Читаем без скачивания Ядовитый полигон - Сергей Самаров

–  Значит, из-под земли и появились, – сказал я, подходя и рассматривая два тела, принесенные бойцами группы. Раны были разные – и обычные, как от автоматной пули, и объемные, как от пули из крупнокалиберного пулемета. – Из чего в вас стреляли?

Бойцы группы не знали, стоит ли мне отвечать, поскольку докладывать они привыкли только своему подполковнику, находившемуся здесь же, в холле. Полтора Коляна попытался оправдаться.

–  Понять было сложно. Темнело уже. По звуку обычные «калаши». Кажется, несколько раз «подствольник» ухнул…

–  Кажется или ухнул? – Я спрашивал строго, как со своих солдат.

Лагун не возражал против такого допроса, и бойцы группы, не зная моего статуса, тоже не решились возразить.

–  Мне показалось, один с дробовиком выскочил, – отозвался другой боец. – Я на него почему внимание обратил… У него на голове маскировка какая-то была, как куст заснеженный. Небольшой такой кустик… И дробовик, двустволка.

–  Хорошее, наверное, ружье, – согласился я. – Картечь кучно кладет, почти без разброса. Одна рана – точно выстрел картечью. А у второго входное отверстие большое, а выходное – еще больше. На жакан похоже.

Я присел рядом с одним из убитых и своим носовым платком, не слишком чистым после долгого пребывания в камере, стер на ране кровь с маленького участка.

–  Да. Картечью. Выстрел прицельный, в область сердца. Видимо, хороший охотник стрелял. Дистанция какая была?

–  Метров сорок.

–  Хороший стрелок… – Я протер рану и второму бойцу. – Здесь не картечь. Или жакан, или еще что-то такое же. Охотничье ружье – ствол убойный. Хотя для бандитов оружие странное…

–  Там еще были люди с ружьями, – сказал кто-то. – Несколько человек…

–  Даже так? Это уже на ополчение похоже, – сказал я и внимательно посмотрел в глаза подполковнику.

Я ситуацию не знаю, а он знает. Ему, наверное, все это больше понятно, чем мне.

–  Василий Андреевич, пожалуй ко мне в кабинет. Поговорим… Полтора Коляна тоже. Убитых перенесите в подвал. В темноте мы их в морг не повезем. Темнота нам, оказывается, противопоказана…

Я уже привык к новому имени и среагировал сразу. Как только подполковник резко и недобро развернулся и двинулся по коридору, я последовал за ним. Полтора Коляна среагировал не сразу, хотя ему-то свое прозвище следовало давно запомнить, и спустя несколько секунд пошел следом за мной, сильно топая ногами. Неудивительно, что он не успел заметить, чем были вооружены бандиты в засаде, в которую попала возглавляемая им группа. У гиганта, кажется, действительно замедленная реакция, что для опытных бойцов вообще-то смертельно опасно.

Александр Игоревич сел, поставив локти на столешницу, и сжал голову обеими ладонями, словно запирал в ней какие-то неприятные мысли. А что мысли неприятные, я уже понял, хотя пока не вник в ситуацию, поскольку вообще не знал о задании, которое выполняла группа.

–  Что скажешь, Василий Андреевич? – спросил подполковник с некоторым отчаянием в голосе.

У меня сложилось впечатление, что местной обстановкой он владел плохо, но при этом считал, что я ею владею достаточно, поэтому он ко мне и обращался.

–  Я уже, Александр Игоревич, сказал все, что мог сказать. Для других выводов у меня просто нет никакой информации.

–  Ах да, ты же не в курсе… Короче говоря, дело обстоит так. Группа вышла на задание. Выполняла свою собственную задачу. На обратном пути нарвалась на засаду, причем в том месте, где они сегодня уже проходили. По пути к точке, где мы должны были работать, этого места никак не избежать. По данным, полученным и от разведки, и от местных правоохранительных органов, в районе действует всего одна банда, но она базируется достаточно далеко и состоит всего из пяти человек. Здесь же банда была крупная.

–  Если это была банда, – выразил я сомнение.

–  В смысле? – с вызовом спросил Полтора Коляна. – Ты хочешь сказать, что мы перепились и перестреляли друг друга?

Когда он говорил, запах туалетной воды чувствовался более явственно. Пьет он ее без закуски, что ли? Такое тоже порой случается, хотя грешат этим чаще солдаты.

–  Когда я что-то хочу сказать, я именно это и говорю. Запомни это на будущее, чтобы потом не обижаться понапрасну.

Я не знал, в каком звании этот гигант-мамонт, потому что в отряде Лагуна никто погоны не носил. Тем не менее, ответил ему не слишком любезно, хотя и без откровенной грубости. Мне предстояло и себя ставить в этом новом для меня сообществе, и ставить на место тех, кто мнит себя слишком умным и многоопытным.

