только коса, — усмехнулся парень.
— Не ёрничай.
— А вот и буду, — младший сложил белую одежду и отодвинул в сторону.
— Вот этот подарок, — лекарь поставил на кровать небольшую коробку.
— Хм, здесь коса не поместится, — несколько разочаровался Хиросэ. Краем глаза он увидел записку, прикреплённую к коробке:
— «С прошедшим новым годом и рождеством! Я всегда делаю подарки новеньким, а этот ещё и в тему!»
— Надо же, — саркастично ответил жнец, садясь рядом, — как же так?
— Как-то простенько, — подметил юноша, указывая на записку.
— А чего ты ждал? — жнец вопросительно приподнял бровь, — Сочинения на десять страниц?
— Как минимум, — ухмыльнулся Мицуки и открыл коробку. Игривость сразу пропала с лица, — это ещё что за…
— Да парик это, боже, — лекарь тихо цыкнул.
— Ты уверен? — Хиросэ потёр шрамированной рукой бинты на голове, недоверчиво щурясь, — вдруг это способ меня задеть?
— Я знаю этого жнеца с самого его рождения, — мужчина перевёл взгляд на юношу, от части понимая, почему тот так занервничал, — он не унижает сломанных.
От последнего слова Мицуки передёрнуло, будто бы он съел что-то кошмарно горькое:
— Не причисляй меня к этим ублюдкам.
— Хах? — возмутился лекарь, — А ты чем-то лучше них?
— Всем.
Мужчина промолчал и поднялся. Он достал из коробки парик и кинул его юноше:
— Снимай бинты и надевай его. Нам пора.
Выйдя из комнаты, старший жнец повёл Мицуки по длинному коридору, убрав руки за спину. Он шёл быстро, как будто бы специально, чтобы юноше приходилось чуть ли не бежать за ним.
— Эй, — Мицуки первым нарушил тишину, — а ты не знаешь, что произошло в тот день, когда я-…
— У меня были дела поважнее, — холодно отрезал лекарь.
— Приплыли, — поник парень, — ну и у кого мне спрашивать?
— Точно не у меня, — мужчина мелко вздрогнул, когда Хиросэ стал намеренно сверлить его взглядом, — я правда не знаю.
— Как же не хочется спрашивать об этом Риану, — устало простонал Мицуки, начиная размышлять вслух, — она опять издеваться начнёт… А Коллин… Он в последнее время сильно занят и ему нет до меня дела. Из тех, кого я знаю, остались только Вещий Дух и Николай… Господин давно не появлялся, значит… Остаётся только Николай. Интересно, чем он занят?
— Нахрен ты это всё сказал сейчас? — недоумевал старший жнец.
— Просто.
В это время Николай сидел в парикмахерском кресле, прикрыв глаза. Долго сидеть на одном месте так утомительно. Благо, девушка, стригшая его, была достаточно разговорчива:
— При том взрыве никто не пострадал?
— Я наблюдал издалека, — Николай тихо зевнул, слегка откидывая голову назад. Он лениво приоткрыл золотистые глаза, отражающие свет лампочек на зеркале, — ранили только виновника. Этот новенький меня порадовал. Давненько я не видел подобного.
В соседнем кресле стригли беловолосого парня. Он сидел смирно и грел уши. С ним закончили гораздо раньше.
— Готово, — проговорила леди, стряхивая остриженные волосы на пол и снимая с клиента пелерину.
— Ах, вот как… — собеседница отстригла очередную прядку волос, тоже заканчивая со своей работой, — Что же с ним теперь?
— Мне сказали, что он на лечении, — Николай поднял голову, получая короткий поцелуй в макушку. Он мягко улыбнулся рыжеволосой демонессе.
— И давно? — собеседница слегка смутилась, сняв пелерину.
— Он пропустил все зимние праздники, — в голосе мужчины звучало неподдельное разочарование, — а я ведь так хотел взять его с собой на оргию… Ай, ладно, сделаю это в следующий раз.
