«Уверен, ты нашел бы способ перемолвиться с ним, если бы захотел. Но тебя так мучило то, что там у тебя вместо совести? Ты даже не решился поговорить с другом? Ну, ничего, у тебя еще появится такая возможность. Ты слишком ценен, потому будешь жить. Как всегда».
Но и оставлять выходку без последствий Кронос не собирался. Раздумывая над тем, как поступить с Митосом, когда эта его нелепая попытка бунта завершится поражением, Кронос решил, что Маклауда трогать пока не следует. Наоборот, предоставить ему возможность самому увидеть, как Митоса будут пытать. И чем нещаднее получится зрелище, тем лучше.
«Да, отлично. Этот болван уверится, что Митос помогает мне из страха. И не будет его осуждать. Пусть и дальше остаются друзьями, это только на пользу моим планам».
Кронос уже приблизился к лабораториям. Меч он держал наготове. Тут уже слышен был Зов, и позволить застать себя врасплох Кронос не желал. Впрочем, он не верил, что у Митоса был хоть какой-то шанс.
«Когда все закончится, Митос, ты тоже перестанешь сомневаться».
Кронос ускорил шаг.
* * *
Митос и Сайлас сражались практически на равных. Когда прошло замешательство, и Митос полностью сосредоточился на поединке, то стал уклоняться от прямых ударов — у Сайласа был перевес в силе, но Митос отличался большей ловкостью. Бой затягивался. Противникам лишь изредка удавалось задеть друг друга, большинство ударов или не достигали цели, или их удавалось отражать. Они кружили по коридорам базы, не слишком отдавая себе отчет, где именно находятся — лестницы, переходы, комнаты мелькали, как картинки в калейдоскопе.
Кто знает, чем бы закончился поединок, но в какой-то момент ненадежная кирпичная кладка под ногами Сайласа обрушилась, и он упал, скатившись вниз по лестнице. С небольшой высоты, но этого хватило, чтобы слегка оглушить его. Митос, спрыгнув следом, занес над ним меч.
— А я доверял тебе, брат!
Этот окрик только на миг привел Митоса в замешательство, но свой шанс на победу он потерял. Сайлас нанес удар — лезвие топора глубоко врезалось Митосу под ребра. Митос выронил меч и упал, пытаясь зажать рукой рану. У него изо рта потекла кровь. Сайлас поднялся на ноги, примерился — и ударил уже лежащего противника. Потом еще раз. И еще. Митос давно перестал дышать, но удары не прекращались, пока тело не превратилось в кровавое месиво. Тогда Сайлас опустил топор и, как после тяжелой работы, утер пот со лба, только размазав брызги крови.
* * *
Дункан, предоставленный сам себе, конечно же попытался освободиться. Хотя и понимал, что шансов мало — но все лучше, чем сидеть просто так. Руки у него были скованны за спиной, ноги тоже опутаны короткой цепью. Изловчившись, Дункан протащил ноги через кольцо, созданное его руками и наручниками, и так перевел руки вперед. Выбраться из клетки он тоже сумел, и теперь сидел рядом с ней на ступеньках, прикидывая, что еще можно придумать. Беспомощность здорово действовала на нервы — Дункан не боялся опасности, не отказывался от поединков с сильнейшими противниками, но сидеть и ждать милости от победителей или спасения неизвестно откуда, было выше его сил.
Что-то происходило на базе Всадников — Дункан слышал отдаленный шум, похожий на звон мечей. Его тюремщики не возвращались — никто из них. Дункан прикидывал, что бы это могло значить. Если бы Каспиан забыл тут ключ от кандалов! Или оставил хоть какое-то оружие. Но ничего подходящего тут не было.
«Сколько времени мне понадобиться, чтобы уползти отсюда, и как скоро меня найдут?»
Раздались тяжелые шаги — кто-то из Бессмертных приближался и уже начал спускаться по лестнице. Дункан повернулся на звук, и мороз побежал у него по коже. К нему шел Сайлас, держа наперевес топор. В свете факелов было хорошо видно, что лезвие топора все в крови. Брызги крови обильно покрывали также одежду, лицо и руки Сайласа.
— Что за черт? Кого ты только что убил? — сказал Дункан, невольно отодвигаясь подальше.
