немцах, считавших себя почти свободными баварцами, баденцами и вюртербуржцами (язык сломаешь об них). Ещё чуть-чуть и начнётся великогерманский крах. Поразительно, но «Акт о временном повышении налогов» практически моментально одобрил рейхстаг и начал проводить в жизнь аппарат. Это же сколько бабла можно прикарманить в период либерализации, вплоть до того, чтобы стать олигархами и сделать собственных детей мажорами. Никакой грамотный управленец такой шанс не упустит.
— Ваше величество, не дайте пасть Германии, — обратился к королю Бисмарк, — Фридрих рушит всё, что мы создавали таким трудом. Вон, в Мекленбурге уже англичане появились.
Да, тот самый железный канцлер пытался помочь своим соотечественникам. Пусть даже странным, на первый взгляд, способом. У Гладышева аж шарики за ролики в мозгах закатились.
— Присоедините к себе Мекленбург, всё равно он свободен юридически. И всю брауншвейгскую мелочь.
Карта на стене детально показывала границы реальной законной власти Берлина над провинциями.
— Ваше сиятельство, император начнёт с нами войну. Извините, но зачем мне это нужно?
— Увы, кёниг Питер, но если все начнут разбегаться, то новый рейх уже никогда и никак не удастся создать. А благодаря вам растёт, де-факто, молодое и сильное немецкое государство. Да и не будет Фридрих с вами воевать, так как вот-вот начнётся война с Францией. А я уж помогу через своих людей в Берлине.
Опытнейший канцлер оказался абсолютно прав. Впрочем и Гладышев сделал разумный шаг, предложив германскому императору сделку. Купив за полмиллиона фунтов (десять миллионов марок) южную Вестфалию. Через Старк-банк, естественно. Конфликт в Лотарингии начался со случайной стихийной перестрелки и в течении нескольких дней перерос в военные действия. Мемель был продан русским, а в Мекленбург вошли бригады Старкшира, причём по просьбе руководителей герцогства. Не хватало, чтобы британцы воспользовались моментом и прислали туда экспедиционный корпус. Мол, помогают таким образом братской Франции защититься от немецкой агрессии. Молодой кронпринц лишь с грустью следил за развитием идиотизма, непредусмотренного реальной историей. Отто Бисмарк посоветовал ему отправиться в Кёнигсберг, чтобы сохранить хотя бы прусский престол. Конечно, если бы у всех-всех было достаточно времени для решения вопросов, мудрость восторжествовала бы. Но нелепые решения следовали изо дня в день, так как Фридрих Третий уже чувствовал приближающуюся смерть и спешил облагодетельствовать свой народ окончательно.
Даже мудрая королева Виктория, полвека властвующая в Англии, растерялась. Хотя бы потому, что к Германии не подступиться, всё перекрыто Старкширом. Воевать с этим королевством означало начать войну с Россией, а такого у неё в планах не было. Тем более, что имелась информация о том, что хвалёная гвардия старкширцев в два раза больше афишируемых пятидесяти тысяч. А тут ещё и в Африке начались приблемы. Свази развязали войну с Оранжевой республикой, якобы для вызволения рабов. И в Индии начались восстания сразу в трёх местах. Как будто специально кто-то создаёт проблемы на ровном месте. Да ещё и оружием снабжает мятежников.
В самом Эльзасе разворачивался ТВД за счёт прибывающих с обеих сторон войск. Ни один из соперников не имел особого преимущества, так как заранее не готовился, а штабные стратегии оказались устаревшими. Французский флот не спешил в Балтийское море без англичан, а те почему-то никак не могли принять решение о вступлении в войну. Неужели начнётся какая-нибудь «странная война на одном месте»? И кто от этого выиграет? Европа веками воевала относительно неторопливо и просто не успевала за событиями. Те же австрийцы хотели бы чего-нибудь оттяпать у северного соседа, коли тот резко поглупел и ослабел, но нечем. Как бы венгерский гонвед не начал завоевание Нижней Австрии. Почему общеевропейская стабильность рухнула после смерти Вильгельма Первого? Газеты приводили множество доводов, а публика ожесточённо спорила в пивнушках и кабаках.
Старкширцы не встречали сопротивления ни в Мекленбург-Шверине, ни в Брауншвейге, а Любек добровольно отдался в загребущие руки. Стесняга Гладышев предложил кронпринцу забрать хотя бы Мекленбург-Стрелиц, присоединив к Пруссии, как часть территории. А заодно посоветовал снизить налоги, чтобы вернуть лояльность населения. Пусть люди думают, что будущий Вильгельм Второй мягкий, белый и пушистый правитель. Король Саксонии Альберт и регент Баварии Луитпольд заключили договор о союзе против возможного французского вторжения. Король Карл Вюртембургский разрывался между лояльностью Берлину и реалиями дня сегодняшнего. Его подпись могла обеспечить независимость Южногерманской конфедерации, куда вошло бы и великое герцогство Баден. А это уже сила, что ни говори. Так как на пути французов имеется лишь находящаяся к западу Лотарингия и легко огрести метлы.
12 июня 1888 года был подписан договор и объявлено об отделении от Рейха «Южногерманского Союза» (трёх королевств и одного великого герцогства). Император Фридрих как-раз накануне написал в дневнике: «Я должен выздороветь снова, мне столько нужно сделать!» Как в воду глядел. Правда, он не знал, что крысы, бежавшие на волю от его любвеобильности и радения, заключили негласный договор с французами. Слишком быстрый, чтобы быть надёжным, но многообещающий. Франция их не тронет, но и они не будут мешать захвату Эльзаса и Рейнской провинции.
15 июня правитель распадающейся страны наконец-то помер, оставив королеву Англии без поддержки в столь щекотливом «германском вопросе». Британцы, в кои-то веки, умудрились остаться с носом. Тот же лорд Гладстон даже назвал упокоившегося «Барбароссой германского либерализма». То ли похвалил, то ли насмеялся?
16 июня, прибывший в Берлин наследник чуть ли не с поезда воззвал к армии и флоту, пообешав золотые горы, молочные реки и соответствующие берега. К сожалению, разбалованный почти что демократией народ не слишком обрадовался. В парламенте вообще обнаглели в отсутствие Отто фон Бисмарка, потребовав мира с Францией на любых условиях. Деньги, только-только полученные от Старкшира и России, уже испарились. Хорошо хоть не успели продать супер-крейсеры, а точнее передать их англичанке. Французы уже додавили германскую армию до провинции Рейн и останавливаться не собирались.
Вильгельм Второй по очереди обзвонил Александра Третьего, Петра Первого и Бисмарка. Вступать в глобальную европейскую войну никто не собирался, но помочь заключить мирный договор с французами пообещали. Пусть даже ценой той же Рейнской области. Всё равно она оторвана от Германии и ныне очень неудобно находится за другими странами (Южной Германией и Старкширом). Уж лучше всерьёз заняться внутренней экономикой и лишь когда-нибудь потом строить великодержавные планы.
Когда заступники, по очереди, дали франкам добрый совет — те
