он с грустным взором:
«Ну что, Троил, и ты был пойман вдруг,
Как те, кого ты сам язвил укором!
Ты паче их познал всю горечь мук,
Попал в силки, сплетенные Амором,
Винил других, себя не уберег,
Предвидеть собственной беды не мог.
51
Каков же будет приговор влюбленных,
Едва они узнают о тебе?
Они, смеясь, в речах непринужденных
Наверно скажут: “Тот, кто в похвальбе
Острил о наших жалобах и стонах,
Теперь такой же обречен судьбе,
Как мы; восславим же Амора, други,
Раз он строптивых обращает в слуги”.
52
Каков же будет приговор царя
И иже с ним воителей и знати?
“Вон тот, кто спятил, проще говоря, —
Они самодовольно скажут, кстати, —
В лихое время тратя силы зря,
Попался на крючок сродни дитяти!
Кто должен быть грозой врагов в бою,
Тот силу в грезах расточил свою“.
53
Троил несчастный, всё это прими,
Ведь выпала судьба тебе влюбиться,
Ты от любви хоть толику возьми,
Чтоб сладким утешеньем насладиться,
Но та, о коей плачешь ты, пойми,
Сурова так, что со скалой сравнится,
Так холодна, как затвердевший лед,
А я – как снег, коль солнце припечет!
54
Достигну вскоре я той меты крайней,
Куда меня ведет моя беда!
Смерть будет милостью необычайной,
Ведь боли сей избегну я тогда.
А коль болезнь, что остается тайной,
Меня исполнит горя и стыда
И тысячей обид мне жизнь отравит,
Пусть как глупца весь свет меня ославит.
55
На помощь поспеши ко мне, Амор,
Из-за тебя я слезы лью в юдоли,
Яви хоть каплю милости, синьор,
К тому, кто ныне у тебя в неволе,
Пусть обратит она прекрасный взор,
Которым дашь мне облегченье боли,
Что из-за дамы; о, не отвергай,
Меня благоволенья не лишай.
56
О донна, если сбудется желанье,
Воскресну, как цветок весной, тотчас,
Томительным не станет ожиданье,
Надменной, гневной не увижу вас;
Но если тяжело благодеянье,
Хотя б жестокий дайте мне приказ:
“Убей себя“, убью себя охотно,
Лишь только это было б вам угодно».
57
Он сотни слов подобных говорил,
Стенал, рыдал от страсти безответной
И звал ее, как тот, кто полюбил
Всем сердцем горячо и беззаветно.
Но, видимо, слова бросал Троил
На ветер, ибо оказалось тщетно,
Не долетали до нее они,
А муки множились, тянулись дни.
Часть вторая
Здесь начинается вторая часть «Филострато», в которой Троил объявляет о своей любви Пандару, брату двоюродному Крисеиды, тот его утешает и открывает Крисеиде тайную любовь, просьбами и лестью убеждая ее полюбить Троила. А перво-наперво, после иных разговоров, Троил Пандару, благородному юноше троянскому, открывает, какова вся его любовная страсть.
1
И раз, когда, задумавшись глубоко,
Троил один в чертоге был своем,
Вошел троянец, доблести высокой,
Происхожденьем знатный и умом.
Узрев на ложе в горести жестокой
Простертого с заплаканным лицом,
Воскликнул гость: «Друг милый, что случилось?
Али беда с тобою приключилась?»
2
«Пандар, – ему ответствовал Троил, —
Ко мне, страдальцу, ты какой судьбою?
Коль нашей дружбы не иссякнул пыл,
Хочу, чтоб удалился ты, не скрою;
И у тебя бы не хватило сил
Глядеть на то, как мучусь я тоскою,
К тому же не прожить и дней мне двух,
Все силы на исходе, сломлен дух.
3
Не думай, друг мой, что осада Трои
Иль страх тому виной, иль ратный труд,
Нет, я не потому лишен покоя,
Едва ли я крушусь от этих смут.
О, для меня губительно другое,
Злосчастья ныне душу мне гнетут,
Но чтоб тебя не обрекать печали,
Поведаю тебе о них едва ли».
4
К нему проникся жалостью Пандар,
И сразу обо всём желал узнать он.
Продолжил: «Если нашей дружбы жар
Тебе, Троил, по-прежнему приятен,
Поведай мне, какой судьбы удар
Постиг тебя; да, все мы не без пятен,
Но это не по-дружески, скрывать
От друга что-то – лучше рассказать.
5
Проникнуться хочу твоим недугом,
Коль не смогу утешить я тебя,
Ведь друг и счастье и несчастье с другом
Делить обязан, радуясь, скорбя;
Ты знаешь, я всегда к твоим услугам,
Что б ни случилось, всё тебя любя,
И если сослужу какую службу,
Своим деяньем лишь упрочу дружбу».
6
Тогда Троил, издав глубокий стон,
Сказал: «Пандар, коль хочешь ты дознаться,
Какою пыткой друг твой истомлен,
Я назову тебе причину вкратце,
Хоть оттого, я твердо убежден,
Мучения мои не прекратятся,
Но так упорно просишь ты сейчас,
Что будет неуместен здесь отказ.
7
Любовь, от коей никакая сила
Не защитит, коль раз ее познал,
Так сердце мне в груди воспламенила,
Что прочего всего чуждаться стал;
И вот, как видишь, так меня сдавила,
Что руку я стократно поднимал
И сдерживал ее, чтоб от невзгоды
С постылой жизнью не свести мне счеты.
8
Довольно и того, мой милый друг,
Что знаешь, каковы страданья эти,
О коих я тебе поведал вдруг;
Но, бога ради, никому на свете
Не открывай причину этих мук,
Чтоб к вящей скорби не попал я в сети.
Я так хочу; ты прочь стопы направь,
С тоской наедине меня оставь».
9