Сайлас ничего не ответил. Шел прямо к Дункану, удобно перехватив топор. Сбежать пленник не мог при всем желании. Сайлас столкнул его вниз, прямо в воду, пахнущую машинным маслом и гнилью. Глубина была небольшой, даже до колен не доставала, но Сайлас вполне мог удерживать Дункана под водой, пока тот не задохнулся бы. Дункан успел подумать, что такая смерть его и ждет, но тут Сайлас, удерживая его одной рукой, поднял топор. И перерубил цепь, стягивающую руки Дункана. Потом таким же образом освободил и ноги. Дункан, пошатываясь, поднялся и уставился на Сайласа. Тот хмуро смотрел на него, не выпуская из рук топор.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Решил подарить достойную гибель, что ли? Не связанным и не стоящим на коленях?»
Дункан ждал, что Сайлас сейчас все-таки убьет его, но тот вдруг отступил на несколько шагов, все так же не спуская глаз с Дункана. Потом, так ни слова и не сказав, развернулся и направился куда-то по одному из коридоров. Дункан в оцепенении смотрел вслед, пока массивная фигура не скрылась за поворотом. Потом очнулся и, подумав, направился к тем дверям, откуда Сайлас сюда явился. На полу виднелись потеки крови — проследить путь по ним было несложно. О том, что за картина откроется в конце пути, Дункан старался не думать: предположения были сплошь невеселые.
Путь оказался коротким — за очередным поворотом Дункан увидел невысокую лестницу. След обрывался у ее подножия. Дункан подошел ближе, вглядываясь в тело, лежащее в луже крови.
Митоса можно было опознать только по обрывкам плаща. Сначала Дункану показалось, что тело Митоса изрублено в куски, но, осторожно опустившись на пол рядом с ним, Дункан убедился, что шея не повреждена, а конечности не отделены от туловища. Торчащие обломки ребер и развороченные кишки смотрелись жутко, но — будь благословенно бессмертие, — все это не было непоправимым. Нужно только время, регенерация уже началась. Дункан заметил рядом с Митосом свою катану и поднял ее.
«Что тут все-таки происходит, черт побери?»
Но объяснить было некому.
Опять зазвучал Зов, и Дункан оглянулся, ожидая увидеть вернувшегося Сайласа. Но наверху лестницы стоял Кронос. С мечом в руках.
Кронос спокойно осмотрел всю картину: Дункан с катаной, мертвое тело в крови. Обрывки цепей на руках Дункана.
— Так понимаю, он решил тебя вывести отсюда, а ты ему отплатил за спасение? Да?
— Ошибаешься, — ответил Дункан.
Катана уверенно легла ему в руки. Дункан стал подниматься по лестнице к ожидающему его Кроносу. Дункан все еще не понимал, свидетелем чего только что стал, но в том, что сейчас перед ним действительно враг, сомневаться не приходилось. И этот враг терял своих союзников. Предстоял поединок — тяжелый поединок, Дункан знал, что с таким древним и сильным врагом будет непросто сражаться. Но поединок — это понятно и очевидно. Ни времени на раздумья, ни сомнений не осталось. Уверенность, которую чувствовал сейчас Дункан, придавала ему сил и не позволяла сомневаться в исходе сражения. Мечи скрестились, высекая искры.
* * *
Когда Митос очнулся, то еще долго лежал неподвижно — боль уходила медленно, а раны заживали еще медленнее, слишком сильны были повреждения. Наконец Митос решил, что может встать на ноги, не растеряв при этом все кишки. Подняться у него получилось только с третьей попытки, но, наконец, получилось. Он огляделся, прислушался. Звон мечей раздавался где-то недалеко, но точное направление не удавалось разобрать из-за эха. Или это у Митоса в ушах звенело, он не мог определить. Митос поискал меч, но катана Маклауда исчезла. Решив, что нужно первым делом найти оружие, Митос вспомнил, что свой меч потерял еще в начале поединка, не успев им воспользоваться — Сайлас выбил его из рук почти сразу, и дальше Митос сражался только катаной. С трудом, опираясь на стены, Митос отправился на поиски.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Он успел уже сориентироваться, так что долго блуждать по коридорам не пришлось — меч отыскался довольно быстро. Вот только сражаться Митос пока не мог, — из-за серьезных ран и потери крови он еще не восстановился. Но отсиживаться было некогда, и Митос направился в ту сторону, откуда, как ему казалось, слышались звуки сражения.
