Читаем без скачивания Дело о хромой канарейке - Эрл Гарднер

– Милдред Свенс, Рино, до востребования. Понимаете, Рози сказала, что она зарегистрировалась в этой гостинице под этим именем.

– Не слишком ли хитроумные меры предосторожности только для того, чтобы избежать встречи с мужем?

– Я говорю правду.

Мейсон повернулся к Дресколлу:

– Что скажете, Дресколл? Будете ли вы молчать о причинах своего визита сюда?

– Похоже, что вы мне совершенно не верите. Я не вижу причин, почему я вам должен доверять. Поэтому ничего не обещаю.

– Джимми! – воскликнула Розалинда. – Неужели ты не видишь, что мистер Мейсон пошел на большой риск, чтобы нас защитить? Как ты…

В этот момент резко зазвонил телефон. Мейсон метнулся к аппарату.

– Алло?

Делла Стрит приглушенно проговорила:

– Сержант Голкомб с двумя местными загорелыми шерифами в широкополых шляпах только что прошли к лифту, шеф.

– Хватай машину. Лети в аэропорт. Жди меня там. Если через час меня не будет, возвращайся в контору одна. Быстрее вешай трубку.

Мейсон неистово нажал на рычаг, и местный оператор сердито ответил:

– Я вас слушаю.

– Я очень спешу, – сказал Мейсон. – Это Перри Мейсон, адвокат. Я хочу сообщить, что в комнате триста девяносто один находятся трое людей, которых разыскивает полиция Лос-Анджелеса: Розалинда Прескотт, зарегистрировавшаяся под именем Милдред Свенс, Джимми…

Джимми Дресколл подскочил к адвокату.

Мейсон, продолжая сжимать трубку левой рукой, быстро ударил Дресколла в челюсть. Молодой человек отлетел назад, а адвокат продолжал так же спокойно говорить по телефону, как будто его ничто не отвлекало:

– …Дресколл. Оба они разыскиваются в связи с убийством Вальтера Прескотта в Лос-Анджелесе. Здесь же Рита Свейн, сестра Розалинды Прескотт, которую разыскивают для дачи показаний по тому же делу.

Дресколл, восстановив равновесие, снова ринулся вперед.

– Молодой человек, не будьте идиотом! Остановитесь! – крикнул адвокат. – Мышеловка захлопнулась. Слушайте. Розалинду и Риту будут допрашивать. Не отвечайте ни на один вопрос. Не отказывайтесь следовать в Лос-Анджелес. Не делайте ничего до тех пор, пока я…

Его голос прервал громкий стук в дверь. Мужской голос потребовал:

– Немедленно откройте!

Дресколл стоял, злобно глядя на Мейсона. Розалинда Прескотт смотрела на адвоката с совершенно ошеломленным выражением лица. Мейсон обошел Риту и открыл дверь.

Сержант Голкомб, сопровождаемый двумя загорелыми полицейскими, влетел в номер и остолбенел при виде Перри Мейсона.

– Вы?

– Собственной персоной.

Голкомб весь расплылся в насмешливой улыбке.

– Как это мило! Вы знаете, что этих людей разыскивает полиция. Вы нелегально переправляете их…

– Не кипятитесь, сержант. Я не имею никакого отношения к их переходу через границу.

– Это вы только так говорите, – фыркнул Голкомб.

– Да, я так говорю. И могу это доказать.

– Ну, ладно. Во всяком случае, мы поймали вас здесь, когда вы советовались, как бы обмануть полицию.

– И снова вы ошибаетесь.

– Да-а? Вам придется это доказать комиссии присяжных!

– Это ваша третья ошибка, сержант. Я приехал сюда, потому что имел предположение, что особа, зарегистрированная в этом отеле под именем Милдред Свенс, в действительности Розалинда Прескотт, которую, как мне известно, разыскивает полиция. Тот факт, что она является моей клиенткой по другому делу, не имеет к данному вопросу никакого отношения.

– Это еще нужно доказать!

– И как только я удостоверился, что мои предположения подтвердились, я решил ее выдать местным властям, – закончил адвокат с невозмутимым видом.

Голкомб расхохотался:

– Не смешите меня! Вы что же, воображаете, что я несмышленый младенец?

Мейсон кивнул в сторону телефона:

– Если вы будете любезны справиться у телефонистки, то вам подтвердят, что я просил об этом предупредить полицию за несколько минут до вашего появления.

Голкомб недоверчиво посмотрел на Мейсона, проворчал что-то про то, что надо поспешить, пока не успели подкупить телефониста, и подошел к телефону.

– Кто-нибудь с этого номера вызывал полицию?

В трубке что-то быстро заговорили. По физиономии сержанта было ясно видно, что ответ его разочаровал. Проворчав «ол райт», он в сердцах бросил трубку на рычаг и повернулся к Мейсону:

– Чувствую, однако, что тут дело нечисто. Но пока мы этот вопрос оставим. Только не думайте, что я на этом успокоюсь. Все в свое время выяснится… Так вы говорите, что представляете Розалинду Прескотт?

