ее видеть.
Для нее сны могут быть реальностью происходящей где-то у кого-нибудь в доме. Семейный ужин, новоселье.
Для Афродиты, это истории где хоть как-то задействованы: любовь, красота и секс. Думаю дальше становится ясно.
По этой логике мне должны сниться последние моменты жизни смертных, увядание природы, последующие признаки его возрождения, мое мрачное царство, в крайней мере. Но в последнее время я вижу разное… безумие. Тот позорный червь называющий себя моим именем. Пару раз виделся более Аидистый Аид, правда синюшный и глаза желтые, но была в нем капелька моего величия и харизмы. В прошлый раз видел почти полную свою копию, в которой был Перси похожий на Перси моего первого странного сна. В общем всякого бывает. Но чтобы такая… дичь. Неожиданно.
* * *
Уснул под боком у чудовища.
Мне приснился сон. На первый взгляд весьма интересный на самом деле. Начало уж точно.
Высокий воин облаченный в прочные доспехи управлял кораблем летящем по нему, тягловую силу обеспечивали здоровые козлы.
Немного странноватое видение, но вполне красивое.
Уже научный собственным опытом, я расхаживал по всему кораблю. Воин был не один на корабле. Вместе с ним путешествовали две воительницы и каменный великан в смешных одеяниях. В их речи я не вслушивался, был более увлечен тем что происходило за бортом, но из обрывков слов понял, что великан весьма прямолинеен и обычные вещи из его уст весьма смущали остальных.
За бортом же происходило, то из-за чего этот сон мог занять одно из лучших мест в моих воспоминаниях. Корабль летел не по небу, а из мира вообще. Конечно наблюдать материальное воплощение мира исключив из него божественное, очень впечатляющее зрелище. Одно солнце чего только стоит.
Но чем дальше тем больше. Множество миров проносились мимо моего взора. Звёзды сияющие вознесенными душами. Далёкие завихрения неизвестных мне сил, одно краше другого. Мир с которого начался сон и сам находился в скоплении энергии, отдаленно напоминающем гигантское древо.
Я был просто очарован. Мой разум… трепещет. Не знаю. Какие слова можно подобрать.
Но этот чудесный момент кончился конечной точкой путешествия.
И это был как оказалось — Олимп. Но такой, словно у архитектором был бог худшего выбора строительного материала. Дома из мрамора и золота, конюшни из мрамора и золота, дворцы из золота и мрамора, доспех стража из золота без мрамора. Опустив взгляд на дорогу я выдохнул, не золото, материал не знаком, но точно не золото, наверное. Безвкусица одна, не то что моя Башня. Только чистая, энергия только АИД.
И вместо цельно горы, здесь множество маленьких скал висящих в воздухе и соединённых мостами. Не забыв о привязке к конкретным лицам моих снов я следовал за воином, сумевшим со своими спутницами замаскероваться.
За это время я почти успел привыкнуть к архитектуре, как мы подошли к статуе Зевса. Двадцатиметровой золотой статуе толстого Зевса.
De Imortales, motherfacka!
* * *
До момента пока мы не прибыли в зал собрания, похоже богов, меня не покидало желание расхохотался в голос. Заплывший жиром, старый бог. Это даже звучит бредово.
Но вот эмоции меня немного отпустили и я начал осмотр зала.
Огромное помещение по периметру которого построили многоярусные трибуны, материалы ожидаемо были уже знакомы. Повсюду были стражи.
Мои спутники заняли место на срединных ярусах, уместившись на свободных тронах.
Но кое-что меня опять поразило. Это остальные боги. Многие были схожи внешним видом со мной, кто-то состоял из огня, камня, дерева или другой стихии. Некоторые имели облик зверя. Или иного чуждого мне, но все же гармоничного существа. Выбивались из этого вполне привычного общества, такие индивиды, как: молодой узкоглазый парень представлявшийся обычным японским школьником, его друг — простой русский студент, огромный «пельмень» с нарисованными глазами и ртом или к примеру, некий макаронный Монстр. Простой милый котенок в окружении множества слуг, уже не вызывал такого удивления.
Через некоторое все притихли, а через мгновение я понял почему.
На весь зал разнеслось:
— Встречайте! Великий! Несравненный! Могущественейший! Царь Олимпа! Бог Молний! Зеееевс!
И на центральную трибуну, в окружении множества прекрасных дев и пары смазливые мужчин, взашел он. Тот с кого ваяли местную статую. В золотом нагруднике и белой юбке неспешным бегом, наступая на каждую ступеньку, придерживая по бокам юбку двумя пальчиками, забрался…
Мой пухлый брат. Признаюсь мне и самому уже надоела мысль о его внешности, ничего на самом деле против не имею.
Кроме того, что Зевс начал вытворять дальше.
Он извлёк из-за спины, то что можно было бы назвать его молниями. Отлитая из золота карикатурнная молния.
Как-то раз я наблюдал, как один смертный шут показывал простые фокусы маленьким детям, а те на это восторженно кричали. Сейчас я вижу точно такую же картину.
Вместо шута — могучий царь богов, вместо дешёвых фокусов — страшное оружие разрушения, вместо глупых детей — боги.
Зевс заставлял молнию крутиться на пальце, вращением придавая форму сферы, разделив метнул их в разные стороны, чтобы те вернувшись соединились у него в руке. И все это показательно пританцовывая. Эта картина расшатала мое строившиеся веками мировоззрение.
Я не удержался и заржал. Смеялся я долго, с чувством, от всего своего духа. Настольно потерялся в веселье, что вернул себе спокойствие лишь осознав, что сон кончился и я смеюсь уже на яву.
Мда, если в реальности Зевс тоже станет таким, то я повешаюсь на кишках Тифона.
* * *
Только я начал открывать портал в свои владения, меня тут же осенило. Я за последние несколько веков немного отстал от жизни.
До меня доходят новости, но с нежилой такой задержкой во времени, да и я сам как оказалось не стремлюсь сильно стремлюсь вникать в изменения, занят был сильно.
Поэтому в открывшуюся червоточину вошёл только Цербер, с наказом никого кроме богов к реке Стикс сего стороны не пускать, в идеале, чтобы никто и через ворота не проходил, но там на его усмотрение. Похорошевший зверь серьезно кивнув, к моему удивлению, и выпустив струи дыма из голов прыгнул в портал. Когда он пришел в себя из изменений был лишь приобретенный пирокинез, но терзают меня смутные сомнения, что интеллект тоже претерпел изменения.
Оставлю мысль до лучших времён.
А сейчас стоит проветриться, отойти наконец-то от сна. А то до сих пор на смех немного пробивает.
Так и побрел в сторону солнца, то скоро уйдет за
