пряностями, не то благовониями, не то средством для дезинфекции. Сильный, приторный, цветочный и немного химический запах. Женщина танцует, не обращая на нас внимания.
— И что она делает? — спросил я тихо.
— Угадай.
Угадывать не пришлось, на стене зажглась голографическая надпись: «Индивидуальное обслуживание высшего уровня. Мануально — 10Т. Орально — 75Т. Полный пакет – 100Т. Премиум-алгоритмы, импланты высшего класса, гарантированное удовлетворение!».
— Индивидуальное обслуживание, это… — догадался я.
— Ну да, за десятку она подрочит. За семьдесят пять — отсосёт. За сотню — ну, всё остальное. Если бы у тебя были токи, ты мог бы трахнуть мою мамашу, прикинь?
— Тьфу на тебя, Дженадин! Что ты несёшь!
— Клиентов мало, потому что ценник крутой. Я, чтобы дождаться, по несколько часов иной раз сидела.
— Зачем?
— Хотела посмотреть, как её трахают.
— Посмотрела?
— Ага. Я тихо, никто не заметил ни разу.
— Но почему? Нафига тебе это?
— Интересно. У кого ещё научишься всяким штучкам? А у неё премиум-алгоритмы, она такое вытворяет! Но желающих всё равно мало, на Средке конкуренция зверская.
— За что ты её так ненавидишь? — спросил я-взрослый.
— С чего ты взял! — быстро сказала Колбочка. — Вот ещё глупости! Аренда есть аренда. В этом нет ничего такого, она же не вспомнит.
Но я-взрослый знаю, что прав. И знаю, за что. И мне этот мир нравится всё меньше.
— Иди, чего покажу, — зовёт меня девушка.
За подиумом ещё одна небольшая комната, она скрыта сливающейся со стеной занавеской. В ней тусклый красный свет и широкая низкая кровать, плотно обтянутая одноразовым гигиеническим бельём. Это от него пахнет цветами и дезинфекцией.
— Вот здесь её трахают, — спокойным деловым тоном говорит Колбочка.
— Дженадин, это всё какая-то странная нездоровая хрень, — говорю я.
— Смотри, — девушка меня не слушает, — смотри, как она жопой двигает! Жопы у нас одинаковые, но у меня так не получается, я пробовала. Может, там тоже импланты, как ты думаешь?
— Не знаю, — ошарашенно отвечаю я.
— Нравится?
— Ну, такое… Впечатляет.
— Иди сюда.
Обернувшись, я увидел, что она встала коленями на кровать и стягивает шорты.
— Дженадин, зачем?
— Я так хочу! И не ври, что ты не хочешь! Ты мне чуть дырку на шортах не просмотрел! Были б у меня токены, заставила бы трахнуть её. Но трахнуть меня тут — это почти то же самое.
Шорты сползают вниз, и Я-подросток решительно задвигает меня-взрослого подальше. Яйца сильнее мозгов.
Глава 4. No future
Нагма на меня дуется.
— Ты ушёл и пропал! — обиженно стукает маленьким кулачком по плечу. — Уже ночь, а я одна, а тебя нету.
— Прости, колбаса, были важные дела.
— Правда важные?
— Сомневаешься?
— Ты иногда как настоящий мальчишка, знаешь? Так странно, — вздыхает она.
— Знаю, солнышко. То, какой ты, влияет на то, как ты думаешь.
— Это прикольно — иметь тебя-брата. Ты крутецкий брат, мне нравится. Но тебя-папы мне иногда не хватает.
— Прости, мне тоже того себя не хватает.
— Кстати, Лирания про тебя спрашивала!
— Правда? — обрадовался я. — И что именно?
— Ну, куда ты делся. Наверное, что-то узнать хотела.
— А ты что сказала?
— Что ты с Колбочкой ушёл. Она такая сразу: «Ах, с Колбочкой…» — и всё.
— Что всё?
— Отвернулась такая и ушла.
— Ты специально, что ли?
— А вот не надо меня бросать на целый день одну! О сестре надо заботиться! А если бы я была голодная?
— А ты была?
— Нет, меня Лирания покормила. Еда тут, кстати, вообще невкусная, даже которая сладкая. А которая несладкая — та вообще бараний навоз в красивых бумажках.
— Ты была у Лирании?
— Ну да, я же говорю, она меня кормила. Этими, типа батончиками. На них как будто шоколад, только не шоколад, просто какая-то сладкая ерунда.
— На вот, ешь. Эти вкусные, — я протянул Нагме упаковку со сладостями.
Лакомства мы с Колбочкой спёрли на Средке. Точнее, спёр я, она только объяснила, как это делается. Одно из популярных развлечений шпаны из низов — выбраться на Средку и спереть что-то по мелочи. Что-то из платного, а значит, вкусного, красивого или просто прикольного. Можно огрести проблем, да — но, если сразу не попался, искать не будут. «Это незаконно, но всем насрать».
Я-взрослый думаю, что это специально. Не так уж и сложно отловить малолетнего несуна, учитывая, что везде камеры, а у него в кармане дистанционно считываемая айдишка. Но гораздо интереснее дать ему распробовать вкус настоящей платной жизни, позволить сравнить с дармовыми суррогатами низов. Ведь он вырастет, отмотает аренду и прибежит тратить деньги. Думаю, бесплатную еду специально делают не слишком вкусной. Вкусовые добавки фигню стоят, но должна быть разница, стимул платить. В общем, если не наглеть и не хапать много, то мелкому тырщику почти ничего не грозит.
Я-пацан при этом думал только о том, как весело хапнуть пачку сладостей с прилавка и свалить так шустро, чтобы киберпродавец не схватил. Они быстрые и резкие, но у них, оказывается, есть предельное расстояние, дальше которого они не отойдут от прилавка, и предельная стоимость украденного, до которой они не вызывают полицию. В общем, немножко адреналинчика, ничего такого. Главное, не думать, что будет, если тебя поймают и сдадут полицейским. Потому что обычному нижнику просто выпишут авансовый штраф, который оплатит его будущий арендатор. Теоретически это может повлиять на возможность выбрать контракт получше, но чтобы реально напрячь арендатора, надо нахватать дофига штрафов. По сравнению со стоимостью имплов любой штраф — копейки, а склонность к антиобщественному поведению никого не парит, всё личное потом выключат. Но это обычному. А меня-то, скорее всего, ищут. Так что я всерьёз рисковал собой и, что самое противное, — Нагмой. Но я-подросток не мог сказать девчонке: «Нет, я не буду, слишком опасно». Особенно девчонке, с которой только что имел сумасшедший секс при очень странных, но, несомненно, возбуждающих обстоятельствах.
— Спасибо, братец Док! — поблагодарила Нагма. — Ты самый лучший брат на свете! У-у-у, эти, и правда, вкусные!
И захрустела конфетами.
