— Привет, малышка — улыбнулся солдат, подводя к неё своего коня — Позови своего отца.
— Здравствуйте — Лин успела научить дочь приветствовать других людей — Отец на охоте, в Лесу.
— А когда вернётся?
Аури пожала плечами, наблюдая, как остальные солдаты разъезжаются по двору.
— Может, до обеда, а может, и к вечеру.
— А ты можешь ему дать знать, что мы здесь?
Аури промолчала. Воспитанная на сказках, она сразу распознала вопрос с подвохом.
— Ты что, боишься? — спросил командир — Девочка, мы солдаты короля, а не разбойники. Мы не причиним тебе никакого вреда. Просто нам нужно поговорить с твоим отцом. Так что мы сейчас зайдем в дом и подождем его.
— Нет — твердо ответила Айрин — Но можете остаться во дворе.
Солдаты переглянулись
— Ты смелая девочка — рассмеялся командир — Но мы всё-таки войдём в дом.
Соскочив с лошади, он направился ко входу. Остальные тоже начали спешиваться и подходить к дому. Айрин покрепче сжала копье.
— Что это? — внезапно остановился один из солдат и указал пальцем на стену. Три полосы тянулись через всю стену. Отец замазал их клеем, но всё равно было видно.
— Это от когтей стрыги — ответила Айрин.
— Защити нас Свет и Четверо Сотворенных — зашептал солдат и попятился назад — Так о хозяине правду говорят!
— У них небось и в доме какая-нибудь тварь сидит — сказал другой.
Командир и остальные замерли, разглядывая следы.
— Не мелите чушь — неуверенно проговорил командир.
— Вы можете остаться во дворе — повторила Айрин — А я вынесу вам еду и напитки.
— Хорошо — ответил командир и махнул своим людям — Располагайтесь.
Айрин поняла, что они слышали рассказы об отце. Гленн не хотел сообщать властям о стрыге. Но за голову чудовища была назначена награда в два золотых, и хотя вряд ли кто-нибудь из ныне живущих получал её, закон есть закон. Появление отца в городе с головой твари вызвало настоящий переполох. Власти города обвинили Гленна в обмане, но тот отвёз двух чиновников в Змеевы Пасти, и показал им тело. Новость об этом разошлась далеко за пределы города Плесиль, её напечатали даже в столичной газете, и многие люди специально приезжали посмотреть на голову, которую выставили у городских ворот. В близлежащих городках и деревнях после этого стали крепче запирать двери и выставлять ночных сторожей. В трактирах и гостиницах люди начали рассказывать о воине, что сумел одолеть чудовище. Гленн уже и сам был не рад, но ничего поделать не мог.
Командир присел на ступени рядом с Айрин, задавая ей пустые вопросы, солдаты расселись на земле и принялись играть в кости. Девочка то и дело поглядывала на дорогу, ожидая появления отца. Командир тоже посматривал в сторону моста. Но Гленн появился не там, где его ждали. Он вышел из-за разбитого сарая, с копьем в одной руке и ножом в другой.
— Королевские солдаты у меня в доме? Какая честь!
От неожиданности многие повскакивали, хватаясь за оружие. Но командир махнул им рукой и направился к хозяину.
— Гленн Роу? Рад приветствовать. Меня зовут Эдмунд Пай, я десятник в королевской гвардии. Извини, что вот так вломились. Решили, что лучше ждать здесь, чем в Лесу.
— Хорошо — кивнул отец и посмотрел на Аури — Иди в дом.
— Так чего вы хотите, командир? — спросил Гленн, когда девочка скрылась за дверью.
— Ты слышал, что поданные Итании восстали против своего короля, и теперь грабят селян и убивают солдат?
— Какое мне дело до Короля-Обжоры и его поданных?
— Тебе — никакого, но наш король, храни его Четверо, решил помочь правителю Итании. Две тысячи солдат через неделю погрузятся на корабли в Визвотере и отправятся к тем берегам.
— Рад, что нашему правителю не чуждо сострадание к ближним.
— Так как отправится всего две тысячи — продолжил командир, не обращая внимания на насмешку — Король приказал послать самых лучших воинов. А ты недавно убил стрыгу. В одиночку.
— Она была ранена — ответил Гленн — И я устроил на неё засаду.
