— Итак, как мы туда попадем? — спросил он. — Расскажи мне.
— Хмммм. — Закусив губу между зубами, я изучала карту, но по каким-то причинам я не чувствовала, что мои навигационные навыки достаточно хороши, и я была уверена, что причиной был обросший подбородок Лукаса. Он был таким же обросшим, как я и представляла. Какого черта, Миа? Сосредоточься. — Эм, мы ищем номер три и хотим поехать в направлении... Галлиени?
— Ну, мы можем. Если не считать того, что номер три не останавливается на станции «Шарль де Голль — Этуаль». Мы должны сделать пересадку.
— Ох. — Я снова посмотрела на карту, но я чувствовала его щетину на моей коже. Черт, сконцентрируйся! Ты даже не любишь щетину! — Ох! Я вижу. Мы выберем... номер два, поднимемся и объедем. Таким образом, нам даже не надо будет пересаживаться.
— Правильно.
Светясь от гордости, я повернулась.
— Итак, мне нужен билет, верно?
— Да. Вон там. — Лукас повел меня к одному из терминалов по продаже билетов и наблюдал, как я поменяла язык на английский и начала пошагово следовать инструкциям.
Вдруг я начала колебаться.
— Как много я должна купить?
— Это только на один день?
Я удержала свой взгляд на экране.
— Не знаю. Может, два.
— Ага! Мой план работает! — обрадовался он.
Я пожала плечами, отказываясь смотреть на него.
— Может быть. Немного.
— Возьми десять.
Я оплатила кредитной картой и положила девять билетов в свой кошелек. Лукас прошел вперед, а я скормила свой билет терминалу и последовала за ним через турникет. Он хотел, чтобы я шла впереди, так что, прежде чем выбрать туннель, я тщательно осмотрела все вывески.
Когда мы пришли на платформу, Лукас вытянул руку, и я дала ему «пять».
— Так держать, принцесса. Ты успешно сориентировалась в метро. Я уверен, что теперь в Париже ты сможешь попасть куда угодно, даже когда будешь одна.
— Спасибо тебе. — Я сделала небольшой поклон, но почувствовала укол печали, когда представила, что буду одна.
Пока мы ждали поезд, Лукас спросил меня, чем я занималась в Детройте.
— Я планирую мероприятия.
Он рассмеялся.
— Ну конечно.
Возмущенная, я сложила руки на бедрах.
— Что в этом такого забавного?
— Ничего. — Он перестал хохотать, но не смог стереть ухмылку со своего лица. — Это идеальная работа для тебя. Бьюсь об заклад, что ты действительно хороша в этом.
— Да, это так, спасибо большое, — фыркнула я, подтягивая сумку выше на плече. — После колледжа некоторое время я работала на других людей, и затем, когда мне было двадцать пять лет, я начала свой собственный бизнес. Ну, точнее, мы с моей лучшей подругой — у нее было немного унаследованных денег, и мы всегда хотели делать что-то вместе. Поэтому начали действовать.
Он выглядел впечатленным.
— Очень круто. Как идут дела?
— На самом деле, очень хорошо. Мы попали в новости в прошлом году, так как были двумя лучшими и перспективными молодыми предпринимателями в городе. У нас было много заказов, в основном свадьбы, но большинство из них были с действительно большим бюджетом, — вспышка неловкости на лице Лукаса заставила меня остановиться, и на секунду я задумалась, что я сказала не так, пока не поняла, что упомянула свадьбы. Но к удивлению, ни это слово, ни мысль о ней меня не беспокоили.
Ха.
— И как называется твоя компания?
— «Девин Ивентс». Девин — моя фамилия.
Он снова мне улыбнулся, но эта улыбка была нежнее. Более восхищенная, чем забавляющаяся.
— Она тебе подходит.
В тот момент поезд прибыл на станцию, с ревом проехав по рельсам, румянец окрасил мое лицо. Я опустила глаза в землю. Какого черта? Он флиртовал со мной? Флирт разрешен в этой экскурсии? И то, как бьется мое сердце? Оно ощущалось огромным и неуклюжим в груди.
Там было только одно пустое сиденье, и Лукас жестом показал мне садиться. Он остался стоять, и хотя поезд покачивался из стороны в сторону, он ни за что не держался, просто стоял в проходе с широко расставленными ногами и скрещенными руками. Я понятия не имела, почему это меня немного возбуждает, но чувствовала волнение внизу живота.
Хмм. Я думаю, у него на меня встает.
Ха-ха, встает на меня.
Отвернувшись, чтобы он не увидел улыбку, которую я пыталась скрыть, я ругала себя за грязные мысли. Прекрати это, Миа. И даже не смотри на его промежность. Не делай это, не делай это, не…
Я сделала это. Я ничего не могла с собой поделать.
Это не был долгий взгляд или что-то такое, это был больше мимолетный взгляд, и он ничего мне не сказал, но я все еще боялась, что он заметил. Я перевела взгляд на свои кроссовки.
Несколько остановок спустя, сиденье радом со мной оказалось свободным, и Лукас его занял.
— Так ты любительница кладбищ? Пер-Лашез было в твоем списке?
— Я не знаю, могу ли назвать себя любительницей кладбищ, но я уверена, оно было в списке. Напомни мне, кто здесь похоронен?
— Множество людей. Но имена, которые ты знаешь: Джим Моррисон, Эдит Пиаф, Шопен, Оскар Уайлд, Бальзак, Гертруда Стайн...
Я подняла брови.
— Я впечатлена, профессор Фурнье.
Он пожал плечами.
— Я любитель кладбищ. Я думаю, что они красивые и расслабляющие. Умиротворяющие.
Я обдумала это.
— Да, я понимаю.
— Я просто надеюсь, что оно не забито туристами сегодня, хотя… сейчас сезон.
— Мы ведь разрушаем твое душевное, презирающее условности равновесие, да?
Он стукнул мою ногу и наклонился ближе ко мне.
— Да, ты его разрушаешь.
— Ну, я постараюсь сдержать волнение, но не обещаю.
Наши лица были близко, почти нос к носу. Я задержала дыхание, когда его взгляд на секунду упал на мои губы. Иисус, он собирается поцеловать меня. Прямо здесь в поезде, он точно поцелует меня!
Но прежде чем я смогла решить, что я чувствую по этому поводу, он откинулся назад на свое сиденье.
— Ты не красишь губы блеском. Я заметил это прошлой ночью.
У меня заняло секунду, чтобы прийти в себя.
— Что? Ох, нет. Я не крашу, обычно.
— Мне это нравится. Я считаю, что блеск для губ — отстой.
— Ты так думаешь?
— Да. Он весь липкий и клейкий, остается на всей одежде, и я не знаю из каких, черт побери, токсичных химических веществ он сделан, но его никак не вывести.
Я сморщила нос.
— Да, я думаю, что в нем много опасных ингредиентов. Я больше люблю бальзамы для губ.
Лукас наклонил голову и посмотрел на меня с подозрением.
