сделаешь.
— И будет у меня потом кликуха — Генри-Копуша, — хмыкнул я, слегка подпрыгивая и проверяя как сидит снаряжение. Загнал в ножны клинок, нацепил бацинет поверх подшлемника и ещё раз посмотрел на девушку, которая уже возилась со своим гамбезоном.
— Запри дверь на засов и не открывай пока всё не закончится, — бросил я, ещё раз поправляя меч. Всё-таки хорошо, что ребята потрудились забрать не только меня, но и моё снаряжение из той тюрьмы. Только деньги из кошеля все пропали. Должно быть их спёр один из охранников.
— Ага. Сиди, изводи себя, обкусывай ногти по локоть, в ожидании того, чем у вас там всё закончится, — ехидно заметила Айлин, — А если вас, не дай бог, разобьют — просто дождись, когда вынесут дверь и подставляй голову под топор. Что ещё интересного посоветуешь?
— Ну… — я на мгновение замешкался. По правде сказать сморозил я и впрямь глупость. Дверь задержит атакующих совсем ненадолго, а потом едва стоящая на ногах Айлин останется с ними один на один. Но как-то других вариантов в голову мне пока не приходила.
— Я сейчас спущусь на нижнюю палубу и организую там вторую линию обороны, — отрезала она, водружая шапель поверх подшлемника, — Если не дай бог у вас не получится их сдержать, без боя мы сдаваться не будем.
— Там же женщины и дети. Да и ты едва стоишь на ногах.
— И ещё полдюжины мужиков, — пожала плечами девушка, — Да, пускай они сражаться не умеют, но в состоянии выстроить баррикаду из ящиков и бочек. А женщины вполне могут отложить в сторону тряпки и опиздолов, у кого они есть, и натянуть тетиву арбалета. Да и огреть чем-нибудь тяжелым нападающих тоже сил хватит. Что же до моих ног, — она улыбнулась, — Чтобы командовать достаточно просто внятно говорить. А побегают уж пускай другие.
Что ж, мысль и впрямь была дельная. Если бой превратиться в свалку, у меня хотя-бы голова не будет болеть о том, не прорвался ли кто-нибудь из тех пиратов к цивилам. А девочка молодец. Я смотрю, за время моего отсутствия она нарастила не только метафизические яйца, но и неплохую тактическую соображалку. Чёрт, да меня прямо гордость за неё распирает.
— Добро, — кивнул я, направляясь к двери — Тогда буду надеяться, что увидимся после боя.
Далеко уйти мне не дали. Девушка схватила меня под локоть и небольшим усилием развернула к себе. Приблизилась, чуть привстала на цыпочки и… По комнате разлился тихий звон металла о металл.
— Сраная клоунская шляпа, — тихо выругалась девушка, стягивая шапель с головы и вновь повторяя свой манёвр. В следующий миг я ощутил её мягкие тёплые руки на своей шее и горячее дыхание на губах. А спустя ещё мгновение сам забыл, как дышать. На несколько долгих, приятных секунд.
— На удачу, — улыбнулась девушка, чуть отступая назад. Но тут же добавила, нахмурившись, — Но если ты дашь себя убить, знай — между нами всё кончено.
— После такого то напутствия — да ни в жизнь, — хмыкнул я, всё-таки направляясь к двери, — Ты тоже береги себя и постарайся не лезть на верхние палубы.
— А я бы может была бы и не против, если б ты перепутал нижние с верхними, — хмыкнула девушка, тонко намекая, что речь сейчас шла не только о палубах.
Дверь за спиной со скрипом захлопнулась, заставив меня нервно вздрогнуть. Твою то мать. Здорово святоши мне психику поломали всё-таки. Найти бы теперь какого-нибудь талантливого мозгоправа, чтоб он их хотя-бы немножко на место поставил. Ну да хер с ним. Во время сечи уж точно не будет никаких открывающихся или закрывающихся дверей, а значит — всё в порядке.
На верхней палубе царило необычайное оживление. По центральной секции корабля сновали солдаты в жёлто-зелёных цветах барона, вперемешку с матросами. Бойцы взводили шесть огромных палубных баллист, с трудом натягивая толстые жгуты тетив массивными деревянными воротами. Матросы же таскали тюки стрел и болтов, раскладывая их у фальшбортов посудины. В отличии от людей барона, облачённых в набивные гамбезоны, шлема и шоссы, на подчинённых капитана виднелись только штаны, закатанные по колено, банданы и кривые сабли у пояса. Решение довольно странное, и отдающее скорее понтами, чем суровой необходимостью. Но что я вообще понимаю в морских сражениях.
Мои ребята обнаружились довольно быстро. Бойцы в пурпурных сюрко, накинутых поверх плотных серых стёганок и капеллинах заняли палубу квартердека. С десяток солдат взводили ещё одну, кормовую баллисту. Остальные же готовили к бою самострелы и раскладывали тюки с болтами. Кольчужных рубах на них видно не было. По ходу сегодня отличился только я, нацепив на себя полную выкладку.
— Почему без доспехов, — спросил у Бернарда я, с трудом вскарабкавшись на палубу. Тот окинул меня озадаченным взглядом, в котором отчётливо читался вопрос: «А ты то какого хрена в таком виде выперся?», но затем всё таки соизволил объяснить особо талантливому всю глубину его некомпетентности.
— Мы посреди моря, — пожал плечами сержант, — На скользкой палубе. Без малейшего опыта морских боёв. Как ты думаешь, сколько сегодня человек во время битвы или абордажа вывалиться за борт?
— Ну… Кто-то да выпадет, — уклончиво ответил я, пытаясь прикинуть, что ж такое надо сделать, чтобы вывалиться за фальшборт. Впрочем, он не шибко то высокий, да и враг может помочь тебе улететь на ту сторону, швырнув с прогиба. А уж если придётся перебираться по доскам и канатам на вражеский корабль, то шансы искупаться растут в геометрической прогрессии.
— Вот этот кто-то почти сразу утонет, если будет в кольчуге, — принялся терпеливо объяснять Бернард, — Шапель и ботинки ты можешь быстро скинуть. Стёганку — срезать, прежде чем она напитается водой и потянет тебя на дно. А вот из кольчуги ты хрен выберешься. Так что, на твоём месте я бы её снял к херам собачьим, если собираешься принять бой вместе с нами.
— И так утону в моём-то состоянии, — покачал головой я, — Что в доспехе, что без. А от стрел мы как планируем защищаться. Они, — я кивнул в сторону вражеского корабля, на палубе которого уже можно было невооруженным глазом рассмотреть суетящихся матросов. Те готовили к бою длинные композитные луки, — явно не дерьмом в нас собираются кидаться.
— Щиты, фальшборт, — отрезал сержант, —
