Ему было не до того: он то клал свой шар в горшок, то вынимал его обратно, и видно было, что он совершенно счастлив!
Глава седьмая
В КОТОРОЙ КЕНГА И КРОШКА РУ ПОЯВЛЯЮТСЯ В ЛЕСУ,А ПЯТАЧОК ПРИНИМАЕТ ВАННУ
Никто не знал, откуда они взялись, но вдруг они очутились тут, в Лесу: мама Кенга и Крошка Ру.
Пух спросил у Кристофера Робина: «Как они сюда попали?». А Кристофер Робин ответил: «Обычным путём — понятно, что это значит?». Пух, которому было непонятно, сказал: «Угу». Потом он два раза кивнул головой и сказал: «Обычным путём. Угу, угу». И отправился в гости к своему другу Пятачку узнать, что он об этом думает. У Пятачка был в гостях Кролик. И они принялись обсуждать вопрос втроём.
— Мне вот что не нравится, — сказал Кролик, — вот мы тут живём — ты, Пух, и ты, Поросёнок, и я — и вдруг…
— И ещё Иа, — сказал Пух.
— И ещё Иа — и вдруг…
— И ещё Сова, — сказал Пух.
— И ещё Сова — и вдруг, ни с того ни с сего…
— Да, да, и ещё Иа, — сказал Пух, — я про него чуть было не позабыл!
— ВОТ МЫ ТУТ ЖИВЕМ, — сказал Кролик очень медленно и громка. — ВСЕ МЫ — и вдруг, ни с того ни с сего, мы однажды утром просыпаемся и что мы видим? Мы видим какое-то ЧУЖОЕ ЖИВОТНОЕ! Животное, о котором мы никогда и не слыхали раньше! Животное, которое носит своих детей в кармане! Безобразие! Предположим, что я стал бы носить своих детей с собой в кармане. Сколько бы мне понадобилось для этого карманов?
— Шестнадцать, — сказал Пятачок.
— Семнадцать, кажется… Да, да! — сказал Кролик. — И ещё один для носового платка, итого восемнадцать. Восемнадцать карманов в одном костюме! Я бы просто запутался!
Тут все замолчали и стали думать про карманы.
После длинной паузы Пух, который несколько минут ужасно морщил лоб, сказал:
— По-моему, их пятнадцать.
— Чего, чего? — спросил Кролик.
— Пятнадцать.
— Пятнадцать чего?
— Твоих детей.
— А что с ними случилось?
Пух потёр нос и сказал, что ему казалось, Кролик говорил о своих детях.
— Разве? — небрежно сказал Кролик.
— Да, ты сказал…
— Ладно, Пух, забудем это, — нетерпеливо перебил его Пятачок. — Вопрос вот в чём: что мы должны сделать с Кенгой?
— A-а, понятно, — сказал Пух.
— Самое лучшее, — сказал Кролик, — будет вот что. Самое лучшее — украсть Крошку Ру и спрятать его, а потом, когда Кенга скажет: «Где же Крошка Ру?», мы скажем «АГА!»
— АГА, — сказал Пух, решив поупражняться. — АГА! АГА!..
— По-моему, — заметил он немного погодя, — мы можем сказать «ага», даже если мы не украдём Крошку Ру.
— Пух, — сказал Кролик покровительственным тоном, — действительно у тебя в голове одни опилки!
— Я знаю,— скромно сказал Пух.
— Мы скажем «АГА» так, чтобы Кенга поняла, что мы знаем, где Крошка Ру. Такое «АГА» означает: «Мы тебе скажем, где спрятан Крошка Ру, если ты обещаешь уйти из нашего Леса и никогда не возвращаться». А теперь помолчите — я буду думать!
Пух ушёл в уголок и стал учиться говорить такое «АГА!». Иногда ему казалось, что у него получается такое «АГА!», о каком говорил Кролик, а иногда казалось, что нет.
«Наверно, тут всё дело в упражнении, — думал он. — Интересно, понадобится ли Кенге тоже столько упражняться, чтобы нас понять?»
— Я вот что хотел спросить, — сказал Пятачок, немного помявшись, — я говорил с Кристофером Робином, и он мне сказал, что Кенга, вообще говоря, считается одним из самых Свирепых Зверей. Я вообще-то не боюсь простых свирепых зверей, но всем известно, что если ОДИН ИЗ САМЫХ СВИРЕПЫХ ЗВЕРЕЙ лишится своего детёныша, он становится таким свирепым, как ДВА САМЫХ СВИРЕПЫХ ЗВЕРЯ. А уж тогда, пожалуй, говорить «АГА!» довольно глупо.
— Пятачок, — сказал Кролик, достав карандаш и облизав его кончик, — ты ужасный трусишка.
Пятачок слегка хлюпнул носом.
— Трудно быть храбрым, — сказал он, — когда ты всего лишь Очень Маленькое Существо.
Кролик, который тем временем начал что-то писать, на секунду поднял глаза и сказал:
— Именно потому, что ты Очень Маленькое Существо, ты будешь очень полезен в предстоящем нам приключении.
Пятачок пришёл в такой восторг при мысли о том, что он будет ПОЛЕЗНЫМ, что даже позабыл о своих страхах. А когда Кролик сказал, что Кенги бывают свирепыми только в зимние месяцы, а всё остальное время они в добродушном настроении, — Пятачок едва мог усидеть на месте, так ему захотелось сразу же стать полезным.
— А как же я? — грустно сказал Пух. — Значит, я не буду полезным?
— Не огорчайся, Пух, — поспешил утешить его великодушный Пятачок. — Может быть, как-нибудь в другой раз…
— Без Винни-Пуха, — торжественно произнёс Кролик, начиная чинить карандаш, — всё предприятие будет невозможным.
— О-о! — сказал Пятачок, стараясь не показать своего разочарования.
Пух опять скромно удалился в угол. Но про себя он гордо сказал:
— Без меня всё невозможно! Ай-да медведь!
— Ну теперь все слушайте! — сказал Кролик, кончив писать.
Пух и Пятачок сели и приготовились слушать — они даже раскрыли рты.
Вот что прочёл Кролик:
ПЛАН ПОХИЩЕНИЯ КРОШКИ РУ
1. ВО-ПЕРВЫХ. Кенга бегает быстрее всех нас, даже быстрее меня.
2. ЕЩЕ ВО-ПЕРВЫХ. Кенга никогда не сводит глаз с Крошки Ру, если он не застёгнут у неё в кармашке на все пуговицы.
3. ЗНАЧИТ. Если мы хотим похитить Крошку Ру, — нам надо выиграть время, потому что Кенга бегает быстрее всех нас, даже быстрее меня (см. пункт 1).
4. ИДЕЯ. Если Ру выскочит из кармашка Кенги, а Пятачок туда вскочит, Кенга не заметит разницы, потому что Пятачок — Очень Маленькое Существо.
5. Как и Крошка Ру.
6. Но Кенга должна обязательно смотреть в другую сторону, чтобы не заметить, как Пятачок вскочит в карман.
7. Смотри пункт 2.
8. Ещё ОДНА ИДЕЯ. Вот
