Читаем без скачивания Донецкие повести - Сергей Богачев

— Собака прямо под колёса — еле успел тормознуть, — пробурчал долговязый и закурил какие-то вонючие сигареты. — По правилам — вина ваша…

Вот и начало трудовой недельки! Теперь предстояла препротивнейшая волокита с ожиданием автоинспекции, оформлением разного рода бумаг, страховых документов. Макарцев почувствовал неизвестно откуда свалившуюся на него перспективу впервые в жизни опоздать на службу. Иван Павлович тоже погрустнел, поскольку в свете новых обстоятельств разговор об устройстве на работу дочери в ближайшие дни затевать уже было явно не с руки. Вот тебе и проблема — из ничего, на ровном месте. Из-за какой-то собаки. Если она, конечно, была — поди проверь…

Двигавшийся за «мерседесом» Макарцева серый «опель» тоже остановился и включил «аварийку».

— Помощь нужна? Хорошо, хоть мы вас в зад не догнали — водитель среагировал. А ехали бы на пару метров ближе, тоже б загорали, — вышедший из «опеля» плотного сложения, ухоженный, энергичный мужчина лет пятидесяти, всем своим видом демонстрировавший уверенную поступь по жизни, явно выражал поддержку и сочувствие. Стильный галстук на фоне белоснежной рубашки и дорогой костюм производили хорошее впечатление и должны были характеризовать того, кто их носил, как человека с определённым статусом.

— Извините, если не ошибаюсь, видел вас в башне на Намёткина. А я тоже работаю в структуре — руковожу подразделением «Ингаза». Главное, что все живы и невредимы, а железо — оно и есть железо, — Семёнов доверительно-подбадривающе обращался к Макарцеву, невольно оказавшемуся в непривычном для себя статусе участника какого-то дурацкого происшествия.

— Вот так планируешь, планируешь, — продолжал Семёнов, не обращая внимания на хранящего молчание Макарцева, — а какая-то непредсказуемая, невероятная мелочь, в данном случае безмозглая бродячая собака, пускает все твои умные, выверенные планы под откос. Это не на один час. Ничего, водитель разберётся. Садитесь, подвезу.

— Да нет, спасибо, я вызову машину, — осторожный Макарцев не любил импровизаций и случайных знакомств.

— Конечно, конечно, — Семёнов чувствовал, что педалировать ситуацию не стоит, решение Макарцев должен принять сам. — Просто час пик, быстро не приедут. А у нас утром тоже час пик — встреча на встрече. Ну, удачи вам, — Сергей Борисович подал Макарцеву руку. Тот совершил краткое рукопожатие без особого энтузиазма и вытянул телефон, дабы нажимать кнопки и посылать осколки своей проблемы кому-то ещё, но, видимо, реально прикинув и оценив перспективы потерь золотого утреннего времени, быстро изменил тон и направился к машине Семёнова.

— Пожалуй, вы правы, это может затянуться, так что воспользуюсь вашим предложением, — Макарцеву не очень хотелось с кем-то знакомиться и ехать в чужом автомобиле, но опаздывать не хотелось ещё больше.

— С меня причитается, — Валентин Петрович не любил быть должником. — Предпочитаете виски или коньяк?

— Да бросьте, такие мелочи, мы же коллеги, я — Семёнов Сергей Борисович, можно Сергей, — Селиванов умел быть добряком, но, заметив, как недовольно напряглось лицо Макарцева, видимо не привыкшего к возражениям тех, кто находился ниже него в служебной иерархии, дружелюбно добавил: — Хотя добрый виски со льдом под беседу с хорошим человеком, кто из нас, мужиков, не любит? Кстати, пользуясь случаем, хотел у вас поинтересоваться…

— Вот и чудно, — Макарцев не стал дослушивать фразу Семёнова. Кроме того, он не любил, когда ему задают вопросы. Он предпочитал задавать их сам. Ещё в студенческие годы Валентин Петрович сделал простое открытие — задающий вопросы как бы наступает. А отвечающий — обороняется. О том, что шеф не терпит всякого рода расспросов, хорошо знали все его подчинённые. — Мне как раз наш представитель в Ирландии вчера презентовал, мой секретарь вам передаст. Кстати, нельзя ли включить «Рапсодию» — мне без неё по утрам в машине никак

Когда зазвучало радио, Макарцев довольно прикрыл глаза, давая понять услужливому, но слегка назойливому коллеге, что не расположен к дальнейшему общению.

Вечером Семёнов велел принести личные дела сотрудников и долго их просматривал. Потом отложил в сторону, не найдя ничего подходящего. Вдруг он резко оживился и повторно вытянул одну из папок «Радио… Он слушает «Рапсодию» в машине каждое утро, как прихожанин священника. Призы. Анкета… Может сложиться! Во всяком случае, стоит попробовать», — Семёнов довольно прищурился.

