старухи в чёрном ветхом одеянии.
Она смотрела прямо на меня и что-то шептала. Галя, я так испугалась! — проговорила я. — Казалось, что потусторонние, злые силы заполнили каждую мою пору, манипулируя мной, как игрушкой. Мои мысли и чувства были искажены и подчинены злому влиянию, а моё тело было слабым и обессиленным.
Этот негатив охватила меня словно тёмный туман, окруживший мою душу. Я потеряла ясность мысли и ощущала себя оторванной от реальности. И чувствовала тень горя и потери, а каждое движение было тяжелым.
Мне хотелось бежать и кричать. Но сдвинуться с места не могла.
Старуха начала приближаться. А я вдруг вспомнила и стала читать мысленно " Отче наш". Дословно я не помнила текст молитвы, но говорила, что-то говорила… А потом она отступила и я проснулась.
Господи! Галя, как же было страшно!
— Б-р-р, — произнесла соседка по комнате, — я даже от твоего рассказа мурашками покрылась, девушка съежилась. — Приснится же такое.
Время было три часа ночи, до утра ещё долго. Галя ещё немного посидела со мной, а потом ушла в соседнюю комнату. А я боялась засыпать, думая что снова приснится нечто страшное.
Почти до самого утра я провалялась в постели, с головой накрывшись одеялом. И только под утро провалилась в сон.
Благо, что следующий день был субботой и никуда не нужно было идти. Поэтому проспала почти до обеда.
С той самой ночи меня иногда стали мучить кошмары. Сначала изредка, затем чаще, почти в каждом была жуткая старуха, одна и та же каждый раз. И даже если она не снилась, то во сне я чувствовала — она где-то рядом.
В один прекрасный момент я резко проснулась, казалось что-то давит на мою грудную клетку, я открыла глаза.
Старуха стояла склонившись к моему лицу и смотрела на меня.
Тот ужас который я испытала невозможно описать. Она снова что-то беззвучно шептала. А потом исчезла.
На следующее утро я не могла понять. Сон это был или на яву? Казалось, что правда. Но разве такое возможно?
Я стала бояться спать ночью. Заметила, если сплю утром или днём или вечером, то такие сноведения не посещают меня.
И просыпалась я от них всегда в одно и то же время — примерно с двух до четырёх.
Поэтому стала вечером ложиться спать пораньше и заводила будильник, чтобы не спать в это время, а после четырёх снова ложиться.
Так прошло около десяти дней.
Я не могла иначе, было чертовски страшно спать в эти часы.
На работе стали замечать, что я плохо выгляжу — глаза запали и цвет лица потускнел.
— Не заболела ли случайно? — спросила тётя Нина, когда мы собирались домой в конце рабочего дня.
— Нет, не заболела, — ответила я.
— Выглядишь плохо, девочка! Бледная и круги тёмные под глазами. — Идём ко мне в гости, поболтаем заодно? — предложила она.
Я согласилась и пошла вместе с тётей к ним домой.
Она вскипятила чайник и угостила меня вкусным домашним печеньем.
— Так расскажешь всё таки? Что же произошло?
Я не знала поверит ли тётя Нина мне, но сбивчиво пересказала всё, что происходило в последнее время. Я очень волновалась, едва не плакала.
Тётя, к счастью, поверила и более того она предложила сводить меня к бабушке, которая посмотрит что со мной не так.
— Я один раз уже сходила к гадалке, — стала отказываться я, — осталась без денег и ничего хорошего мне не сказали.
— Здесь точно помогут, — не унималась тётя.
Всё же я сдалась, хотя уже не верила.
Решили идти в субботу.
Денег тётя Нина сказала, что и не нужно вовсе.
— Просто купи что-то от чистого сердца, — посоветовала она.
Поэтому в ближайшем магазине я приобрела коробку конфет и чай в красивой упаковке в виде сундучка.
Бабушка Валя была хорошей знакомой моей тёти, жила она в обычном деревянном чуть покосившейся домике одна.
На вид ей было около семидесяти лет. Чуть полноватая, седая, с добрым взглядом — настоящая бабуся.
Она напоила нас чаем с баранками и ежевичный вареньем и ненавязчиво расспросила о моих страхах.
— Встань к печи, — попросила она и я послушалась.
Она остановилась напротив и стала водить возле меня руками и что-то шептать, а затем и зевать. Я абсолютно ничего не чувствовала, думая что всё какой-то обман.
— На ней сильное воздействие, — сказала она не мне, а тёте, — очень хорошо что привела девочку.
— Можно как-то убрать его? — спросила тётя Нина.
А я стояла всё ещё молча и неожиданно для себя оцепенела, словно речь шла не обо мне.
— Да, но не за один раз, — утвердительно кивнула головой баба Валя, — как минимум три раза пусть приходит.
— Обязательно придёт! — ответила тётя Нина, — я прослежу.
* * *
С этого дня я ходила к бабе Вале каждый день после работы и не три раза, а пять. Она всё так же ставила меня к печи и читала непонятные слова.
К своему удивлению спать я стала нормально. Мне больше не снилась мерзкая старуха и прошли головные боли.
Да и вообще стало легче дышать. Казалось, что жизнь понемногу возвращается ко мне и начинает играть красками.
В последний мой визит к ней, я решила расспросить о своём будущем. А вдруг?
— Мне нагадали прожить жизнь в одиночестве, у меня не будет детей! — сказала я, — правда ли это?
— К сожалению, я ничего не могу сказать про семью, — ответила она, — но то, что тебя ждёт большая любовь вижу ясно!
— Любовь? — взглянула на неё взволнованно.
Моё сердце ещё страдало и я не представляла, что ещё раз смогу полюбить.
— Обязательно, деточка, ты будешь счастлива и никак иначе.
Я хотела оставить ей в знак благодарности денег, но она отказалась, сказав, что мне нужнее.
Попрощавшись я уже подошла к порогу, но вдруг меня осенила мысль — показать фотоснимок Алексея, что она сможет сказать по его поводу?
Резко остановилась и обернулась на бабушку Валю.
— Что-то забыла, девочка? — спросила она тепло улыбаясь.
— Да, а вы можете человека по фотографии посмотреть? — спросила затаив дыхание.
Глава 13
— Да, могу и по фото взглянуть, — ответила бабушка.
Я вынула телефон из сумочки. Пальцы почему-то онемели.
Почти все фотографии парня я удалила. Оставила лишь один единственный снимок с набережной.
Я там счастлива, да и Алекс кажется тоже. Наши лица наполнены радостью и улыбки сияют, а глаза светятся весёлым блеском.
Невольно вспомнила тот день, когда были вместе, наши совместные и нежные моменты. Эти воспоминания наполняли
