Читаем без скачивания Клинок белого пламени - Анна Тьма

   "Назад! -- приказал Пламенный. -- Все назад!"

   Ни секунды промедления, ни одного неуверенного движения. Отсчитать тридцать ударов сердца, позволяя своим уйти. Низкое рычание изначальной речью срывается с губ, клинок застывшего огня делает последний надрез в пласте реальности. Радостно скалящийся Зверь. И крылья, быстро уносящие своего хозяина от активированной Печати.

   -- К берегу! -- звучно крикнул Альтис, нагнав друзей. -- Быстрее!

   Ждать себя никто не заставил. За спиной полыхнуло багровое зарево. Медленный тягучий гром осязаемой звуковой волной прокатился по спешно отступающим воинам. Оступился в воздухе пегас Алины, Коган поймал камнем рухнувшего вниз Стримбора. Волки глухо заворчали, коротко взвыл, что-то приказывая, Арох. Альтису показалось, что на спине у него по всему позвоночнику прорезался драконий гребень. Очень неприятное, но быстро подавленное ощущение.

   Берега достигли, не успев до конца выдохнуться. Умный капитан Риноиль догадался высадить на берег всех, сам с тремя матросами оставшись на корабле. Кутались в плащи под быстро сооружённым подальше от воды навесом принцесса и Василиса, крепко обнимавшая свою подопечную, что-то тихо ей рассказывая. Император, не боясь дождя, работал наравне с матросами, устраивая временное пристанище и выполняя указания готовивших щиты колдунов. Он понимал, что каждые рабочие руки сейчас на счету.

   Пегас Алины, приземлившись на песок, упал, сама девушка едва успела соскочить, тоже шатаясь от усталости. И тут же склонилась к верной лошадке, вливая новые силы в эфирную сущность, медленно терявшую материальность. Коган приземлился в защитном куполе некромантов и положил на землю не приходящего в себя раненого Ветра. Лисёнок и Василиса тут же подбежали к богу, перетащили его под навес и занялись раной.

   Арох был занят стаей, пересчитывая потери, излечивая раны своих волков и просто лаская тех, по кому безумно скучал. За ним, важный как никогда, ступал снежный волк.

   Ламий, едва отдышавшись, подплыл к кораблю, приказал капитану сушить якорь и, подняв свой кораблик на руки, вытащил на берег, осторожно поставив на суше, поближе к лесу.

   -- Мой адмирал, что ты делаешь?! -- взвыл капитан, поняв, где оказался.

   -- Спасаю тебя, дурак, -- ответил Змей.

   -- Но...

   -- И не хочу терять мой корабль! -- отрезал Великий Ламий.

   Эльф благоразумно заткнулся. На суше он чувствовал себя далеко не так уверенно, как на воде. В море он был полновластным хозяином и непревзойдённым бойцом, а на земле -- изгнанником и неуверенным в себе мальчишкой. Эта перемена снова не укрылась от внимательных глаз демона.

   Альтис молча стоял на берегу, сложив руки на груди и наблюдая за морем. Лишь ненадолго отвлёкся поглядеть как друг вытаскивает фрегат из воды. Бог моря любил свои игрушечные кораблики. Демон на миг задумался о чём больше беспокоился бог -- о фрегате или капитане? Но все мысли вышибло прочь, когда его скрутило болью, швыряя обратно в человеческое тело. Упав на колено, он коротко рыкнул сквозь зубы, тряхнул полуседой шевелюрой и снова поднялся, расправив плечи.

   Ламий принял человеческий облик, подошел к другу. Присмотрелся, сощурившись.

   -- Зверь?.. -- неуверенно спросил бог, не подходя близко.

   Ястреб, тоже подошедший к другу, вздрогнул. Алина молча бросилась к Алу, резко затормозила, словно наткнувшись на стену и попятилась, остановившись только когда упёрлась спиной в грудь Когана.

   -- Спокойней, девочка, -- бог взял воительницу за плечи и понял, что ту колотит нервная дрожь.

   -- Зверь... -- выдохнула она.

   Ал лениво повернулся, поглядел на своих друзей. Жёлтые глаза, щелкой зрачок. Лицо с выражением не принадлежащим Белому демону.

   -- Ага, -- так же лениво кивнул он. Снова пристально уставился на море. -- На половину.

   -- Врёт, -- сказал девушка. -- Гораздо больше.

   -- Верно, -- покладисто согласился Пламенный. -- Я убиваю это тело, но мне легче пережить откат, чем Альтису. Гораздо легче, -- он чуть склонил голову и сквозь Зверя на миг прорвался сам Альтис. -- Если бы ты знал, Трэн, как я устал от боли!

   И богу стало нехорошо от того, как были сказаны эти слова. Сам Змей такой пытки не выдержал бы.

