Наконец он осмелился шагнуть во мрак, окутывающий святилище, куда не осмеливался войти даже Ньюн - только Мелеин, оставив Ньюна охранять дверь. Дункан затаил дыхание и включил камеру и свой фонарик, чтобы исследовать оставшиеся руины.
Святилище: здесь повсюду сверкала изуродованная пламенем сталь: разрушенные панели, застывшие ряды искореженных безжизненных машин. Дункан знал, что найдет здесь: в ту ночь, когда мри разрушали святилище, он слышал звуки работы машин.
И все же с таким благоговением относившиеся к машинам мри унесли отсюда лишь то, что по-видимому считали самым ценным - артефакт.
И землянин Дункан неожиданно засомневался: он вспомнил, что мри ни разу не позволяли ему быть хоть в чем-то уверенным, не видя в этом особой необходимости.
Святилище оказалось залом машин, а предмет, который Нью с такой любовью нес отсюда, покоившийся теперь во чреве "Флауэра", неожиданно стал зловещим и смертельно опасным... возможно, это оружие, которое может сработать во время его изучения. Что ж, вполне возможно: ведь среди мри было принято забирать своих врагов с собой в могилу. Тогда понятно, почему Ньюн так дорожил им. Однако Боаз и служба безопасности почему-то были уверены, что это не оружие.
Где-то здесь, в разграбленных и опустевших комнатах, артефакту было отведено почетное место. Дункан снова поднял камеру и двинулся вдоль рядов сожженных машин, освещая каждую утонувшую во мраке щелку, где лежал еще не тронутый ветром пепел. Следом сюда придут люди Боаз; компьютерщики станут исследовать обломки машин, но вряд ли это что-нибудь даст. Мелеин основательно поработала, чтобы землянам не досталось ничего - и так было всегда.
Дункан получил все, что хотел, все, что ему осталось. Он направился к выходу, задержавшись на миг, чтобы бросить прощальный взгляд - словно это могло помочь ему постигнуть сущность мри.
- Сэр? - позвал снаружи Галей.
Дункан резко повернулся и шагнул навстречу лейтенанту, в день; сдвинул маску, - ему вдруг показалось, что та перестала вырабатывать кислород, - радуясь тому, что может вдохнуть едкий, пронизанный солнечным светом воздух, очищенный ветром. В этом совершенно ином, полном жизни мире, перед ним возникло широкое встревоженное лицо Галея.
- Пошли, - сказал Дункан лейтенанту. - Давай выбираться отсюда.
Когда они достигли края плато и ступили на ведущую в Сил'атен тропинку, что петляла среди камней, каньон внизу скрылся в глубокой тени. Рядом с ним день клонился к вечеру; внизу, в каньоне уже сгущались сумерки.
- Похоже, пока мы дойдем до самолета, опять стемнеет, - сказал Дункан.
- Мы обязательно должны успеть? - спросил Галей.
Дункан покачал головой.
- Нет. Когда стемнеет, остановимся на ночлег.
По лицу Галея нельзя было сказать, что это известие его обрадовало. Скорее всего, тот, кто посылал лейтенанта, забыл предупредить его о том, что придется ночевать под открытым небом. На обратном пути из-за разреженного сухого воздуха у Дункана снова пошла кровь из носа; Галей кашлял все сильнее, и еще одна ночь на воздухе принесет лейтенанту немало страданий.
Галей начал спускаться первым, расшвыривая камни; от его прежней спешки не осталось и следа. И внезапно он остановился.
Дункан в тоже мгновение услышал далекий нарастающий гул самолета: вот он промчался над ними и вернулся снова. Дункан посмотрел на Галея: лейтенант тоже казался встревоженным.
- Может, это из-за погоды, - проговорил Галей, - или что-то случилось в порту.
Дункан судорожно нажал клавишу передатчика, решив: если действительно что-то случилось, с самолета их должны вызывать. Тишина.
- Идем, - сказал он Галею.
Пока они одолевали опасный спуск, самолет не появлялся. Отдых был забыт; Дункан, почувствовав, что задыхается от крови, стащил маску и вытер лицо. На руке осталась красная полоса. Голова кружилась, камни расплывались перед глазами. Нащупывая дорогу, он следовал за Галеем, с трудом передвигая ноги по рыхлому песку долины.
- Вы же недавно из госпиталя, - заговорил Галей, дотронувшись до ремней его поклажи. - Позвольте мне нести хотя бы аппаратуру. Вам будет куда легче.
- Нет, - со слепым упорством отозвался Дункан. Он собрался с силами и продолжал шагать; тревога не покидала его. Галей старался держаться рядом.
Пройдя еще один километр вверх по каньону, Дункан обнаружил, что силы его на пределе. Задыхаясь в мучительном кашле, он отдал аппаратуру Галею, который шел рядом, тоже страдая от холодного воздуха, обдирающего горло при каждом вдохе. Чувствуя невыносимое одиночество, они шагали среди мрачных могил, неся не принадлежащие человечеству сведения, которых жаждали другие.
А в каньон, ревя мотором, неторопливо спускалась неуклюжая машина регулов. Галей выругался. Дункан молча следил за ее приближением.
Ничего нельзя было сделать, некуда бежать, даже негде спрятать аппаратуру. До камней было далеко, вокруг был лишь песок, и регулы видели их как на ладони.
Машина подъехала к ним и остановились. Откинулся колпак кабины. Молодой регул наградил их своей улыбкой, продемонстрировав частокол загнутых внутрь зубов.
- Помощник Стэн Дункан, - заговорил он. - Мы очень-очень беспокоимся. Все в порядке? Все в порядке?
- В полном, - произнес Дункан. - Убирайтесь. Нам не нужна помощь.
Улыбка осталась. Круглые коричневые глаза изучали лицо Дункана, его руки, оборудование, которое несли земляне.
- Разреженный воздух. Возможно, тяжелый груз? Прошу вас, садитесь сзади. Я повезу вас. Здесь много нехорошего, близится ночь. Я Сут Хораг-ги. Бай Хулаг посылает меня. Его превосходительство серьезно беспокоится... ему бы не хотелось, помощник Стэн Дункан, чтобы с экспедицией землян что-нибудь случилось в этой пустыне. Мы заберем вас назад.
Машина была небольшой; сзади размещался грузовой кузов, где можно было прекрасно разместиться троим. Ничего подозрительного Дункан не заметил. К тому же, отказываться было глупо: ведь машина довезет их куда быстрее.
Но Дункан не верил ни одному слову регула - он вообще не доверял регулам. Галей по-прежнему не двигался, ожидая знака Дункана. Дункан, которого не покидало дурное предчувствие, забрался в кузов и подвинулся, освобождая место для Галея. Тот уселся рядом, осторожно пристроив оборудование на коленях. Машина затряслась, медленно разворачиваясь на песке.
- Регулы, должно быть, приземлились возле нашего самолета, прокричал Галей ему в ухо. Дункан понял, что тот хотел сказать: регулы рядом с самолетом, а они не приняли никаких мер безопасности: ведь на Кесрит у землян не было врагов, которых следовало опасаться. Он обругал себя за беспечность.
Земляне, конечно, были вооружены. И если дело дойдет до драки, регулам придется несладко. Не следовало, правда, забывать, что жизни юношей у регулов не стоили ломаного гроша.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