–  Поясни, – потребовал подполковник.

–  Я еще ни разу не встречал на Северном Кавказе банду, у которой на вооружении находятся дробовики. Если кому-то необходимо, он всегда добудет себе автомат. Да, где-то в глубине России человеку достать «калаш» не так просто. Здесь же это не проблема. А если не приобрели, значит, не нужно. А взяли в руки дробовики по какой-то особой причине. Может быть, местные жители приняли группу за бандитов, от которых хотели отбиться? Я не знаю. С этим следует разобраться. Иначе, когда группа выйдет в следующий раз, она снова попадет в засаду и еще пару человек начинят картечью… Приятного в такой перспективе я вижу мало.

Лагун задумался, потом спросил вроде бы самого себя:

–  Разобраться следует… А как?

–  Пойти туда же, – сказал Полтора Коляна.

–  Сходили уже. Не мало?

–  Вооружиться как следует. Обнаружить, накрыть гранатометами. Можно даже огнеметом.

–  Ты же смотрел на это место в бинокль. И никого не увидел. И сейчас не увидишь, пока тебя не подстрелят, – сердито отреагировал на предложение подполковник.

–  Далеко отсюда? – спросил я.

–  Около шести километров.

Я посмотрел на Лагуна. Он откровенно ждал моего совета.

–  Бинокля с тепловизором в группе, как я понимаю, нет?

–  У меня есть, – сказал подполковник. – Мой, личный. Трофейный. Взял без зарядного устройства, пришлось потом потратиться, специально его заказывать.

–  Давайте. Полтора Коляна, карту! Покажи где!

Подполковник полез под кровать, куда засунул свою сумку, вытащил большой футляр с биноклем. Полтора Коляна развернул на столе планшет, вытащил карту и ткнул пальцем:

–  Вот, сразу за спуском с холма. По подошве холма идут скалы. Они залегли метрах в тридцати перед скалами. Как из-под земли… Я сам до этого смотрел, никого там не было. Утром мы там проходили, все чисто было.

–  Это что? – показал я на обозначенные на карте три длинных здания, стоявших вдалеке от села. – Были там?

–  Склад навоза… – презрительно хмыкнул Полтора Коляна и зажал себе нос, как будто вспомнил тот запах. – Наверное, раньше ферма была. Еще при колхозе. Мы сунулись туда. Такая вонь… Только внешний осмотр провели.

–  Все три здания? Сколько же навоза для них нужно?

–  Мы только крайнее осмотрели, дальше не пошли. Людей там нет, коров колхозных по дворам разобрали, на что там смотреть…

–  Ну, милый мой, тебе только в московских дворах работать, а не на Кавказе. Здесь каждую кочку осматривать необходимо, потому что за ней человек с автоматом может прятаться. Давно в Дагестане?

–  Вторая неделя пошла.

–  Пора бы привыкнуть. Александр Игоревич, у меня из оружия остался только пистолет старшего следователя. Я из него ни разу не стрелял, какая у него кучность, не знаю, и вообще в боевой обстановке доверять «макарову» рискованно…

–  «ПП-2000» устроит? – спросил Лагун.

–  С глушителем?

–  С глушителем. Только магазины маленькие [7]. Но, если нужно, есть бронебойные патроны.

–  Зачем тогда глушитель? [8] Обойдусь простым. Мне бы одежду камуфляжную… Обычную, армейскую. И с бушлатом, чтобы не мерзнуть на земле.

–  Найдем, – пообещал Полтора Коляна. – Сколько человек с собой берешь?

–  Никого. Один пробегусь. Здесь недалеко.

–  Рискованно, – не согласился со мной подполковник Лагун, вытаскивая из сумки свой пистолет-пулемет. – Могут неприятности поджидать.

–  Я ставлю себе задачу избежать неприятностей. Система подготовки спецназа ГРУ предполагает, что каждый боец является самостоятельной боевой единицей в любых условиях. Кроме того, мне сложно идти с людьми, функциональную готовность которых я не знаю. Я задам привычный для себя темп, они постесняются признаться, что к такому темпу не привыкли, и потом мне придется их на себе тащить. Я не тяжелоатлет, – и я посмотрел на Полтора Коляна, который мог бы, наверное, на своих широких плечах с комфортом устроить троих или четверых. – Постараюсь – если, конечно, там кто-то есть, – захватить пленника. Беда только в том, что я местных языков не знаю. Сейчас многие по-русски не разговаривают. Даже из принципа. И у меня получается разговор с китайцем на языке индейцев сиу…

–  Переводчик у нас есть, – сказал подполковник, – но у него физическая подготовка совсем никакая. Что делать будем?