Но самым удивительным, безусловно, являлись крылья. Зитарус стоял распахнув их в обе стороны, с легкостью накрыв два совсем не детских стола, способных приютить по четыре гостя каждый. Крылья птицы покрывали необычные перья, выглядевшие один в один, как побеги еловой ветки. За исключением цвета — кроваво-красного.
В учебнике говорилось, что хоть Зитарус и не обладал способностью летать, он мог взмахом крыла, словно дротиками, нашпиговать противника иголками со своих перьев. К тому же считался чрезвычайно редким и почитался варварами, как любимое животное их главного божества.
Не задумываясь ни на секунду, изумленный принц направился к птице, чтобы приземлиться за столом под крыльями и получить возможность получше рассмотреть уникальное в своем роде чучело.
К сожалению, сделать этого не удалось.
На полпути его остановила одна из официанток, вежливо сообщившая, что занимать столь почетные места имеют право только владелец, а так же менестрели, барды и другие творческие личности, приходящие развлечь посетителей и принести лишнюю монету самому заведению.
Обаятельно улыбнувшись, девушка извинилась и предложила любой другой стол на выбор.
— Теперь понятно, почему «Птица Удачи». — задумчиво проговорил Малем, не отрывая взгляд от чучела. Друзья расположились в дальнем углу, куда практически не проникал дневной свет. Они были не единственными посетителями наглухо закутанными в плащи, поэтому никаких излишних подозрений не вызывали. — Зитаруса и увидеть-то сложно, не то что убить. Тем более так, чтобы не повредить шкуру.
Вдруг, дернувшись словно от щелчка по уху, он бросил недовольный взгляд на Ника и, подняв руку, сделал жест, которому его обучил Ран.
К эльфам незамедлительно подошел Гилекс. В том, что это именно управляющий «Птицей», сомневаться не приходилось.
Выглядывавшие из-под закатанных рукавов предплечья, изрезанные паутиной застарелых шрамов, смотрелись более чем внушительно. Широкие плечи, подбородок кирпичом, прямой низкий лоб, но, в то же время, добродушная улыбка и смеющиеся, карие глаза — бывший наемник выглядел точь-в-точь, как и описывал прислужник.
Гилекс достал из переднего кармана кожаного фартука тряпку и, наклонившись, чтобы протереть стол, вполголоса проговорил:
— Сегодняшнее блюдо Ран относил к вам в комнату. Все остальное — за плату. — и, выпрямившись, спросил уже нормальным тоном. — Что нибудь еще?
— Кружку элтнанского. — плохо скрыв разочарование, заказал Малем.
— И легкого сидра, пожалуйста. — добавил Никаниэль.
Кивнув, управляющий удалился, и вскоре миловидная подавальщица, дежурно улыбнувшись, сгрузила на стол две большие керамические кружки с хмельными напитками.
По первому глотку сделали молча.
Малеммил все еще дулся, а беглый принц разглядывал заведение, постепенно заполнявшееся посетителями. Все вокруг выглядело чистым и аккуратным. Ни соринки, ни пылинки, ни пятнышка. Сравнивать «Птицу Удачи» и того же «Золотого Кабана» — все равно что положить рядом спелое, едва сорванное с ветки яблоко и точно такое же, но несколько дней пролежавшее на земле. Разница видна невооруженным взглядом.
Кроме того, о статусе заведения отчетливо говорило и то, что ни один клиент не пытался никоим образом дотронуться до официанток или, тем более, пристать к ним.
— Знаешь, а я ведь действительно любил ее. — подал, наконец, голос обиженный эльф. — Я думал, что за эти годы, что-то изменилось, но когда стоял там перед дверью… — взгляд Малема растворился в кружке вина, словно брошенный в не успевшее застыть озеро снежок. — А тут ты влез со своими «Пожалуйста, будьте любезны», чтоб тебя поперек и пополам! Тьфу!
Малеммил замолчал, но Ник и не думал встревать.
Эльфийский принц, скрыв удивление, наблюдал за доселе неизведанной чертой непохожего на самого себя друга. Шестым чувством он понимал, что лучше промолчать и дать Малему выговориться, чем лезть с какими-то утешительными словами. Тем более, что и слова-то подходящие на ум приходить отказывались.
