— Так что вы там говорили о квартире? — К тому моменту моя злость заметно ослабла, и я занервничала, потому что поняла — мужик этот не просто так в моей квартире появился, он даже не вор, он на неё претендует!
— А почему здесь всё не так? — поинтересовался он, не оборачиваясь на меня. Стоял посреди кухни и оглядывался. — И кто вы такая?
Столь неожиданный переход с бесцеремонного "дамочка" на "вы" меня, признаться, обескуражил. И совсем не успокоил. Голос незнакомца зазвучал официально, и ничего хорошего это не предвещало. Так мне показалось, по крайней мере. И это — кто вы такая, окончательно меня убило.
— Как это — кто я такая, — залепетала я, разглядывая его спину. Спина была широкая, руки сильные, пальцы цеплялись за карманы донельзя обшарпанных джинсов, и почему-то на эти самые джинсы я и уставилась. На карманы интересно простроченные и далеко не сразу сообразила, что карманы эти хоть и на джинсах, а джинсы-то на… ниже спины, в общем, и смотреть туда как бы не прилично. Я ужаснулась своим мыслям, а мужчина ещё и обернулся, видимо, не дождавшись продолжения объяснений, насмешливо глянул, и я тут же покраснела. И от этого агрессивнее, чем было необходимо, выпалила: — Я - хозяйка квартиры! А вот кто вы такой?!
Он развернулся и уставился на меня голубыми, как небо глазами. Глаза были, как у младенца, в смысле, такие же невинные. Настолько, что это показалось издевательством.
— И как вы в квартиру вошли?
Он пожал плечами и улыбнулся.
— У меня ключи есть. От моей квартиры.
Я чуть не застонала вслух. Ну конечно. Я ведь всё в этой квартире переделала под свой вкус. Всё, кроме входной двери, даже не подумала замки сменить. Да и зачем, если дверь изначально напоминала сейфовую, и я чувствовала себя в полной безопасности.
Пока я пыталась прийти хоть к какому-то логическому выводу, мужчина прошёлся по просторной кухне, затем привычным движением распахнул балконную дверь, выглянул на крышу, и вдруг, уцепившись за перекладину над дверным косяком, подтянулся. У меня сердце упало. Да, я теперь поняла предназначение этой перекладины (а я ведь не позволила её убрать, собираясь шторку на неё повесить), но при этом стало совершенно ясно, что этот человек действительно имеет отношение к моей квартире. Но это ведь моя квартира!
— Я ничего не понимаю, — снова начала я и голос мой звучал всё тревожнее. — Это моя квартира, я её купила… то есть, мне её подарили.
— Хорошие тебе подарки делают, — хмыкнул пришелец. Я так поняла, что выдержки ему хватило ненадолго, и он снова принялся язвить.
— Какое вам до этого дело?!
Он вернулся в квартиру, остановился, разглядывая меня. Я решила в долгу не оставаться, и, умоляя себя, выдержать его взгляд, тоже на него уставилась. Не могу сказать, что его вид меня обрадовал. Русые волосы всклокочены, небритый, угрюмый, губы неприятно кривились, и ярко-голубые глаза смотрели пронзительно, утратив своё невинное выражение. Да и вообще этот человек выглядел опасно, и я вдруг подумала, почему сижу здесь и слушаю его, собираюсь что-то с ним обсуждать. Почему милицию не вызову? Пусть они с ним разбираются. В конце концов, это моя квартира!
— Где моя жена? — вдруг спросил мужчина.
Я растерянно моргнула.
— Ваша жена?
— В этой квартире жила моя жена! Где она?
— Откуда я знаю?!
— У кого ты квартиру покупала?
Я попыталась вспомнить. Мысли путались, чужой взгляд нервировал, и я уже готова была поддаться панике.
— Как же… Фролова… Да, точно, Фролова Галина Андреевна! Это ваша жена? Вы Фролов?
— Я не Фролов. Но это моя жена. Бывшая.
Я вдруг почувствовала облегчение.
— Ах, бывшая…
Он стоял и смотрел на меня, всё больше хмурясь, а потом вновь спросил:
— Где она?
— Да откуда же я знаю? Я видела её один раз в жизни, у нотариуса. Документы подписали и всё.
— Интересное кино, — хмыкнул мужчина и вдруг пошёл на меня. Я замерла, не сводя с него безумного взгляда, но он лишь сел на соседний стул и стащил полотенце с тарелки с морковным пирогом. Осмотрел его со всех сторон, взял самый большой кусок и откусил. Он не торопясь жевал, а я на него смотрела. Потом сглотнула и попыталась отодвинуться от него вместе со стулом. Но как только стул заскрежетал по полу, мужчина повернулся ко мне. Взглядом буквально впился в меня и неожиданно ухмыльнулся.
— Она на самом деле продала тебе квартиру?
Я осторожно кивнула и чуть в обморок не грохнулась, когда он в сердцах рыкнул:
— Вот сука, а? Квартиру мою продала и свалила!
Меня со стула, как ветром сдуло. Я обежала большой кухонный стол, чтобы быть от мужчины подальше и заметалась, не зная, что предпринять.
— Давно? — заинтересовался он.
— Что? А… Полтора месяца назад.
— Значит, я совсем немного опоздал.
Я до боли сцепила пальцы.
— Послушайте, может, вы уже пойдёте?
— Куда это? — вроде бы удивился он.
— Куда-нибудь! Вашей жены… то есть, бывшей жены, здесь нет, она не живёт здесь больше. Это теперь моя квартира, и, пожалуйста, уходите!
Он наблюдал за мной почти с умилением. Прожевал и тогда уже заулыбался.
— По-моему, ты не поняла. Это моя квартира, и продавать её Галка не имела никакого права. И я понятия не имею, что ты купила и у кого.
Ноги перестали меня держать, и я села на широкий подоконник.
— Как?..
— А вот так, — весело закончил он и поднялся. Я наблюдала за ним настороженно. А он направился прямо к моей спальне.
— Вы куда? — не выдержала я, перепугавшись окончательно.
— В душ. А ты бы поесть чего-нибудь приготовила, — он добавил в голос просительных ноток. Обернулся и вдруг подмигнул мне. — Я всю ночь к тебе мчался, десять часов за рулём.
Я даже не возмутилась в ответ на такую наглость. Он ушёл, а я осталась сидеть на подоконнике совершенно обалдевшая. Что значит, она не имела права продавать квартиру? Раз она её продала! Как такое может быть? Это же моя квартира, я её так полюбила, я душу в неё вложила, я… жить без неё не смогу! Без этой кухни, без этой крыши, вида из окна. Даже без моей кровати-мечты, которая больше ни в одну спальню на свете не поместится! А теперь является какой-то нечесаный мужик и заявляет, что я здесь никто. Как это понимать?!
Нужно что-то делать. Срочно, вот пока он в душе… Подумать только, он в моём душе! Спокойно. Нужно позвонить в милицию, пусть они приедут и заберут его. Прямо из душа, голого. Или лучше дяде позвонить и спросить у него, что делать. Он всегда всё знает, скажет, как поступить и чем этого неандертальца припугнуть.
Ага, я дяде позвоню, и он тут же сорвётся обратно, а они только вчера улетели. Сонька мне этого не простит. Она так мечтала об этом отпуске, о пляже, океане, и они с дядей Борей вдвоём, отлив и всё такое… Что-то я увлеклась Сонькиными мечтами. Думать надо совсем о другом. Нужно просто решить…
