и ложись спать.
На этом связь пропала. У Оли сделалось помутнение, она только подумала: "Вероятно, я неправильно подобрала губную помаду, она не понравилась ему.".
Рассеянный – 2
Виктор проснулся по будильнику. Голова раскалывалась после вчерашнего застолья, а во рту витал дурной дух. Супруга мирно спала. Виктор выпил кофе без сахара и поспешил на работу. На остановке засунул руку в карман за деньгами, и оттуда вытянул какой-то непонятный объект. При более тщательном осмотре – это оказались женские трусики. У него похолодело все внутри. Он попытался восстановить в памяти события вчерашнего вечера. Вспомнил только до того момента, когда они с друзьями зашли в ресторан "Уют", а потом всё расплывалось.
Позвонил Николаю, который был с ним в ресторане. Тот сказал, что они там вместе выпили, а затем он, Виктор, поторопился к своей подружке Зое. Виктор теперь вспомнил всё остальное, и ему стало понятно, какую подлянку ему подсунула Зоя. Зачем только он с ней связался! Но вначале ведь всё было так безоблачно, они вместе проводили хорошо время, и Зоя уверяла его, что их отношения не должны влиять на его супружескую жизнь, то есть любовь без каких-либо обязательств. Так и продолжалось до некоторого времени, затем Зоя вдруг сменила свою тактику, и стала требовать развод, что бы она затем могла стать его женой. Зачем ей это вдруг понадобилось, Виктор не мог понять. Ведь им было итак хорошо. Он постоянно делал ей подарки, выделял некоторую сумму на ее мелкие потребности, но ей оказалось этого мало. Ненасытная натура. И вот теперь она хочет его рассорить с Надеждой, что совсем не входило в его планы. Надя была хорошей супругой, домовитой хозяйкой, замечательной мамой для его сына Егора, чего еще желать. Ну, а Зоя… Зоя просто была некоторым моментом. Как сказал классик, ну нельзя хе постоянно есть борщ, хочется иногда и супика попробовать или суп-харчо. Хотя справедливости ради, надо отметить, что борщ Надя варила отменный, как в прямом и переносном значении. Что поделаешь, такая уж природа мужская, лишняя п… А Виктор тем временем лихорадочно искал выход из создавшегося положения. Конечно, Надя уже проверила его карманы, и обнаружила улику, но не стала поднимать шума только потому, что он был невменяемый, а теперь ему предстоит вечером "разбор полетов". Надо работать на опережение. Вечный вопрос "Что делать?" Что делать? Позвонил снова Николаю.
– Друг, выручай!
– Сколько можно. Из-за тебя я тоже попадаю в нелепые ситуации, как в прошлый раз с рыбалкой. Ездили на рыбу, а снасти дома оставили. Моя Ольга потом едва их на мне не побила.
– Последний раз. Умоляю, а то я не знаю что, будет.
– А что случилось?
– Понимаешь, мне Зоя подсунула свинью.
– Что она еще могла сделать?
– Понимаешь, она мне в пиджак свои трусики положила.
– Ну и что?
– Как что? Надя ведь их видела, и представляешь, что теперь будет.
– Она что тебе сказала, что видела?
– Нет, но я уверен, что она видела. В последнее время она стала такой подозрительной. Все меня расспрашивает. Где был, с кем был? И по карманах стала шнырит, я заметил, то мелочь пропала, то документы мои не там лежат.
– Но я чем могу тебе помочь?
– Скажи, что это ты пошутил, и подбросил мне женские трусы.
– Я подбросил?
– Да, ты!
– А где я взял те трусы?
– Где? Где? Что ты такой непонятливый! У своей жены взял.
– А вдруг твоя жена приедет к моей Ольге, и предъявит сей предмет. Как я тогда буду выглядеть? Нет, нет, уволь меня от таких неприятностей.– Разговор окончен.
– Вот такие у меня друзья, – с огорчением подумал Виктор, и снова стал биться над разрешением этой проблемы.
К вечеру созрело решение, правда, в результате чего пришлось отказаться от покупки акваланга, так что поездка к морю и знакомство с царством Нептуна накрылась ластами, зато появился огонек в конце тоннеля.
Домой возвращался с тяжелым настроением и неприятными предчувствиями, но только переступил порог квартиры перешел в наступление.
– Дорогая, мы получили хорошую премию, а у меня была небольшая заначка, все это сложил, и получилось вот такое удивительное чудо. Бери, ты заслуживаешь его. Мне для тебя ничего не жалко.
Он протянул коробочку в красном бархате. Надя открыла его и замерла от восторга.
– Это мн такая прелесть.
– Конечно, тебе. Кому еще я могу делать такие подарки.
– Оно, как раз подходит мне. – Надя надела его палец.
– Конечно, я ведь знаю твой размер. Носи, на здоровье.
– А бриллиант настоящий!
– Конечно, стал бы я тебе дарить фальшивый!
– Спасибо, дорогой. Только одно я тебя хочу спросить?
– Что-о-о???
– В твоем пиджаке не находил ли ты мои трусики? А то я вчера ложила их в свой халат, а по ошибке положила видно, в твой пиджак. Он ведь рядом висел.
– А…– слова застряли в горле у Виктора. – У-у-у
– Что такое?
– Да, твои трусы лежали в моем кармане.
– А где ж они?
– Оставил на работе.
– Зачем?
– Но не мог де я с ними целый день по цеху ходить!– недовольно крикнул Виктор. – Поехать мне сейчас за ними?
– Хорошо, не беспокойся, завтра принесешь. Спасибо, тебе дорогой за подарок. – Она чмокнула Виктора в щечку, а тот сидел, как пришибленный и ему виделось синее море, и он ныряет в акваланге к затерянным кладам. Вот что, значит, мужчине быть невнимательным к собственной жене, и не видеть, что она носит под платьем.
Где ЗАГС?
Возвращаюсь домой с покупками. Навстречу идет мне женщина неопределенного возраста, немного шатаясь из стороны в сторону. Поровнявшись со мной она спрашивает, язык немного заплетается.
– А по-о-одска-ажите, где здесь ЗАГС?
Это меня удивило.
– А зачем вам ЗАГС?
– Мне надо.
– Но в таком виде.
– Что вам не нравится?
– Мне собственно, все равно, но вот какое впечатление вы произведете там на людей.
– Я умею производить впечатление, – сказала она с пафосом.
– Давайте я вам хоть немного замажу ваш синяк под правым глазом. У меня есть хорошая пудра.
– Никогда. Вы когда-нибудь видели, что бы солдаты стеснялись носить ордена.
– Нет.
– Так вот это у меня знак признания большой любви. Вас любили когда-нибудь так, что бы за вас дрались мужчины.
– Вообще-то любили, но не дрались.
– Если не дрались, то это не любовь. Любовь – это такое дело.., это, когда готов из-за тебя на все, он ночью в дождь и в мороз принесет тебе бутылочку пива, когда у