На следующий день во время обеда он оказался за столиком с одним из своих менеджеров.

— Кстати, Кирилл, — Сергей Борисович посмотрел на сотрудника, словно что-то вспомнив, — это идея, возможно, именно ты и сможешь мне помочь в одном деликатном вопросе.

— С удовольствием! — удружить шефу, которого боишься и тихо ненавидишь, очень даже приятно: авось зачтётся и он, наконец, станет меньше тебя гнобить.

— У тебя жена ещё работает на радио?

— Ну да.

— У меня есть один хороший знакомый — он очень скромный. А мне хотелось бы сделать ему ко дню рождения сюрприз. Он по утрам с семи до без четверти восемь слушает «Рапсодию». Там разыгрывают для слушателей разного рода призы. Сам он, конечно, никуда звонить не будет. Но если устроить розыгрыш призов по случайно определённым цифрам номеров телефонов, и он услышит свой номер в эфире любимого радио среди выигравших, то и к сообщению с радиостанции отнесётся с доверием. А вручить ему от спонсора — ресторана «Алёнушка» — нужно вот эту скидочную карточку.

— Как-то замысловато. Но я посоветуюсь. Главное, что спонсор и приз уже имеются.

На звонки с незнакомых телефонных номеров Макарцев принципиально не отвечал. Телефоны всех вышестоящих начальников были забиты в его мобилку, а изменения в них ежедневно вносила секретарь. Кому положено, всегда смогут быстро связаться с ним через приёмную или дежурного по ведомству. Но, услышав в эфире, что его номер выиграл суперприз от спонсора передачи ресторана «Алёнушка» и получив SMS-сообщение от любимого радио, Валентин Петрович всё же перезвонил. Да и столь солидный дисконт в один из лучших ресторанов столицы никогда не будет лишним.

Глава 4. МОБИЛКА — НАХОДКА ДЛЯ СЫЩИКА

Геннадий Андреевич запаздывал на двадцать минут, но Черепанов, будучи человеком пунктуальным, который в таких случаях никогда не давал спуску подчинённым, отнёсся к этому факту философски: в данном случае он выступал в роли просителя.

Наконец в заведение вошёл седоватый, в меру загоревший, подтянутый мужчина лет сорока пяти на вид, хотя на самом деле Сердюков недавно отметил полувековой юбилей. Он даже не замедлил шаг, чтобы отыскать взглядом в полумраке зала спрятанный за колонной столик, за который присел Черепанов. Геннадий Андреевич подошёл твердой, быстрой и вместе с тем не привлекающей внимания походкой, словно только что вернулся с перекура, и пожал руку Ивану. Одет Сердюков был неброско, но стильно — в тёмно-синий костюм поверх лёгкого синего, с тонко очерченными малиновым ромбами свитера. Хорошие часы на чёрном кожаном ремешке и матовые, словно только что снятые с витрины обувного магазина кожаные туфли дополняли его образ. Принадлежность к силовым структурам выдавали разве что выправка и цепкий взгляд.

— Рад видеть, но коль у нас встреча в таком месте, вопрос у тебя наверняка деликатный.

— От вас ничего не утаишь, Геннадий Андреевич, как обычно — в точку, — Иван опустил взгляд на чашку, рассматривая образовавшуюся на поверхности напитка радужную плёночку — признак качества чайного листа. — Есть проблемы.

— А когда у тебя их не было? Жизнь так устроена. С одними проблемами идут к докторам, с другими — к нам, так что выкладывай, не стесняйся.

— Меня обокрали.

— Много?

— Один миллион. Наличными. Долларов.

— Тянет на сенсационный спецвыпуск на твоём телеканале. Иван, ты меня всегда поражал количеством и качеством своих проблем. Ну что за способность у тебя: в такие ситуации попадаешь — специально не придумаешь. Итак, обокрали тебя, а деньги, как я понимаю, не совсем твои. Вернее, совсем не твои, так?

— Есть немного, но здесь не совсем обычные обстоятельства. Эти деньги вынес из хранилища банка один аферист. Мы располагаем его анкетными данными, да он, собственно, вообще не маскировался. О нём известно почти всё, но тем не менее он пропал вместе с деньгами. Я бы не хотел пока давать официальный ход этому делу, мне нужна помощь в некоторых вопросах оперативной разработки.

— Я не могу так, Ваня, мне требуются основания для оперативной разработки, иначе — незаконная слежка, превышение служебных полномочий и всё такое, ты же знаешь наши правила. Пойми, мы не частное сыскное агентство. Если не хочешь перед нами открывать карты, проведи своё журналистское расследование, в конце концов. Среди вашей братии нынче модно блеснуть смелостью и смекалкой, дабы показать бездарность отечественных ментов.