не интересно ей это было. Проследив взглядом за сорвавшимися с места магами, которым не понадобилось и десяти секунд для наложения себя усиляющих тело чар, она втянула носом холодный воздух — и с упорством носорога ринулась к воротам, растолкав стражников и проигнорировав их предупреждающие выкрики.
Этого отряда было мало. В караул никогда не ставили сильнейших, а значит пара магов если и сможет помочь Виктору, то совсем немного.
Дочь рода Веноза точно как и минутой ранее собиралась поднять на ноги всех, кого только можно…
* * *
Сколько Виктор себя помнил, всю свою жизнь он был человеком, предпочитающим слепому действию планирование. Этот подход не подводил его в том мире, а реципиента — в этом. Две разных личности вели себя как одна, за счёт чего не произошло конфликта их мировоззрений в процессе поглощения одним памяти другого. Лишь изредка они доверялись чутью и интуиции, делая что-то по наитию, игнорируя рациональный подход.
Делали — и добивались успеха.
Здесь и сейчас всё было иначе. Не было времени на планирование — враг находился на расстоянии в полсотни метров, бил метко и точно, загоняя проклятого в заранее расставленные силки. Некогда было остановиться и подумать. Негде было укрыться и перевести дух. Не у кого спросить совета. Внутри куба-барьера хоть как-то себя показывал лишь инстинкт, который Виктор худо-бедно направлял, куда ему было нужно.
«Дикого зверя» уже поймали бы, а вот «оборотень» сопротивлялся до сих пор. Двигался, маневрировал — и поминал Клариссу добрым словом. Лишь за счёт гибкости и работы ног, — пусть и с помощью крыльев, — избегал ловушек, коих четвёртый, «теневой» маг расставил крайне много. И точил когти, готовясь поразить врага так, чтобы спутать им планы и выиграть немного времени.
Они совершили ошибку. Отпустили Линнет. И та, вероятнее всего, уже была на полпути к Тарбиллиану. Пройдёт несколько минут — и подоспеет помощь. Проклятый не ощущал ничего снаружи барьера, ведь тот надёжно отрезал кого угодно от внешнего мира… и наоборот. А это значит, что враг будет торопиться. И ошибаться.
А ошибка одного — это всегда возможность для другого.
Сотканные из тьмы цепи материализовались там, где Виктор на долю мгновения коснулся крылом сырой почвы. Очередной ловушке не хватило самой малости для того, чтобы спеленать «святого», который стремительно смещался поближе к магам. Врагов было четверо, но активное участие в бою принимали лишь двое. Ещё один, тот самый «теневой» маг, завис под самым потолком барьера, максимально уменьшил своё присутствие и занимался расстановкой капканов, которые не позволяли Виктору развернуться во всю ширь. А ещё один, вполне вероятно — эксперт в манипуляциях с молнией, и вовсе занимался подпиткой барьера.
Враг разумно опасался того, что проклятый предпримет попытку вырваться из барьера. И небезосновательно: будь у него хотя бы пара-тройка секунд, и бегство показалось бы парню не самой плохой затеей. Но этих секунд не было по крайней мере до тех пор, пока все враги сохраняли боеспособность.
Своей целью Виктор выбрал «мага тени», так как тот всецело положился на свою незаметность, полагая, что у их добычи нет и быть не может достойного восприятия. И будь проклятый вирфортом, этот расчёт всецело бы оправдался. Воздух внутри барьера можно было ладонями черпать из-за разлитой тут маны, а ориентироваться в такой обстановке был способен не всякий маг.
Вот только на беду «теневика», проклятый представлял собой страшную химеру, собранную из трёх существ. Маг, вирфорт и «святой» получили одно тело на троих, попилили, как получилось, да и оформились в личинку будущего страха и ужаса всех магов континента.
Активировав ни много, ни мало, а три ловушки сразу, Виктор избежал спутавшихся цепей, пропустил мимо обрушившийся на землю ледяной град, перепахавший почву и заметно снизивший температуру окружающей среды — и всеми крыльями оттолкнулся от только что зачищенной площадки.
Один из атакующих его магов бил льдом считанные мгновения тому назад, и в ближайшие две секунды новых заклинаний от него можно было не ждать. Ему нужно было не только подготовить заклинание, но и ощутить Виктора, прицелившись так, чтобы не задеть ни своих, ни ловушки. Второй маг был куда опаснее, так как заклинание уже плясало на его пальцах и было готово ринуться вперёд. Но проклятый видел его структуру, держал