   Альтис хищно улыбнулся, стирая иллюзию безвластия Зверя. Ступив к берегу так, что волны накатывали на его ботинки, он радостно крикнул:

   -- Я ждал тебя, мой враг!

   Ненужное право на жизнь

   -- Зверь... -- вздохнуло вмиг почерневшее море.

   Фигура в плаще сотканная из осязаемого мрака и теней встала на воде. Демон был огромен. Больше ламия.

   -- Давно ли мы стали врагами, Пламенный мой собрат? -- раздался пробирающий диким ужасом голос из-под капюшона, где клубилась тьма.

   -- Когда мы врагами не были, Ужас Глубин?

   -- Нам нечего делить, Альтис, -- этот демон всегда отличался редкостным благоразумием и не вступал в драку без нужды.

   -- А какого нежитя тогда ты оказался на моём пути, Моррий?!

   Зверь ощерился, ощутив мимолётную эмоцию только что испытанную его врагом и отдалённо напоминавшую страх. Моррий -- слишком близко, опасно близко походило на Истинное имя демона глубин. Морр'ирий -- Моррий. Редкие жители подматерии не скрывали своих имён. Даже трижды демоны не все рисковали открыто носить истинное имя.

   -- Души меченые Верховным. Они мои, -- Моррий вытянул руку, указывая на некромантов. Из рукава показалась чёрная, покрытая чешуёй ладонь, от вида которой передёргивало. -- Эти пятеро -- мои.

   Ал оглянулся. Колдуны с мрачной решимостью готовились к последней битве. В это раз выжить никто из них не надеялся.

   -- Я их заберу... остальных можешь оставить себе... если отобьются от низших.

   Придётся снова раскрыть уникальный дар перед одним из собратьев. Жаль, Альтаир это категорически запрещал. Хотя этот запрет вбит в сознание демона намертво, талантливый Пламенный уже придумал как извернуться, чтобы сбить с толку собрата. С его ладони слетели пять небольших огненных шариков и врезались в некромантов. Те разлетелись по песку как пушинки от ударов.

   -- Моя добыча! -- рявкнул Зверь. И чуть успокоился, позволив говорить Альтису. -- Теперь на них мои метки, а Верховный облезет! Ты можешь валить обратно в свои глубины!

   -- Ты оспариваешь право Пожирателя Душ? -- недоверчиво спросил демон.

   Ал понял, что вода стала кровью. От её запаха Пламенного затошнило.

   -- Дешёвка, -- сплюнул в море Альтис. -- Оспариваю?! Да я ... право Верховного! -- недвусмысленный жест красноречиво выразил отношение Пламенного к стоящему перед ним и его претензиям. -- И на твоё тоже! Я признаю только одну власть -- свою собственную!

   -- Ты ничему не учишься, последний Пламенный. Даже смерть братьев ничему тебя не научила.

   -- Не смей говорить мне о братьях, Моррий Уродливый!!! -- Зверь знал, куда бить побольнее. Хозяин глубин даже среди своих считался уродом, но мало кто в лицо осмеливался называть его этим прозвищем. Да и за глаза с оглядкой.

   Вспыхнув так, что песок под ногами оплавился, превращаясь в стекло, демон зарычал, и люди на берегу бросились врассыпную, забились кто куда, лишь бы быть подальше от этого исчадья загранной бездны.

   -- Он себя убьёт... -- отчаянно простонала Алинка.

   Бог морей обратился в прыжке, поднялся во весь свой громадный рост, и кровь вокруг Змея снова становилась водой.

   -- Уходи, Моррий, -- сказал Траэллита. -- Уходи, пока мой кровный брат ещё не перешагнул границу и не растерзал тебя.

   -- Растерзать меня?.. -- Ужас Глубин рассмеялся.

   -- Он твой, -- отодвинулся в сторону ламий.

   -- Добыча-а... -- голос Зверя разнёсся над морем и не успел затихнуть отзвук эха, как чёрные крылья уже несли своего объятого Огнём Разрушения хозяина к вожделенной цели.

   Оборвавший смех демон глубин едва успел броситься в пучину, предпочтя бегство битве. Рычащий Зверь нырнул следом не раздумывая ни мгновенья. Нырнул и ламий, только сверкнув серебристой чешуёй хвоста.

   Вода снова стала водой. Волны ещё пару минут бушевали там, куда уплыли демоны и бог, но быстро успокоились.

   -- Ушли, -- сказал очнувшийся Стримбор. -- Ждём до утра. Не беспокойся, Арох, они вернутся.

   Утром, когда лучи солнца осветили бухту, две слегка пошатывающиеся фигуры вышли из волн на берег. Сели на песок. Переглянулись.