Сестры проснулись и почувствовали, что в вульвах у них нет больше зубов.
– Где моя погремушка? – возмутилась старшая, подняла глаза к вершине дерева и в бешенстве принялась бить ногой по стволу.
Чем сильнее била, тем быстрее росло дерево. Убедившись, что месяц оказался достаточно высоко и не сможет слезть, сестры ушли.
Бедняга просидел на дереве несколько дней. «Хоть бы зверь какой-нибудь появился!» – подумал он, наконец.
Тут же по веткам запрыгала обезьяна. Она принялась поедать плоды и заснула. Слюна текла у нее изо рта и превратилась в лиану, по которой месяц, спустился на землю.
Возвращаясь домой, месяц ставил ловушки на птиц, пряча в каждой колючку.
– Не проверить ли тебе птичьи силки? – обратился он к тестю, едва войдя в дом.
Вернулся тесть, охая и ругаясь: все руки в занозах! Дочери принялись врачевать отца, а месяц думает: «Пусть меня позовут!». Тут же позвали.
– Ложись, – говорит он тестю, – да не сюда, а на подстилку из коры!
Тесть лег, а месяц как крикнет:
– Превратись же в тапира!
Тот превратился и подбежал, поднимая облако пыли. Этот след виден поныне, европейцы называют его Млечный Путь.
– А что я буду есть? – прокричал тапир, убегая.
– Листья станешь жевать, грязь соленую лизать будешь! – отвечал месяц.
– Впрочем, – добавил он, – это все для простых тапиров. А сам ты замрешь недвижим, а если вдруг шевельнешься – вся земля задрожит! Никто не посмеет к тебе приближаться, кроме сильных шаманов вроде меня. Шаманы же станут пить волшебный отвар, обретут новое зрение и смогут лицом к лицу говорить с тобой!
Потом месяц принял облик красивого длинноволосого юноши и стал по ночам посещать обеих сестер. Жена не узнала бывшего мужа. Женщины решили мазать лицо любовника сажей, но тот каждый раз умывался и отличить его от других мужчин наутро не удавалось. Однако темный плодовый сок смыть не удалось – все и увидели, что это месяц. Старшая сестра отказалась от него наотрез, а младшая хоть бананового пива дала.
Однажды пошли все купаться – а воды нет. Воду спрятал моррокой, птица вроде вороны. Месяц пошел в заросли бамбука и давай их рубить – на месте зарослей забурлил широкий поток. Старшая сестра поплыла к берегу, но месяц спихнул ее вниз с обрыва. Тогда женщина впилась за полузатопленную пальму. В тот же момент месяц произнес заклятие:
– Ты навсегда останешься среди вод, а как попробуешь выбраться на сушу, разразится страшная буря. Никто не посмеет к тебе приблизиться, кроме сильных шаманов воде меня. Шаманы же станут тебя просить прекратить бурю, либо усилить ее!
– А ты, – повернулся месяц к младшей сестре, – отправишься в страну мертвых и будешь готовить еду и напитки покойникам. Ты станешь матерью живых и покровительницей усопших!
Моррокою месяц предрек:
– За то, что воровал воду, будешь есть гнилые листья, отбросы, дохлую рыбу!
С тех пор моррокой страдает.
Расставшись с сестрами, месяц вооружился магической палочкой и зашагал по лесу. Видит – бегают какие-то существа с обезьяньими хвостами. Он убрал хвосты – получились люди. Одна из самок находилась в хижине, где закрываются женщины во время месячных кровотечений. От нее произошли краснозадые обезьяны.
Дальше месяц явился к своему старшему брату солнцу. Тот предложил пива. Месяц наклонился над кружкой, а брат выхватил его палочку и забросил на крышу. В отместку месяц вырвал из рук солнца пучок ярких перьев и швырнул туда же. Оба брата полезли за своим имуществом и навсегда остались на небосводе. Солнце сказало месяцу:
– Люди будут видеть тебя по ночам, а ты наблюдать, как мужчины совокупляются с женщинами. Я же возьму себе день, начну любоваться, как люди работают!
– Как же, – ответил месяц, – работают! Оба будем смотреть на любовные игры – ты днем, я ночью. С тобою впрочем поссоримся и никогда не станем встречаться!
36. Апельсины
Го-ноэно-ходи шел и видит: труп, о который чуть не споткнулся, разрезан пополам. Го-ноэно-ходи превратил половинки в двух юношей.
– Ты будешь Года-кип, – сказал он («из головы»), – а ты – Года-чак! («из ног»).
Братья осмотрелись и пустились в путь. Направились по первой дороге – и попали в беду, еле живы остались. Пошли по второй – то же самое. Осталась третья дорога.
Братья резво шагали и добрались до мест, где жила людоедка. Каждый день она ставила капканы на одиноких путников.
