ни власти, ни связей, и полагаться теперь он мог только на себя.
Ну что ж, посмотрим, кто кого. Настала его очередь действовать. И когда он узнает всю правду, то заставит врагов горько пожалеть о том, что они оставили его в живых, а не убили, как отца.
* * *
– Свободен, – хмуро бросил Дамиров секретарю, и тот вышел из комнаты.
Из коридора потянуло сквозняком, и Ратибор, кряхтя, перебрался в кресло поближе к камину. Его старые кости не переносили холод. Глядя на танцующие языки пламени, старик задумался над новостями, о которых поведал ему секретарь.
Сразу два члена совета почти одновременно погибли в результате несчастных случаев. Морозов скончался по пути в больницу после того, как у его машины отказали тормоза и он улетел в кювет. Золотарёв же умер совсем нелепо – утонул в собственном бассейне. Свидетелей этим событиям не нашлось, и просмотр камер в доме Золотарёва тоже ничего не дал.
Но старика настораживало не только это. Его до сих пор беспокоил тот факт, что Меньшикова с Галицким убили сразу после созыва совета. А глава безопасности Меньшикова пропал бесследно, лишая какой-либо надежды узнать правду. О чём эти двое хотели сообщить им, Дамиров не знал, но полагал, что ликвидация аристократов как-то с этим связана. Особенно в свете того, что они планировали против совета. Несмотря на приказ Ратибора расследовать это дело с особой тщательностью, преступник до сих пор не был найден, хотя с тех пор прошло несколько месяцев.
Старик никак не мог понять, что происходит. События закручивались в столь тугой клубок, что даже внутреннее чутьё и острый ум не давали ему ответа на вопрос, что за силы затеяли свою игру у него за спиной.
Похоже, без подмоги ему не обойтись.
Глава 2.2. Время сводить счеты
– Я всё же настаиваю, чтобы мне выделили оружие. Ваши люди не везде и не всегда смогут быть рядом. Даже если и так, я скоро с ума сойду от их постоянного присутствия! Такими темпами они и в туалет вместе со мной ходить будут!
Я была ужасно зла на Воронцова. С тех пор, как Меньшиков-младший исчез из поля зрения спецслужб, мужчина на пару с моим отцом взял меня под плотную опеку, и теперь, почти круглые сутки за мной хвостиком ходили два амбала с серьёзными лицами.
Как мне рассказал Сергей, чьи люди негласно следили за семьей Меньшикова, они обнаружили, что парень бесследно пропал, сразу после того, как тот отправил мать к родственникам за границу. А после он уволил всех слуг, выставил дом на продажу, и больше его не видели.
Я, конечно, была благодарна Хранителю, но понимала, что никакая охрана не спасет, если Влад вдруг решит добраться до меня. И пока от этого одно неудобство, а не польза. Родители предложили мне уехать за границу, но я категорически отказалась. Слишком были живы воспоминания о неудачных попытках сделать это. Да и не хочется провести остаток жизни в чужой стране. Лучше постараюсь решить эту проблему раз и навсегда.
Максим сидел поблизости, не вмешиваясь в наш спор. В последнее время он тоже практически всегда находился рядом, но мы с ним почти не общались. Он был обижен на меня за то, что я обратилась за помощью к его отцу, а ему ничего не рассказала. И потому, следовал за мной безмолвной тенью, ограничиваясь лишь односложными репликами. Сначала как-то пыталась оправдаться, помириться, но в итоге мне это надоело, и я прекратила это дело. Мне вдруг вспомнилось, что Максу всего двадцать лет, и требовать от него мудрости и рассудительности не стоит. Впрочем, я и сама за время пребывания в этом мире изменилась, и давно не чувствовала себя тридцатилетней. Будь я немного рассудительней и мудрей, скольких ошибок можно было бы избежать.
– Хорошо, – не выдержал моего напора Воронцов. – Дам я тебе пистолет.
Он глянул на Павла, и тот, помедлив, хмуро кивнул.
– Но, пообещай, что будешь использовать его только в крайних случаях!
– Разумеется, – слегка раздражённо ответила я. – Постараюсь больше не доставлять проблем. Я и так вам уже многим обязана.
– Да, Сергей, наша семья вам очень благодарна, – поддержал меня отец. – Не знаю, как мы сможем за всё отплатить.
– Перестаньте, – поморщился Воронцов. – Я не мог поступить иначе. И не потому, что ваша дочь тоже хрономаг, а просто по-человечески. К тому же, возможно, мы скоро станем одной семьей.
Он хитро посмотрел на нас с Максом и многозначительно улыбнулся. Павел тоже задумчиво глянул на меня, а потом повернул голову к сыщику.
– Пойдём ко мне в кабинет. Где-то у меня там была припасена бутылка хорошего коньяка. Посидим, пообщаемся.
– Ну, разве что немного. Дел на сегодня полно, и нужна ясная голова.
Они ушли, и мы с Максом остались наедине. Охрана торчала в комнате для прислуги, а в гостиной, где мы находились, больше никого не было.
Я поднялась с дивана и подошла к окну.
Лето заканчивалось, и природа потихоньку засыпала. Листья на деревьях успела тронуть желтизна, а по утрам становилось всё прохладней, несмотря на тёплую погоду. Столько всего случилось за эти полгода – хватило бы на пару жизней. И многое хотелось бы исправить, но, к сожалению, даже магия времени была в этом случае бессильна.
Макс вдруг подошел ко мне и обнял сзади, прижавшись всем телом. Уткнувшись лицом в мои волосы, он тихо произнёс.
– Лесь, прости дурака, если сможешь. Сам не знаю, что на меня нашло. Понимаю, что ты всё правильно сделала, и мой отец именно тот человек, кто мог тебе помочь. Но… Было просто обидно, что я остался в стороне.
Я повернулась и отстранилась.
– Так что же поменялось? Почему сейчас решил забыть про обиду? – если честно, меня саму начала напрягать наша размолвка, и говорила я это больше из вредности.
Макс остался на месте, не пытаясь больше обнять, лишь глянул так сёрьезно и пронзительно, что меня пробрало, и я сама подалась к нему навстречу.
– Понял, что времени на это может не остаться, – ответил он, целуя.
* * *
Вот и закончился первый день нового семестра в университете.
Денек выдался тяжёлым. Новые предметы, общая атмосфера тревожности, и косые взгляды – всё это не добавляло настроения.
Меньшиков так и не объявился за это время, и август прошел спокойно. Для меня. Общественность же кипела. Члены имперского совета один за другим дохли, как мухи. И всё списывалось на несчастный случай, но я-то