– Да.

– И Дресколла?

– Нет.

– Риту Свейн?

– Да.

– Ол райт. Как в отношении подчинения требованию о выдаче преступников?

– Вы их арестуете?

– Да. По подозрению в убийстве. Вы отклоняете это требование?

– Не отклоняю, а откланиваюсь. Только и всего.

– Так и уходите! – резко сказал Голкомб.

Мейсон взял в руки шляпу и заговорил:

– Запомните, мои подопечные: не отвечайте ни на один вопрос без моего присутствия. Вас никто не может заставить говорить, если вы не желаете. Так не желайте. Говорить буду я. Ничего не подписывайте. Учтите, что они прибегнут к старому полицейскому трюку: будут каждого в отдельности уверять, будто другие признались и…

Все трое полицейских с самыми мрачными физиономиями двинулись в его сторону, но Мейсон ловко выскользнул в коридор, успев сказать: «Спокойной ночи, джентльмены!» Он захлопнул дверь перед самым носом блюстителей порядка.

Деллы Стрит в холле не было.

Мейсон поехал на такси в аэропорт, нашел пилота и спросил его, не видел ли он Деллу.

– Нет. Я думал, она пошла с вами, – удивился летчик.

– Выводи свою машину и налаживай ее. Будь готов подняться в воздух в любую минуту.

Когда мотор разогрелся и начал работать с ритмичным шумом, из тени ангара появилась неясная фигура и осторожно коснулась руки Мейсона.

– Все о'кей, шеф?

– Господи, до чего ты меня напугала! Я уже решил, что они тебя сцапали!

– Нет, но я просто подумала, что мне лучше не показываться до самой последней минуты на случай, если они явятся сюда. Что вы-то делаете?

– Успел выйти сухим из воды: позвонил в последнюю минуту в полицию. Спасибо за своевременное предупреждение. Если бы не ты, я влип бы в хорошенькую историю. Голкомб с такой силой забарабанил в дверь, что чуть вообще ее не вышиб. Он все-таки чует что-то неладное, однако ни к чему не может придраться.

– Все готово, – сказал пилот, – летим?

– Летим, – ответил Мейсон.

Глава 8

Утреннее солнце заливало ярким светом личный кабинет Перри Мейсона.

Он остановился на пороге, глядя с добродушной усмешкой на Деллу Стрит, которая наводила порядок в циркулярах и каких-то бумажках, полностью закрывавших его стол.

Почетное место занимали лишь карты.

– Уважаемый капитан, где мы сейчас находимся? На Яве или в Сингапуре? Спустите, пожалуйста, трап, чтобы я мог сойти на берег.

– О'кей, шеф, – засмеялась она, – будьте внимательней, трап мокрый и скользкий. Ага, вы уже здесь?

– Потрясающе! Это мое палубное кресло? – спросил он, усаживаясь на свой вращающийся стул.

– Да, откиньтесь назад, расслабьтесь и полюбуйтесь окрестностями. Вон там Гонолулу. А в стороне Бриллиантовая Голова, господствующая над пляжем Вайкики. Видите, как туземцы ловко лавируют между рифами в своих каноэ? Времерс уверяет, что передвигаются они со скоростью тридцать-сорок миль в час, не опасаясь гребней даже самых высоких волн.

– Нет, это ерунда! Уж если экзотика, то самая настоящая. Подавай мне плотики, на которых надо плавать стоя!

– Но ведь умение плавать на них требует многолетней тренировки!

– Что ж, почему бы для разнообразия и не попытаться овладеть этим искусством? А куда мы двинемся из Гонолулу?

Делла ткнула пальцем в тонкую брошюрку:

– Токио. Вернее, пароход останавливается в Иокогаме. Сначала мы осмотрим Иокогаму, оттуда на машине проедем в Токио. Ну а оттуда на теплоходе в Коуб, пересечем на том же теплоходе Желтое море и очутимся в Шанхае.

– Ну а наземные прогулки?

– Можно останавливаться в любом месте, но ведь и отдохнуть тоже не мешает! Я считаю, что в этом отношении морское путешествие просто незаменимо. Не надо беспокоиться ни о носильщиках, ни о камерах хранения, выгрузке, погрузке. А если ваша душа стремится к абсолютному покою, уложите в саквояж плавки, халат, домашние туфли. Сидите себе на палубе, дышите морским воздухом, загорайте и радуйтесь, что нет ни опостылевшего телефона, ни истеричных женщин, ни хромых канареек.

– Это великолепно, Делла, – подмигнул адвокат. – Кстати, о канарейках, как ты считаешь, не послать ли нам телеграмму Дрейку и выяснить, как продвигается данное дело? В конце концов, мы должны заработать на каюту люкс.

– Да, я думаю, что мы вполне можем связаться с ним телеграммой, хотя, я надеюсь, он откажется с вами сотрудничать на время вашего отъезда.

– Несомненно. Итак, где мы сейчас?