– Смотри! – говорит Года-чак, – капкан! Залезем в него и посмотрим, что за дом у хозяйки – с нами-то ничего не случится!
Приплелась старуха, глядит – два человека раскачиваются в петле вниз головой. Ее взгляд остановился на бедрах юношей.
– Какие пенисы! – восхищалась она. Мужских органов подобных размеров людоедке еще видеть не доводилось. Старуха освободила пойманных из ловушки. К ее радости, оба оказались живы. Она повела братьев домой и, не тратя времени даром, устроилась на лежанке. «Интересно, кто подойдет первым?» – размышляла она.
Каждый из братьев желал доказать другому свое превосходство.
– Я не могу кончать два дня и две ночи! – заявил Года-кил.
– Я – не меньше! – ответил Года-чак. Но только лишь Года-кил попробовал, как вскочил, ревя от боли. Трудно сказать, на что рассчитывал Года-чак, который не мог не заметить, что пенис у брата откушен. Тем не менее он тоже лег – и закричал еще громче. Однако страшнее всех голосила старуха: два пениса, оставшиеся в ее зубастом лоне, жгли как огонь. Они были словно перцем намазаны, ни одной женщине такое выдержать не под силу.
Братья бросились из дома вон. Старуха освободилась от невкусной добычи и принялась готовить гостям угощение. Она догадалась, что братья вернутся и попытаются что-нибудь украсть. Положив на видное место отравленные апельсины, старуха спряталась. Ночью Года-кил и Года-чак проникли в дом, схватили апельсины и убежали. Как вонзили в них свои зубы, так и упали замертво.
37. Как женщины ели мужчин
Молодая девушка всегда купалась в ручье обнаженной. Однажды к ней подошел юноша, а она его съела. Другой подошел – его есть не стала, а сделала своим мужем. Третий юноша подошел – его опять съела. Каждый день кто-нибудь прыгал к девушке в ручей и каждый день она кого-нибудь поедала.
– Что нам делать, – спросили молодые люди того, кто создал девушку, – ведь скоро нас совсем не останется!
– Надо выбить ей зубы, – ответил создатель.
И он выбил нашей прабабушке те зубы, которые были у нее во влагалище, и она умерла.
Точнее, она до сих пор сидит у ручья, но слегка изменила свой облик: как будто скала, хотя груди и бедра женские. Если смотреть издали, может показаться, что женщина купается. Одна девушка приблизилась к ней и потрогала, ей почудилась под рукою живая плоть, и запах тела тоже ощущался.
Раньше женщины ели мужей. Говорят, что едят и сейчас.
38. Гремучая змея
Жила одна красавица, звали ее Ибакче. Какой-то мужчина решил заняться с ней любовью. Он ввел член, но тут же испытал неприятные ощущения: казалось, что во влагалище зубы. Едва он начал совокупляться, как ему откусили пенис. Подошел другой мужчина и лег на женщину.
– Я не хотела бы тебя принуждать, – предупредила красавица.
– Желаю попробовать! – настаивал мужчина.
– Ну, раз настаиваешь, то воля твоя!
Едва этот член проник в вульву, как и его откусили. Потом еще многие мужчины пытались совокупляться с Ибакче, но все они были кастрированы.
Наконец подошел броненосец. Он надел на пенис полую бамбуковую палочку и лишь затем приступил к делу. Броненосцу удалось довести начатое дело до конца: зубы лишь поцарапали поверхность бамбука.
Броненосец велел остальным животным собрать побольше хвороста. Он повел женщину на поляну и занялся с ней любовной игрой.
– Теперь станем искать блох! – говорил он подруге, пока его друзья поджигали хворост.
Броненосцу только немного опалило голову, а женщина сгорела совсем. Обжаренный труп разыскали, вскрыли и нашли в животе много змей. Гремучая змея высунулась и вкрадчиво произнесла:
– Больше я не стану кусать людей, больше у меня нет зубов!
Но она лгала и зубы свои просто спрятала. А прямодушная жарарака выползла и говорит:
– Я буду очень ядовитой!
39. Бананы
В те дни у индейцев юкпа совсем не было женщин. Один холостяк пошел в лес и срубил пять банановых стеблей. Он положил их на землю в ряд и каждому привязал набедренную повязку. А потом спросил:
– Пить хотите?
– Конечно хотите, – ответил он сам себе и дал им что-то попить.
Потом взял нож, снял с банановых стеблей набедренные повязки и в каждом вырезал женский половой орган.
– Теперь вы мои жены! – заявил человек.
В ответ раздалось хихиканье.
– Вам не придется больше страдать от голода! – продолжал человек. – Я расчищу большой огород, так что еды будет вдоволь. Вот вам сейчас еда!
