– Это всего лишь ласкательное прозвище, – улыбнулся Юджин.
Джастин выгнул бровь и опустился в кресло.
– Хотел бы я знать, какими ласковыми словечками ты награждаешь меня за моей спиной.
– Подходящими, можешь быть уверен, – отозвался Юджин, – и все время разными.
– В таком случае я польщен.
– Не стоит.
– Если это все, – отрывисто произнес сэр Рейналф, – я пойду. Мне предстоит напряженный день. Я заказал карету на три часа, мисс Грант. Постарайтесь быть готовы. Мы приглашены на чай к приходскому священнику, мистеру Феллоузу.
– Да, конечно. Я…
Но сэр Рейналф уже направился к двери.
– А завтра надо будет организовать встречу с мадам Рошель, чтобы заказать вам новый гардероб. Кстати, вы меня очень обяжете, если не станете надевать черное, когда мы отправимся к священнику.
Он поклонился и вышел.
Все взгляды снова обратились на Чайну, точнее, на ее простое черное платье.
– Мой брат всегда был истинным джентльменом, – заметил Джастин и негромко рассмеялся, когда она подняла на него глаза. – Лично я предпочитаю то, что было надето на вас прошлой ночью. Очевидно, Рейну повезло меньше. Будь я на его месте, вы бы разгуливали в таком виде двадцать четыре часа в сутки.
Чайна холодно выпрямилась. На этот раз она не покраснела, но в потемневших глазах вспыхнул огонь.
– Этого никогда не будет, сэр. – Она помедлила и, подражая его дерзкой манере, прошлась взглядом по его высокой фигуре. – Хотя бы потому, что я не испытываю к вам ни малейшего интереса.
Последовало продолжительное молчание, нарушенное сэром Уилфредом. Хлопнув себя по колену, он громко расхохотался:
– Неплохо она тебя припечатала, мой мальчик!
Взметнув юбками, Чайна круто развернулась и выскочила за дверь. Она прошла несколько шагов по направлению к лестнице, прежде чем из-за двери послышались голоса. И громче всех звучал хрипловатый смех Джастина Кросса.
Как она могла вести себя так по-детски? Как могла позволить себе эту вспышку? Чайна расхаживала по огражденной балюстрадой террасе в надежде, что прохладный воздух охладит ее гнев. Ее каблучки постукивали по каменным плитам, вторя приглушенному шуму ветра и отдаленному щебету птиц.
Как можно было позволить этим людям задеть ее чувства? Чего стоит одна только леди Пруденс с ее отрыжками и неодобрительными взглядами…
– Боже, и эта женщина могла стать моей матерью! – произнесла она вслух, вспомнив ехидный намек миссис Пиктол на то, что в молодости эта дама была неравнодушна к ее отцу.
Мысли ее переключились на Юджина Кросса, наслаждавшегося стычками между братьями, на Джастина, с его ироничным высокомерием, и на сэра Рейналфа, безразличного к ее чувствам. А ведь этот человек через две недели станет ее мужем!
Чайна прижала пальцы к вискам.
Почему она попала в такое положение?
Улучшится оно или ухудшится после бракосочетания? Если они так обращаются с гостьей, то что ее ждет, когда она станет членом семьи? Не превратится ли ее жизнь в непрерывную схватку, когда ей придется постоянно сдерживать свой язык, характер и слезы? Подумать только, не прошло и двенадцати часов, как Джастин Кросс вернулся домой после долгого отсутствия, а вокруг него уже сгустились грозовые тучи! А ведь разлука призвана смягчать сердца, а не способствовать отчуждению.
Она вспомнила, как выглядел Джастин прошлой ночью. В первые мгновения, когда он принял ее за служанку, он не считал нужным прятаться за защитные барьеры. Рука, державшая бокал с бренди, слегка дрожала, он явно не был готов отражать удары. Ей удалось дважды вывести его из равновесия: когда она не кинулась выполнять его распоряжения и когда сообщила ему, что выходит замуж за сэра Рейналфа. После этого он держался с ней подчеркнуто грубо и вызывающе. Может, это урок на будущее? И ей придется ежесекундно быть настороже, находясь в кругу собственной семьи?
– Семьи? – прошептала она, остановившись на мгновение, прежде чем снова двинуться вдоль террасы. – Это не семья, а компания дуэлянтов.
Вернувшись к себе в комнату, Чайна тщательно выбрала платье для предстоящего визита в дом священника. Какие еще испытания подстерегают ее там? Затем расчесала волосы в ожидании появления Тины с щипцами для завивки.
Небо потемнело, в воздухе чувствовалось приближение дождя. Под ее окном во дворе, отделявшем главное здание от конюшни, грум вел пару гнедых, составлявших упряжку кареты. Привлеченная суетой в дальнем конце, она увидела огромного чалого жеребца, которого вывели на мощенное булыжником пространство. Великолепное животное нетерпеливо взбрыкивало, предчувствуя быструю скачку. До Чайны донеслись приглушенные голоса, и она нахмурилась, узнав смех Джастина Кросса.
Джастин приветствовал пожилого конюха, словно тот был его близким родственником. Чайна не могла слышать, о чем они говорят, но седовласый конюх улыбался, охотно отвечая на вопросы, и даже рассмеялся, когда Джастин извлек из кармана плоский пакетик.
– Для твоей жены, Билли. В последний раз, когда я ее видел, она чуть не лопалась от желания заиметь красные шелковые подвязки. Я стащил их с ножек губернаторской жены, благо она была слишком занята, чтобы заметить, что делает моя свободная рука.
– Скажете тоже, губернаторская жена! – Конюх покачал головой, прекрасно понимая, что молодой хозяин шутит. Не было такого случая, чтобы вы не привезли моей Сьюзи подарочек из своих путешествий. Она как услышала, что вы вернулись, так словно с ума сошла. Все утро печет ваши любимые пампушки. Видать, придется надрать ей уши, чтобы приструнить чуток.
– Только попробуй, старый греховодник. А если ты посмеешь запретить своей жене печь для меня пампушки, я украду ее у тебя, так и знай.
Билли смеялся и кашлял, придерживая жеребца, пока Джастин забирался в седло.
– Даже Муншайн догадался, что вы вернулись. Чуть не выбил двери стойла, так ему не терпелось пуститься вскачь.
Джастин ласково похлопал жеребца по крутой шее.
– Вот как? В таком случае самое время дать ему почувствовать вкус ветра, пока он не променял меня на кого-нибудь другого.
– Вряд ли такое случится, – хмыкнул старый конюх. – Мистер Юджин как-то попробовал прокатиться на Муншайне, да тут же полетел вверх тормашками. Только синяков себе набил.
– Что ж, за это коню полагается дополнительная порция овса, – усмехнулся Джастин и слегка натянул поводья, тронув жеребца с места. Движение наверху заставило его вскинуть глаза на окна второго этажа, и он успел заметить мелькнувшее за стеклом бледное лицо, прежде чем оно скрылось за шторой.
Чайна Грант, подумал он, улыбнувшись шире. Забавная малышка, и с характером.