Девушка промолчала и отвела взгляд в сторону. Она увидела того парня, который уже подошёл достаточно близко:
— Позвольте, я отберу у вас немного времени.
— Я сейчас никуда не тороплюсь, так что дерзай, — Николай поднялся с кресла, пробегая взглядом по беловолосому незнакомцу с красной луной на лбу.
— Красивый, и голос ангельский, — мысленно подметил мужчина, — это будет интересный опыт.
— Оу, как хорошо, — незнакомец тепло улыбнулся и протянул руку, — я бы хотел спросить про того новичка.
Жнец резко потянул его за запястье и прижал к себе, положив ладонь на тонкую талию:
— Почему бы нам не перебраться в более комфортное место для этого, м?
Щёки парня вмиг вспыхнули от смущения. Он с опасением смотрел в строгие бесцветные глаза жнеца, робко произнеся:
— Д-да, вы… Правы…
Спускаясь по винтовой лестнице, Мицуки скучающе разглядывал серые стены, как вдруг в голове созрел очередной вопрос:
— Ох, а бывали случаи, когда сломанным давали оружие?
— Да, но их можно по пальцам пересчитать, — лекарь уже понимал, к чему шёл этот разговор.
— Тогда я тоже стану этим исключением, — с какой-то наивной мечтательностью в голосе заявил Мицуки, — конечно, если с призывом не выйдет. Не хотелось бы терять моё прекрасное воплощение.
— Сколько ты уже обликов себе придумал? — решил уточнить собеседник.
— Около десяти.
Мужчина промолчал и только устало вздохнул, думая:
— Всё же, видимо, мозг ни капли не починился…
Дойдя до двери, жнец открыл её, пропуская парня вперёд:
— Хочешь услышать небольшую историю?
— Почему бы и нет? — хмыкнул Мицуки, проходя через дверь и осматриваясь, чтобы проще запомнить путь. Как-никак, ему ещё придётся возвращаться обратно в комнату.
— Только чтоб без истерик, — мужчина зашёл следом.
— Да я хоть когда-нибудь истерил? — несколько возмутился младший.
— Да.
Парень хотел бы возразить, но вспомнил некоторые не очень хорошие моменты, случавшиеся по ночам. Он смутился:
— Забудь об этом.
— В общем… — лекарь повёл Хиросэ дальше, — Однажды случилось так, что Вещий Дух отдал одному сломанному жнецу сильный артефакт.
— Пфффф, — Мицуки тихо выдохнул, — я совершенно спокоен. Это же не коса была, хах.
— Ну, вообще-то коса Абсолютного Разрушения, — лекарь даже специально обернулся, чтобы поглядеть на лицо парня.
— Ч-чего?! — возмущению юноши не было предела. Казалось, волосы на его парике могли вот-вот встать дыбом, — Да он по-любому насосал на это оружие! Я просто не понимаю, что он мог ещё сделать…
— Ха-ха, на его месте должен был быть ты? — мужчину позабавила эта реакция и дальше он шёл с приподнятым настроением.
— Мне можно, — Хиросэ поник, опустив голову, — ты хоть знаешь, как его зовут?
— Скажу только то, что ты с ним знаком, — мягко намекнул жнец, — а дальше думай сам.
— Вот спасибо, — саркастично выпалил парень.
— Всегда пожалуйста, — мужчина подвёл его к двери и развернулся, — всё, дальше ты сам по себе.
— Не боишься, что я сбегу куда-нибудь? — Мицуки прикусил губу, взглянув на уходящего собеседника.
— Моя работа закончилась, как только я тебя вылечил, — голос лекаря становился всё тише по мере его отдаления, — дальше хоть под Велиала ложись. Мне всё равно.
— Жестоко, — Мицуки развернулся к двери. Он пару минут с недоверием сверлил её взглядом. В голову лезли разного рода мысли, и самой частой из них была, — «а может убежать?»