— Хотя я и сам и не знал, чего хотел. — уже спокойней заключил Малеммил. — В любом случае, получилось, вроде, не так уж плохо. — обыкновенная легкомысленная улыбка робко, будто не веря, что ее вновь не прогонят, вернулась на свое законное место. Малем поднял кружку. — Выпьем за то, что клубок начал распутываться!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— За то, что сдвинулись с мертвой точки! — подхватил Никаниэль, подняв свою.
Оба сделали по паре глотков и облегченно выдохнули.
Но тут брови Малеммила резко поползли вверх:
— Кендер?
Глава 12
Проследив за взглядом Малема, Никаниэль увидел смешную девочку с двумя косичками, весело, вприпрыжку, шествовавшую по залу. Но, приглядевшись, он понял, что это совсем даже не ребенок, а вполне себе взрослая женщина ростом еще ниже гномов и дварфов. Встань Ник сейчас, и она едва ли достала бы ему до пояса.
Действительно кендер.
Об этой расе он знал лишь, что коротышки жили до смешного мало. Еще меньше людей. Вот только пожилых кендеров никто никогда не видел. Малорослики рождались полностью лишенными чувства страха, что в сочетании с неуемным любопытством и детской непосредственностью заставляло их лезть туда, куда пьяная выхухоль носа не сунет.
— Проверь кошелек и другие ценности. — настойчивым шепотом распорядился Малем. — А лучше вообще возьми в руки. Кто ее сюда пустил?
Дело в том, что кроме всего прочего, кендеры не признавали понятия частной собственности. Вернее не то чтобы не признавали — не понимали. Для них любая вещь принадлежала всем и никому одновременно. А от маленьких ловких пальчиков невозможно было спрятать даже шпильку в пышной шевелюре знатной дамы.
— Мое кольцо! — испуганно воскликнула женщина, сидевшая недалеко от входа. — Куда подевалось мое кольцо?
Тут же спохватились и остальные посетители. У кого-то пропали очки, у кого-то брошь, кто-то не досчитался монет, а один лысый господин вопил, что у него с головы стащили шляпу.
Коричневый берет и в самом деле уже красовался на макушке у кендера. Он был ей несомненно велик, что ни капли не смущало низкорослую воровку. Та как раз с любопытством разглядывала причудливые вензеля, вышитые на чьем-то кисете.
— Это же мое! — воскликнул сидевший неподалеку мужчина. — Кендер! Держите ее!
Он первым попытался схватить карманницу, но та, ловко увернувшись, принялась, заливисто хохоча, носиться по всему залу. При этом миниатюрная женщина вовсе не стремилась добраться до выхода и убежать с чужими вещами. Для нее это была как игра, вроде пятнашек. Только там один гонялся за всеми, а тут наоборот — все посетители «Птицы Удачи» стремились во что бы то ни стало поймать одну единственную цель.
Со стороны это казалось даже смешным, но ровно до тех пор, пока Никаниэль не обнаружил, что кошелек, который принц по совету Малема держал в руке, таинственным образом куда-то пропал. О подобной ловкости Нику оставалось только мечтать.
Наконец кендера удалось угомонить. В какой-то момент берет съехал ей на глаза и коротышка врезалась прямиком в Гилекса, который тут же поднял нарушительницу спокойствия и, бесцеремонно перехватив за ноги, принялся трясти над ближайшим столом.
Шурша, шелестя и звякая, из карманов воровки посыпались многочисленные мелочи, среди которых Никаниэль обнаружил и свой кошелек.
Недовольно гомоня, посетители подходили к образовавшейся куче и забирали свои вещи. Некоторые вообще умудрились обнаружить пропажу, лишь увидев ту на столе среди других трофеев кендера.
Гилекс опустил полурослицу на пол и, поставив на голову, отпустил. Упав, та тут же вскочила и звонко смеясь потянула руки к управляющему.
— Еще! Покатай меня еще! — звучным, детским голосом просилась она. Очевидно, для малышки все это было лишь веселым развлечением.
Вернувший себе берет мужчина, хотел было от души пнуть хулиганку, но управляющий грозно на него посмотрел и тот вернулся за свой столик.