— Да хоть бы и вовсе она была без лап. Парень, ты убил стрыгу! Такие солдаты всегда нужны королю, и он им щедро платит. Один золотой каждый месяц — что скажешь?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Скажу, что королю он нужнее, чем мне.
Командир кивнул и достал из-за пазухи бумагу.
— На этот случай у меня есть приказ.
Айрин, зайдя в дом, места себя не находила от любопытства и волнения. Подходя к окну, она внимательно смотрела на солдат, стараясь запомнить их как можно лучше. Спустя десять минут она увидела, как солдаты садятся на коней и уезжают. Отец, стоя у рычага, провожал их взглядом. Когда последний проскакал по мосту, и Гленн начал поднимать его, Айрин выбежала на улицу.
— Чего они хотели, пап?
Гленн, подняв мост, мрачно зашагал к дому.
— Мы уезжаем, Айрин. Ты будешь жить с матерью, а я отправлюсь служить королю.
Аури остановилась как вкопанная. Она увидит маму? Она будет жить с мамой? Сердце билось так, будто сейчас выскочит из груди. В голове стало тесно от мыслей. Нужно было все хорошенько обдумать и разобрать. Но отец не дал на это времени.
Сборы были быстрыми. Гленн упаковывал вещи в сумки, Айрин собирала свои отдельно. Когда они вышли из дома, отец накрепко заколотил двери и окна. Затем вывел лошадь за ров, уложил поклажу, посадил на неё Айрин, поднял мост, запрыгнул в седло сам и лошадь неторопливо затрусила по дороге, всё дальше увозя их от дома. Айрин смотрела на провожающие их деревья и не могла угнаться за происходящим. Ей казалось невероятным, что ещё утром она проснулась в доме, а сейчас покидает его и к вечеру встретится с матерью. Неторопливым ходом они доехали до места, где дорога упиралась в городской тракт. Там отец поехал быстрее. К обеду они миновали городские ворота, а через час уже спешивались у нужного им места..
— Здесь работает мама?
Айрин, задрав голову, разглядывала длинное четырехэтажное здание из бурого кирпича. Здание было усеяно множеством окон. Слева на улицу из стены выпирала большая дверь из темного дерева с ручками в половину роста девочки.
— Нет, здесь она живет. Хотя да, тут она и работает.
Они зашли внутрь и оказались в длинном широком коридоре, посреди которого у правой стены стояла деревянная кабинка с окошками из мутного стекла.
В кабинке сидело непонятное существо. Оно было похоже на человека, но выглядело очень странно. Кожа была сморщенной и серой, фигура — сгорбленной, волосы на голове росли редкими прядями. Отец оставил дочь на пороге и подошел к кабинке. Существо внутри заговорило с ним. Это смутило Айрин больше всего. Всё время, что отец разговаривал, Айрин не могла отвести глаз от обитателя кабинки. Закончив, Гленн поманил дочь к себе. Пройдя по коридору сквозь здание, они вышли в большой внутренний двор. Со всех сторон их окружали кирпичные стены, утыканные дверьми.
— Папа, кто это был? — шепотом спросила Айрин отца.
— Это? — Гленн показал себе за спину — Привратница. Можешь называть её тетушка Сильва.
— Так это человек? А почему она так выглядит?
На лице у отца появилось странное выражение. Он начал улыбаться, все шире и шире, потом спрятал лицо в ладонях, но Аури видел, как вздрагивают его плечи. Отец смеялся. Он беззвучно хохотал и никак не мог остановиться. Ему потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. Аури все это время стояла нахмурившись, и пыталась понять причину веселья.
— Только не говори матери, что я смеялся — отдышавшись, сказал Гленн — Она меня убьет! Ох, Свет Всемогущий. «Так это человек!» — смех снова начал разбирать Гленна и он зажал себе рот.
— Вот что — наконец произнес он — Мы сейчас найдем какое-нибудь людное место, и будем внимательно рассматривать всех прохожих. Кажется, мы с твоей матерью позабыли рассказать тебе о самом важном — о старости. Спрашивай, а я буду отвечать. Только тихо, хорошо? Ах, разорви меня Свет! — воскликнул Гленн, пораженный еще одной мыслью — Младенцев-то ты тоже не видела!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Весь остаток дня они провели, сидя на скамейке и глядя на входивших и выходивших из дверей людей. Только теперь, увидев их разнообразие, Айрин начала понимать, как мало она знает о мире.
