В старые, еще до Пушистиков, времена он мог просидеть здесь пару часов, попивая кофе и не спеша просматривая рапорты. Иногда он делал какие-то замечания, задавал вопросы или давал советы, показывая, что он в курсе происходящею. Ситуация, требующая его личных действий, возникала очень редко.
Теперь же постоянно возникала подобная ситуация, развивались конфликты. Ему пришлось связаться с людьми, которых он не стал бы беспокоить при обычных обстоятельствах: с управляющим мясоконсервным заводом на континенте Дельта, с главным инженером приостановленного проекта осушения Большой Черной воды, с мастером-механиком завода по производству ядерно-энергетических реакторов. Затем он вызвал мастера-механика завода по производству электронного оборудования, где началось производство ультразвуковых аппаратов, и попросил прислать в его контору полдюжины аппаратов. Благодаря такому прибору он мог слышать, что говорит его новый друг.
Когда он беседовал с главой химического производства о расширении производства мощных взрывчатых веществ, в дверном проеме возникла дрожащая Мирра Фаллада. Как только он отключил экран, она сказала:
— Мистер Грего, вы должны забрать это ужасное создание из оперативного центра. Девочки забросили всю работу, а шум сводит меня с ума!
Он услышал взрыв пронзительного хохота и топоток убегающего Пушистика.
— Я совсем не могу работать! А-а-а-а! — Что-то ярко-красное ударило ее сзади по голове и влетело в кабинет. Это был мешок из красного пластика, набитый губкой, бумагой или чем-то подобным. Вслед за ним, проскользнув мимо Мирры, в комнату вбежал Пушистик. Он подхватил мешок, швырнул его назад и побежал за ним. Спортивный снаряд пролетел в нескольких дюймах от лица Мирры.
— Да, Мирра. Боюсь, что это зашло уже слишком далеко, — он поднялся и прошел мимо нее. Вовремя заметив импровизированный мягкий мяч, со свистом летящий в него, он поймал его и продолжал свой путь. Пушистик подбежал к высокой рыжеволосой девушке, которая наклонилась и подхватила его.
— Девочки, — сказал Грего. — Я просил присмотреть за ним, но не просил устраивать детский сад. Из-за одного Пушистика вы все бросили работу.
— Но мы только немного поиграли, — сказала высокая рыжеволосая девушка.
— Да, немного. Как вас зовут? Сандра Глинн? Сандра, вы, кажется, понравились ему. Позаботьтесь о нем. Только, пожалуйста, сохраняйте тишину и не мешайте остальным.
Он надеялся, что она не станет спрашивать, как это сделать, и она не спросила, а только сказала:
— Я попробую, мистер Грего.
Пожалуй, за такое самопожертвование можно будет заплатить. Это все, что он может сделать для нее.
Вернувшись в свой кабинет, он получил вызов от шефа Общественных служб, который хотел посоветоваться насчет дальнейшей работы школьных учителей. Избавившись от него, Грего вызвал доктора Эрнста Мейлина из Научного центра.
Руководитель Научного центра был суетлив и изящен в своем неизменном черно-белом костюме, который как нельзя кстати подходил к его неизменным черно-белым мыслям. У него было узкое лицо и маленький рот со сжатыми губами — высокомерное лицо положительного человека. В настоящий момент это лицо выражало ожидание, что стул под ним может развалиться в любое мгновение.
— Доброе утро, мистер Грего, — сказал он боязливо и стараясь не показать этого.
— Доброе утро, доктор. Пушистики, с которыми вы работали перед судом, и те, что живут сейчас у доктора и миссис ван Рибик, одни и те же?
Вопрос удивил Мейлина. Он ответил утвердительно. Пушистики те самые, которые Юан Джименз поймал для него.
— Вы уже говорили об этом доктору Джимензу? — спросил он, услышав о появлении Пушистика в доме Компании. — Я не думаю, что он привез еще кого-нибудь, вернувшись с континента Бета.
— Нет, еще нет. Я хотел вам первому сказать о Пушистике и еще кое о чем. Доктор Мейлин, я сделал вывод, что вам не доставляет удовольствия руководство Научным центром.
— Да, мистер Грего. Я взялся за это только потому, что так было надо, но теперь, после суда, я склонен вернуться к своей собственной работе.
— Ну и вы бы хотели, чтобы ваш оклад не пострадал от этого. Я хочу заверить вас, что в этом вы можете быть совершенно уверены. Во время неприятностей с Пушистиками, в совершенно невозможной ситуации, вы сделали все лучше, чем мог бы сделать кто-нибудь другой.
Он видел, как беспокойство сходило с лица Мейлина. Прежде чем он кончил, психолог улыбнулся своей сдержанной улыбкой.
— Теперь вопрос о вашем преемнике. Что вы думаете о Юане Джимензе?
Мейлин нахмурился. Он был из тех людей, которые думают каждой мышцей своего подвижного лица.
— Он слишком молод, но я полагаю, что это будет хороший выбор, мистер Грего. Я ничего не могу сказать о нем как об ученом, потому что поле его деятельности отличается от моего, но у него хорошие способности исполнителя. Он обладает чутьем и сверх-предвидением, может брать на себя ответственность и может великолепно общаться с людьми. Да, я могу порекомендовать его, — он сделал паузу, а затем спросил: — Вы думаете, он примет это предложение?
— А как вы думаете, доктор?
Мейлин хихикнул.
— Это был глупый вопрос, — признал он. — Мистер Грего, этот Пушистик все еще в доме Компании? Что вы собираетесь с ним делать?
— Я хочу сохранить его, но боюсь, что не смогу сделать этого. К тому же он слишком предприимчив. Сегодня мои апартаменты выглядели, как поле боя, а контору он превратил в цирковую арену. И Лесли Кумбес советовал мне избавиться от него. Он считает, что это может настроить Рейнсфорда против нас. Вероятно, я отвезу его на континент Бета и выпущу там.
— Отдайте его мне, мистер Грего. Пусть он живет у меня. Мы будем с ним играть, разговаривать и попробуем выяснить, что он думает об этом. Мистер Грего, Пушистики — самые разумные существа из всех, что я видел. Я знаю. Я пытался опровергнуть это, ставил эксперименты, действующие на психику, но я просто не мог иначе. Если мы сможем изучить их основные психические модели, я смогу продвинуться в психологии и психиатрии, как не продвигался никто со времени Фрейда.
Он говорил, что думал. Теперь это был другой Эрнст Мейлин. Он был готов учиться и искоренять свое невежество, а не отрицать его. Но исполнение его желаний было под вопросом.
— Я сожалею, но если я отдам Пушистика вам, с Лесли Кумбесом случится припадок, а это ничто по сравнению с тем, что сделает Бен Рейнсфорд: он выдвинет обвинение против нас. Если я сохраню Пушистика у вас для изучения… но боюсь, что это невозможно.
Он прервал разговор и отключил экран. Шум в оперативном центре прекратился, работа, вероятно, тоже. Виктор Грего не хотел расставаться с Пушистиком. Это был хороший парнишка, но…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
