Ну ладно, думаю, давайте поиграем. Неловко слезаю с лошади, слыша ехидные смешки разбойников, и это меня вдруг разозлило. В общем, когда я к ним повернулся, в руке у меня уже был пистолет, и он, как оказалось, вполне действовал. Во всяком случае, чернобородый умер мгновенно, и лег в грязь совсем как живой, только с аккуратной круглой дырочкой между глаз. А пистолет выстрелил, кстати, очень негромко, и никто даже не понял, что случилось - я стрелял от пояса, и никто не ассоциировал здесь пистолет с оружием.
Стрелы в меня полетели только после того, как четверо разбойников на дороге упали. В пятого я выстрелить просто не успел - из кустов в меня полетели сразу три стрелы, точнее, две стрелы и арбалетный болт. Пришлось отвлечься - помирать так бездарно, от грязной железки паршивой ковки, летящей на крыльях судьбы, я не собирался. Тем более от трех таких железок - хотя, если честно, какая разница…
Я откинулся в сторону, уклоняясь от летящей в меня смерти, и выпустил по кустам остаток обоймы, благо понять, где сидят стрелки, успел - время, как и прошлой ночью, не остановилось, но замедлилось, позволяя спокойно оценивать ситуацию. Пистолет дернулся еще трижды, после чего патроны в обойме кончились, но времени перезаряжать не было - последний из остававшихся на дороге разбойников, здоровенный детина, вооруженный длинным мечом, несся на меня, как носорог, ухитрившись с места развить абсолютно нереальную для такой грязной дистанции скорость.
Меч, кстати, этому придурку совершенно не подходил. Почему придурку? Да потому, что попер на меня, вместо того, чтобы убежать, пока было время. Так вот, о чем я? Ах да, о мече. Неплохой был клинок, и он хорошо бы смотрелся в руках какого-нибудь рыцаря, но у разбойника был явно чужеродным предметом. Что же, раз пошла такая пьянка, стоит проверить в деле, чему там меня реально наши реконструкторы научить успели. Первый удар, широкий и не слишком умелый, прошел над моей головой - я успел присесть, иначе этот горе-разбойник смахнул бы мне с плеч голову. При моей скорости это было несложно, но, отскочив назад, я усилием воли замедлил свою реакцию до прежней, человеческой. От второго удара, вполне предсказуемого и такого же широкого, только наискось, я легко ушел, одновременно выхватывая свой меч, и тут же рубанул сверху вниз. Не очень грамотно, но ведь я и не фехтовальщик - так, самых вершков в ускоренном темпе нахватался.
Мой противник тоже поступил не слишком умно, попытавшись парировать мой удар вскинутым над головой мечом. Абсолютно зря он это сделал - мой клинок рассек его железяку, как масло. Разбойник еще удивленно таращился на обломок в своей руке, а я уже вновь поднимаю свой меч и коротким, экономным движением насаживаю своего противника на клинок, как куропатку на вертел. Никаких доспехов на нем нет, поэтому меч входит в тело легко. Короткое движение - и разбойник валится в грязь, пытаясь зажать руками рану в животе и удержать рассыпающиеся по дороге кишки.
Перешагиваю через корчащееся на дороге тело, иду к кустам, держа оружие наготове, но нахожу там еще три тела. А я и не знал, что так здорово стреляю! Три пули - три попадания, и все смертельные. Ну что же, ребята сами нарвались, и мне их совсем не жаль, и никаких интеллигентских комплексов по поводу ценности любой жизни я тоже не испытываю. Они, может, хорошие, белые и пушистые, но они пытались убить меня, но я оказался сильнее и убил их - все логично и честно. Впредь собираюсь поступать точно так же, и незачем переживать, а пока что следует заняться более насущным делом. Вкладываю меч в ножны, возвращаюсь на дорогу, подхожу к умирающему разбойнику и, не слишком обращая внимание на его стоны, поднимаю обломки меча…
Да уж, теперь мне становится ясно, что исход нашего боя был предрешен. Более дрянного металла я, пожалуй, и не видел еще, а я, поверьте, видел на своем веку много всякого. Отделка, конечно, ничего, даже можно сказать, ничего себе, но меч должен не только украшать или служить показателем статуса своего хозяина. Меч - это, в первую очередь, оружие, а тот, обломки которого я держал в руках, оружием не был. Это была жалкая пародия, которую стыдно было даже просто в руках держать. Выходить же с ней в бой - это показывать неуважение к своему противнику, даже такой неумеха, как я, мог сказать это абсолютно точно. Смешно, но я, сам того не подозревая, похоже, таскаю в ножнах неплохую вундервафлю.
Подхожу к трупу чернобородого, толкаю его ногой… Да, зрелище неаппетитное - пуля во лбу-то дырочку маленькую сделала, а вот затылок в клочья разнесла, мозги на большой площади расплескав. Шикарно оружие испытал, ничего не скажешь… Хотя, конечно, это мне Шутник хорошую идею насчет подпилить кончики пуль подкинул, чтобы они лепестками раскрывались и внутри все в фарш разносили - интересно, откуда он в этом разбирается? Ладно, не суть важно, главное - результат.
Результат, надо признать, неплох - куча трупов и море крови, выходные отверстия от пуль огромные, мясо клочьями торчит… После такого не выживают, и это не может не радовать. Перезаряжаю пистолет, сетуя про себя, что обойма всего на восемь патронов, проверяю на всякий случай маузер и внимательно оглядываю валяющихся на дороге разбойников. К моему удивлению, один оказывается живым - пуля ударила его в плечо, раздробив кость, и он, похоже, был сейчас без сознания от болевого шока.
Постоял я, посмотрел на него - и что мне с ним делать, думаю? Ну, пленный… Пленных допрашивать положено. И что же этот инвалид умственного труда мне скажет? Ну, конечно, скрывать он ничего не будет - наверняка, если сообразил хоть что-то, будет считать меня крутым магом, побивающим врагов молниями из глаз и громом из задницы. Таким не врут… А если не сообразил, то могу его, к примеру, по плечу похлопать, уж я - то хорошо представляю, какие его ожидают ощущения. И что дальше? В смысле, ну, расколется он, как сырое полено, но что я узнаю? Как группа крестьян, замордованная мелким (именно мелким - закомплексованные ничтожества обожают самоутверждаться) феодалом, с тоски и безнадежности вышла на большую дорогу и в течении пары лет превратилась в шайку отъявленных душегубов? Да неинтересно мне это абсолютно. Даже если все совсем не так было - все равно неинтересно. У меня свои дела, а эти дурики просто попались на моем пути и не догадались прикинуться ветошью и не отсвечивать, а лучше и вовсе тихонечко отползти в сторону и самим закопаться на пару метров ниже уровня земли, дабы не напрягать мое чувство прекрасного.
Отпустить его… Опять же, зачем? Свидетель, однако, а свидетель - потенциальная угроза. Даже тем хотя бы, что может кому-нибудь проболтаться о том, как и из чего я стреляю, а это может лишить меня кое-каких преимуществ. Да и потом, он же как тот зверь, попробовавший крови, если оклемается - опять на большую дорогу выйдет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
