Мне очень хотелось узнать, какова же роль дядюшки в истории Малеско, если он действительно здесь побывал. Хотя я понимал, что это напоминает прогулку по Стране Чудес в поисках носового платка, который уронила Алиса семьдесят лет назад, или следа от ее башмачка в том лесу, где на дереве сидел Чеширский Кот.
Бани были огромны. На случайную встречу с Фалви трудно надеяться, а без чужой помощи мне не найти Кориоула. Что оставалось делать? Я шел вместе со всеми, игнорируя любопытные взгляды, которые время от времени останавливались на мне.
На лицо упала узкая полоска фиолетовой бумаги с настоятельным предложением: «Попросите Алиет в Хрустальном Гроте». Хотел бы я знать, что такое Алиет — девушка, напиток, песня или какая-нибудь местная диковина, совершенно незнакомая мне.
Пройдя под арку, я очутился в длинном узком вестибюле, очень милом на первый взгляд, но при ближайшем рассмотрении оказавшемся обыкновенной раздевалкой. Вдоль стены тянулись шкафчики из блестящего зеленого камня в белую клетку, а вместо скамеек против каждого стоял мягкий табурет. Толпа разошлась, и посреди вестибюля я увидел знакомый шлем и озабоченный профиль Фалви.
Мне почти не верилось в такую удачу. Впрочем, если здесь все проходят через раздевалку, то нет ничего удивительного в том, что я встретил Фалви.
Я стал осторожно приближаться к нему. Он сидел на табурете и, закинув ногу на ногу, развязывал сандалии, горячо убеждая в чем-то своего соседа, завернувшегося в оранжевое полотенце, завязанное узлом на талии.
Этот тип был покрыт веснушками с головы до ног, словно татуирован ими. Короткие рыжие волосы неприятно перекликались с оранжевым полотенцем.
Конопатый издал знакомый мне тонкий смешок. Кориоул! Я не мог приблизиться, чтобы подслушать разговор. Шлем и плащ жреца — неподходящая маскировка, Фалви может узнать меня.
И тут меня осенила мысль: раз уж человека встречают, как говорится, по одежке, то нагота в общественной бане всех делает равными. Без одежды я стану таким же добрым малескианцем, как и любой другой, пока, конечно, буду держать рот на замке.
Решив делать то же, что и все, я пошел вдоль шкафчиков, пока не нашел свободный. На дверце был белый квадрат шириной в три дюйма. Я нажал на него большим пальцем, и шкафчик открылся, а на белом квадрате остался черный отпечаток моего пальца.
Я поспешно разделся, хотя это было не так-то просто, ведь плащ жреца пришлось снимать в последнюю очередь. А для того чтобы не поощрять любопытствующих, заметивших странности в моем одеянии, я придал своему лицу выражение крайней самоуверенности. Зато, раздевшись, я почувствовал себя наконец вне всяких подозрений.
В шкафчике я обнаружил большое полотенце, как все, завернулся в него и захлопнул дверцу. Раздался щелчок. Я понял, что смогу открыть ее, лишь приложив большой палец к белому квадрату. Мое полотенце оказалось голубым, то есть более удачного цвета, чем у Кориоула.
Я повернулся к Фалви. Он убирал в свой шкафчик головной убор. Худые плечи жреца были обтянуты пурпурным полотенцем; там, где оно кончалось, видны были тощие щиколотки. Фалви был один.
В панике я огляделся и вскоре увидел оранжевое полотенце и покрытую веснушками спину человека, удалявшегося к проходу, из которого то и дело выплывал ароматный пар. Теперь моя задача состояла в том, чтобы подойти к Кориоулу и представиться раньше, чем вмешается Фалви.
Ведь этот последний по своей бездарности способен погубить нас обоих. Я помнил, что у него есть смертоносное оружие, спрятанное либо в шкафчике, либо в складках пурпурного полотенца. Почему он стремился убить меня, я не знал, но намерение было очевидным. В тот момент мне было не до вопросов.
Понадеявшись на удачу, я собрался уже идти за Кориоулом, как вдруг заметил у входа в раздевалку полосатый головной убор и под ним — физиономию Дио, с вызовом рассматривавшего толпу. Я поспешно повернулся спиной, благодаря Бога за свою удачную маскировку в этом зале, среди общей наготы и цветных полотенец.
Я был уверен, что если не допущу какую-нибудь оплошность, то Дио не найдет меня. Но он, конечно же, отыщет Фалви. И тут мне в голову пришла прекрасная идея, как отделаться от них обоих разом.
Я пошлепал босиком по теплому кафельному полу за Фалви и нагнал его в соседнем помещении, заполненном сухим, пощипывающим паром или дымом, горячим и, вероятно, заряженным электричеством. Волосы на голове слегка шевелились, по телу бегали мурашки.
Сквозь туманную завесу были видны лишь нечеткие контуры фигур. Фалви превратился в тощую тень. Я должен был ему кое-что сказать и при этом не дать разглядеть себя.
Я подошел к нему сзади и прошептал прямо в ухо:
— Послушайте! Это важно! От этого может зависеть ваша жизнь!
Он продолжал идти как ни в чем не бывало — именно такой реакции на слова местной рекламы я и ожидал. Но перед тем как слиться с находившейся поблизости группой теней, я добавил:
— Дио преследует вас, Фалви!
Он замешкался, так как ожидал услышать совсем другое, и несколько секунд, похоже, осознавал, что речь идет не об эликсире. Затем Фалви остановился и резко обернулся.
Но к тому времени я надежно скрылся в туманной группе малескианцев. Я видел размытые очертания фигуры Фалви, а он просто не знал, куда смотреть: в этом тумане все были слишком похожи.
Сквозь клубы пара я наблюдал за Фалви. Он сделал несколько неуверенных шагов, остановился, взмахнул руками и поспешил назад к раздевалке. Я последовал за ним. Дио я не встретил, но Фалви уже поспешно одевался.
Я отправился обратно в парную, надеясь отыскать Кориоула — не так уж часто встречаются рыжие веснушчатые мужчины. По крайней мере, в анфиладе комнат, наполненных паром, я нашел только одного, и это был Кориоул.
Я нашел его не сразу, долго плутая в тумане подобно призраку, пока не очутился в помещении, напоминавшем Елисейские поля, населенные привидениями. Я вспомнил Улисса, вскрывшего вену на руке, чтобы привлечь призраков. И вдруг неожиданно увидел пару ног, покрытых веснушками и рыжими волосами.
К счастью, пар здесь был еще гуще, чем везде. Кориоул, видимо, сидел откинувшись на кушетке. Я плотно запахнулся в полотенце. По телу прошла дрожь. Найдя наконец этого человека, я не знал, что делать дальше. Ведь, решив встретиться с ним, я исходил из довольно шатких предположений. Не лучше ли сначала прощупать Кориоула и выяснить его намерения, прежде чем раскрыться? Я заметил рядом с ним свободную кушетку, осторожно опустился на гладкую теплую поверхность и уставился на тень Кориоула, проигрывая в уме различные варианты начала разговора и отвергая их. Пауза затянулась. Затем Кориоул пошевелился.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
