— молодую девушку девятнадцати лет по имени Светлана. Всё бы ничего, девчонка неплохая, вот только слишком общительная — болтала практически без умолку. А я уже успела привыкнуть к покою, который тут получила. Поэтому в последний день я, уже переодетая в свою одежду, буквально минуты считала, когда мне принесут заветную бумагу, и я смогу поскорее уйти отсюда.
— Доктор наш такой душка. Ты не знаешь, он женат? — спросила вдруг меня соседка и откусила кусочек от яблока.
— Тебе-то это зачем знать? — усмехнулась я.
— Да так, просто интересно. Скорей всего женат, уж очень он классный. Как любит говорить моя мама “хороших мужиков разбирают ещё щенками” хи-хи.
— Надеюсь, ты успела себе взять хороший экземпляр, — шутейно ответила я на её высказывание.
— Ага, только, маме он не нравится. Говорит, что он скорей всего будет гулять.
— С чего она сделала такие выводы?
— Да потому что отец у него такой — с репутацией бабника. Яблоко от яблони… — добавила девушка, глядя на фрукт и опять от него откусила.
М-да, какие разные у нас мамы. Моя вот считает, что измена мужа — это не страшно.
— Но а ты-то сама как думаешь? — поинтересовалась я её мнением, раз уж разговорились на эту тему.
Света недоумённо пожала плечами.
— Пока не замечала за ним ничего такого.
— Вот и хорошо, — порадовалась я за неё.
— Ну не знаю. У нас другая проблема — мне скучно с ним. Он слишком домашний, никуда не любит ходить, тем более ездить. Я ему говорю однажды, давай на море поедем, развеемся, а он — денег нет. Я ему — у отца попроси, а он — не буду я просить…
И девушка опять начала пересказывать один из диалогов со своим парнем. Этим она больше всего любила заниматься все три дня, что здесь находилась. Вздохнув, я устало посмотрела на часы, и продолжила терпеливо ожидать свою выписку, слушая при этом соседку. Чтобы хоть чем-то себя занять, я встала и подошла к окну, начала наблюдать за осенним листопадом, иногда поглядывала на проезжающие машины.
— Счастливая, тебя сейчас муж встретит, с цветами небось, — проговорила Света, решив, что я машину супруга высматриваю, и взяла второе яблоко с прикроватной тумбочки.
Не стала ей объяснять, что никто меня не встретит. Я вообще никому, даже матери не сообщила, что выписываюсь. А то боюсь мама тут же позвонит Игорю, а он точно примчится. Для себя я решила, что как только выйду на крыльцо больницы — вызову такси. Отправлюсь вначале к матери домой, возьму ключи от квартиры родственницы и тут же уеду.
К сожалению Марк до сих пор в больнице. Перелом ноги оказался более серьёзным, как решили в начале его госпитализации, так что с тех пор, как мы разговаривали о моём предстоящем разводе, пришлось ему несколько операций перенести. Марк скорей всего ещё долго пробудет на реабилитации, поэтому я всё же решила попытать счастье с другим адвокатом — отцом Александра Николаевича. К тому же доктор обрадовал с утра, сказал, что он назначил мне встречу завтра. Наконец-то что-то сдвинется с разводом, а то я уже подумывала начать искать адвоката по другим знакомым.
— Ну вот, всё готово, — проговорил Александр Николаевич, как только вошёл в палату и отдал мне документ. — Рекомендации написаны, чтобы всё выполняла и самое главное, береги себя от стрессов, — добавил он в конце, улыбнувшись.
— Спасибо, — ответила я и, поддавшись порыву, по-дружески обняла его.
Доктор ответил мне такими же объятиями, при этом легонько похлопав по спине. Соседка, грызущая яблоко, в недоумении застыла.
— Вещи собрала? — спросил меня Александр Николаевич.
— Да, — показала я на большую сумку у кровати.
Доктор сам подхватил мою поклажу и велел следовать за ним. Я только и успела убрать выписку в дамскую сумочку и, попрощавшись с соседкой, которая так и продолжала сидеть с обомлевшим лицом и с яблоком в руке, пошла за своим врачом.
На лифте мы спустились на первый этаж, где мне выдали мою верхнюю одежду. Пока я одевалась и переобувалась в уличную обувь, обратила внимание, что доктора моего и след простыл. Оно и понятно, работа не ждёт, меня проводил и то хорошо. Попрощаться вот только забыл, ну и ладно! На него обижаться, это всё равно что обижаться на ангела. Уж слишком он хороший, и столько хорошего для меня сделал, так что я не имею права дуться.
Поблагодарив гардеробщицу, я… а где моя сумка с вещами? Начала озираться по сторонам, ища свою поклажу. Задала вопрос работнице гардероба, может сумка у неё осталась?
— Так её доктор унёс, — ответила она как само собой разумеющееся.
— То есть как, унёс? Куда?
— Да откуда ж мне знать? Наверное в машину решил тебе помочь загрузить.
В этот момент с улицы послышался громкий сигнал автомобиля. Подхватив свою дамскую сумочку, я поспешила выйти на крыльцо. Каково же было моё удивление, когда увидела своего доктора в куртке вместо халата, стоящего у машины со стороны водительского сидения. Дверь была раскрыта и Александр Николаевич упорно давил на сигнальную кнопку клаксона.
Увидев меня, он разулыбался и громко произнёс:
— Ну где ты там? Давай быстрее!
Обомлев, я оглянулась на больницу: а как же работа?
— Анжелика Павловна! — снова поторопил меня Александр Николаевич и я поспешила к нему.
Усевшись на пассажирское сиденье и не забыв пристегнуться, снова посмотрела на больницу. В окнах нашего отделения, где я лежала, торчали изумлённые лица сотрудниц Александра Николаевича. Ну всё, сплетни обеспечены.
— Говори адрес, — проговорил доктор, отвлекая меня от созерцания любопытных женщин.
Всё ещё пребывая в лёгком шоке, я не сразу сообразила, какой адрес назвать. Чуть не сказала наш с Игорем, но, быстро опомнившись, вспомнила адрес бабушкиной квартиры, где живёт сейчас мама.
Автомобиль доктора тронулся с места и я осмелилась спросить:
— Вы всех своих пациенток по домам развозите?
Александр Николаевич усмехнулся и ответил:
— Нет, не всех.
— А как же другие Ваши пациентки? — задала я следующий вопрос, намекая на работу.
— Другие? — снова усмехнулся он. — Все опрошены, осмотрены, лечение назначено, так что в свой законный обеденный перерыв могу заняться личными делами.
Слова “личными делами” меня несколько смутили и я опять не нашлась, что на это сказать. Не скрою, с одной стороны приятно такое внимание к моей персоне, но с другой — как-то немного напряжно.
Доктор, наверное, почувствовал моё состояние и сам поспешил пояснить свои действия:
— Ещё утром я понял, что тебя некому будет забрать. С мужем отношения напряжённые, так что вряд ли ты ему сообщила
