«Женщина-Крыса — Мужчина-Петух: Женщина-Крыса не может обойтись без поклонников, мужчина-Петух будет отвоевывать ее у всего мира. Кроме этого, Крыса отличается экономным характером, а Петух наоборот — расточительным. На этой почве у них тоже могут возникать серьезные разногласия. Сохранить брак удастся в том случае, если супруги не потеряют голову из-за взаимных упреков. Трудоспособность мужа даст браку финансовое благополучие. Жена должна просто раствориться в муже и стремиться к созданию высокодуховных отношений.
Женщина-Скорпион — Мужчина-Рыбы: Оба принадлежат к одной стихии Воды, поэтому их брачный союз отличается постоянством и прочностью, верностью и преданностью, надежностью и безопасностью. Здесь разводы крайне редки. Откровенно говоря, многие мужчины-Рыбы всеми своими успехами, ростом культуры, знаниями, как и продвижениями по служебной и общественной лестнице, обязаны своему партнеру по браку из знака Скорпиона».
Однако в случае с Руслановой последнее утверждение подтвердилось с точностью до наоборот — это Гаркави многое сделал для того, чтобы его супруга сумела стать той Лидией Руслановой, которую затем узнали все. Именно он ввел ее в столичную эстрадную богему, и с 1933 года Русланова становится солисткой Государственного объединения музыкальных, эстрадных и цирковых предприятий (ГОМЭЦ). Вспомним гороскоп:
«Вообще во всех поступках Крысы надо искать корыстные мотивы. Если кажется, что она делает что-то бескорыстно, это значит, что выгода не лежит на поверхности, но то, что она есть, это абсолютно точно… Ни один из зверей восточного гороскопа не может достигнуть любой поставленной цели, используя труд и способности других. Иначе с Крысой: другие «пашут», а она преуспевает за счет собственной хитрости и обаяния».
По сути именно с первой половины 30-х и берет свой старт настоящая слава Руслановой, когда она начинает активно гастролировать по всей стране, собирая на своих концертах полные залы. Именно в содружестве с Гаркави Русланова «раздвигает» свои эстрадные горизонты: выступает под аккомпонемент рояля, в дуэте с гармонистами, балалаечниками, с Русским народным оркестром имени Осипова. Ее талантом восторгается сам Федор Иванович Шаляпин, который однажды, услышав по радио трансляцию из Москвы ее концерта, настолько был поражен, что тут же написал письмо известному советскому конферансье А. Менделевичу: «…Опиши ты мне эту русскую бабу. Зовут ее Русланова, она так пела, что у меня мурашки пошли по спине… Поклонись ей от меня».
Войдя в столичную актерскую богему, Русланова с лихвой пользовалась всеми ее благами. Она и раньше, при первом муже, отнюдь не бедствовала, однако став солисткой ГОМЭЦ, сумела значительно «раздвинуть» и эти горизонты. Ее «крысиная» натура (когда все тащится в «нору») развернулась на этом поприще во всю свою ширь. Уже в начале 30-х по стране вовсю ходили слухи о ее роскошных хоромах в центре Москвы, богатой коллекции антиквариата и драгоценностях, среди которых, как уверяла народная молва, были золотой царский портсигар и брошь, когда-то принадлежавшая супруге А. Пушкина. Скажем прямо, все эти слухи рождались не на пустом месте: Русланова и в самом деле была сказочно богата по меркам того времени. И это при том, что концертные ставки в СССР даже у таких популярных артистов, как Русланова, были отнюдь не фантастическими. Откуда же такое богатство?
Каждый советский эстрадный артист числился в какой-нибудь официальной организации вроде Мосэстрады или Ленэстрады. Там ему ежемесячно выплачивалась официальная зарплата, которая была чуть больше средней зарплаты по стране (она могла быть еще больше, благодаря надбавкам за различные звания), плюс существовала концертная ставка (у Руслановой в середине 30-х она была не самой высокой — около 600 рублей), которая выплачивалась за каждый концерт. Таким образом у такой популярной актрисы, как Русланова, официально в месяц могло набегать несколько тысяч рублей (в основном благодаря концертам, поскольку никакими званиями она до начала войны не обладала). На эти деньги можно было не бедствовать, однако регулярно приобретать антиквариат, бриллианты и подлинники картин великих русских художников было весьма проблематично. Выручали так называемые «левые» концерты — то есть выступления в обход официального концертного графика.
Например, Русланова приезжала от ГОЦЭМ в какой-нибудь советский город с серией запланированных концертов, а потом давала несколько выступлений вне графика в пригороде. Деньги от первых концертов шли в кассу ГОМЭЦ, деньги от вторых — в карман самой певицы, а также администратора, который эти концерты устраивал, и тому чиновнику «наверху», который их прикрывал (сейчас бы сказали «крышевал»). Поскольку Русланова была певицей сверхпопулярной, недостатка в «левых» концертах у нее не было. В итоге в год она имела возможность заработать на них до 100 тысяч рублей (и это помимо тех денег, которые она получала в официальных представлениях).
Самое интересное, что власти прекрасно знали о подобной практике, однако чаще всего предпочитали закрывать на это глаза. «Жестокий» и «тоталитарный» советский режим разрешал своей «красной буржуазии» жировать и барствовать в обмен на лояльность. И эти правила игры культивировались обеими сторонами на протяжении долгих десятилетий. Они нарушались только в том случае, если «буржуи» вдруг, что называется, зарывались. При этом никакого значения не имело, какими званиями и положением этот самый «буржуй» обладает — спуску никому не давали. Вот лишь один из подобных примеров, где под «раздачу» попала «звездная» чета в лице кинорежиссера Григория Александрова и актрисы Любови Орловой (последняя, кстати, была любимой актрисой самого Сталина, но это не уберегло ее от публичной «порки»).
Летом 1938 года именитые супруги решили построить себе дачу во Внукове, а это строительство стоило больших денег. Надо было зарабатывать, причем как можно быстрее. И Орлова нашла выход. В те годы она часто гастролировала по стране с творческими вечерами; ее концертная ставка по сравнению с другими артистами была одной из самых высоких — 750 рублей. Однако в создавшейся ситуации даже этих денег актрисе не хватало. Поэтому в апреле того года, устраивая свои гастроли в Киеве, она потребовала платить ей за концерт… 2300 рублей. Сумма была астрономическая, но Орловой пошли навстречу. И ей это понравилось. В следующем месяце она должна была приехать с концертами в Одессу и установила новую цену на свои выступления — 3000 рублей, не считая проездных, суточных и т. д. Однако здесь ее ждало разочарование. Руководство Одесской филармонии отказалось работать с Орловой на таких условиях, сославшись на нехватку денег. Но Орлова нашла выход и из этой ситуации. Она связалась с председателем месткома филармонии и договорилась о проведении концертов с ним. В результате за восемь концертов ей должны были заплатить 24 тысячи рублей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
