кассового лимита, хотел обсудить с ней этот момент и ещё ряд других по безопасности всей нашей деятельности в этих новых условиях.
После беседы с главбухом напросился у них в столовку. Мне ещё ехать лекцию читать на Локомотиворемонтный завод МПС в Перово.
* * *
Москва.
Пробив по номеру машины нового любовника Регины Быстровой, Мещеряков решил взять его под наблюдение.
Главный инженер заштатной носочной фабрички, снимающий любовнице квартиру и приезжающий к ней на собственных жигулях с огромными букетами?.. Не на официальную зарплату такие чудеса творить… Есть над чем подумать, — решил он. — Надо предупредить Ивлева, что, похоже, его подозрения не беспочвенны. Скорее всего, это объект гагаринских…
* * *
Рим, советское посольство
Андрей Астахов с удовольствием держал в руках свежий номер газеты «Corriere della Sera». Встреча с Эдоардо Мускарелли дала свои плоды. Журналист поверил его сообщению, нашел дополнительные источники — что гораздо легче сделать, когда знаешь, куда надо копать — и информация, конечно, подтвердилась. Одно название уже радовало его донельзя «Продажные итальянские политики навлекают ядерную атаку СССР на Италию». Вот уже и есть чем отчитаться в Центр!
А ведь это только начало! Эта статья поднимет на ноги всю Италию! Итальянцы, конечно, живут победнее, чем немцы или французы, но жизнь свою ценят, и умирать им из-за интриг спутавшихся с американцами политиков совсем не хочется. Значит, скоро настанет время для реализации других пунктов плана из Центра, успех в реализации которого должен заставить янки отказаться от размещения своего ядерного оружия и бомбардировщиков на авиабазе в Авиано. Борьба будет нелегкой, но в Москве надеются, что они сделают все возможное, и даже больше, чтобы добиться успеха. И он лично точно не подорвет оказанное ему доверие!
Астахов представил, с какой рожей сейчас держат эту газету в руках американские дипломаты в посольстве, готовясь звонить в Вашингтон и рапортовать о том, что все их приготовления разоблачены, и рассмеялся.
* * *
Глава 5
Москва. Перово.
Если бы меня не встретил секретарь парткома этого завода, больше похожего на депо, точно заблудился бы там и нашли меня только через пару лет… Но товарищ Блинов тоже знал об этом, поэтому перехватил меня сразу у проходной.
Тема лекции про научно-технический прогресс была мне знакома уже по всем отраслям, кроме локомотиворемонтной. Шёл, оглядываясь по сторонам, решая, как адаптировать материалы двадцать четвёртого съезда КПСС к здешним условиям.
Спросил Блинова, на чём сделать акцент?
— Какой акцент? — не понял меня поначалу.
— Ну, что для вашего коллектива было бы наиболее актуально? — уточнил я.
— А! Техника безопасности приёма горячительных напитков в непосредственной близости от железнодорожных путей.
— Что? — начал улыбаться я, решив, что это шутка.
— Да, уснул у нас тут один на рельсах перед майскими… Без ноги остался.
— Да вы что? — поразился я.
— Вот, так… И сам инвалидом стал, и нас всех подвёл. Комиссии за комиссиями все праздники. Такое ЧП!..
Только тут до меня дошло, что вокруг этого завода-депо железнодорожные ветки со всех сторон. Нетрезвому тут делать нечего, достаточно споткнуться неудачно на рельсах и привет, гипс! А уж какую расслабленную нервную систему нужно иметь, чтобы тут еще и решиться спать улечься, надравшись… Я бы столько точно не выпил, в таких-то условиях слишком стремно было бы. Вот это попадос…
Другими глазами посмотрел на парторга, который мне сразу показался каким-то нервным и дёрганым для достаточно молодого возраста. А тут станешь дёрганым…
— Но вы, конечно, читайте по утвержденной теме. Не хватало еще, чтобы кто-то из проверяющих потом сверил темы, и оказалось, что еще и лекция у нас прошла не та, что должна была быть. С них станется…
Рабочие в зале, куда он меня привёл, сидели мрачные и смотрели на меня исподлобья. Хорошо, что он меня предупредил, какое ЧП у них тут случилось. Представляю, какой это был стресс для всех, кто оказался поблизости, сколько кровищи… Ну и, само собой, куча народу, наверное, писала объяснительные. С кем пил пострадавший, кто за ним недоглядел… Чудесная, просто чарующая атмосфера для лекции про научно-технический прогресс!
Когда я объявил о теме лекции, люди в зале стали недоуменно переглядываться между собой. Ну да, я бы тоже предпочел обсудить что-то другое сейчас лучше, больше подходящее к ситуации, но Блинову и так хватает неприятностей.
Не стал ни на что отвлекаться, решил отчитать лекцию строго по методичке и отпустить людей побыстрее. Успел уже половину отработать, как в зал вошло несколько очень представительных мужчин и по-хозяйски посмотрели на собравшихся. Парторг бросился к ним, что-то выяснил и побежал ко мне на сцену.
— Товарищ лектор, из министерства опять приехали по поводу этого ЧП. Придётся вам закончить свою лекцию. Извините, пожалуйста.
— Очень сочувствую вашему коллективу, — сказал я собравшимся в зале работягам, чтобы не выглядело всё так, как будто меня выгоняют со сцены. Попрощался с ними и пожелал быть ответственными, в первую очередь, перед самими собой. — Перефразируя призыв «Лучший контролёр — это совесть», хочется сказать, что лучший гарант безопасности — это собственное благоразумие. Никто не позаботится о вас лучше, чем вы сами, товарищи. Продолжим лекцию в следующий раз.
Уступая трибуну прервавшему меня начальству, жестом пригласил их на сцену, символически передавая эстафету. Тут же поднялся один из них и проходя мимо, протянул мне руку таким коротким движением, как будто, и правда, эстафету принимал от меня. Едва успел её пожать.
— Спасибо, — проговорил он и встал за трибуну. — Поддерживаю предыдущего оратора…
Но я уже, перекинув пиджак через руку, выходил из зала.
— Это наш директор, — объяснил мне оказавшийся рядом парторг Блинов. — Спасибо вам за лекцию, уверен, она была бы очень интересная, если бы дали довести ее до конца.
— Да уж, — сочувственно взглянул я на него. — Ну, приглашайте ещё раз, когда у вас тут улягутся страсти…
* * *
Москва. Детский дом № 19.
— Александра Мироновна! — ворвалась в кабинет директора детского дома Женя Брагина. — Уже можно забирать Ларису?
— Женечка, нет ещё! — улыбнулась директриса. — Праздники же были. Сегодня только заседание комиссии прошло. Официального решения ещё несколько дней ждать. На следующей неделе заберёте.
— Жаль, — глубоко разочарованная Женя сразу поникла. — Пойду, найду её.
— Жень, не говори ей, пока, ничего, — серьезно глядя на неё,
