кем никогда не хотела быть.
Вестница сидела на скамье и наслаждалась тем, как ласково с ее волосами играл ветер. Она видела, как Мария возвращалась из леса — загадочная, полная неизвестных раздумий и очень взволнованная. Ее глаза были полны слез, едва поблескивающих в ночи.
Луна освещала деревья так четко и ярко, что Алиса смогла заметить, как странное полупрозрачное существо блуждало между стволами и тянуло за собой легкий шлейф тумана. От него словно исходила неведомая мелодия, пугающая даже больше него самого, темная и траурная. Оно бесшумно плыло в направлении Принцессы, и исчезло из виду, стоило той зайти в дом.
Алиса поспешно поднялась и, игнорируя подступившую волну паники, тоже направилась к двери.
Внутри было намного уютнее, чем снаружи, несмотря на абсолютную тишину. Нигде не было слышно ни голосов, ни каких-либо еще посторонних звуков. Она направилась на кухню и заварила себе чай, попутно размышляя о том, что могла встретить в лесу. «Никогда не видела ничего подобного», — пронеслось у нее в голове.
— Он слышит нас иногда, — Мария появилась словно из ниоткуда, бесшумно зайдя в комнату и плавно опустившись на ближайший стул.
Алиса вздрогнула от неожиданности и повернулась к ней, озадаченно спросив:
— Кто?
— Лес, разумеется, — Принцесса направила свой взгляд к окну.
Ночное светило пробивалось сквозь небольшие облака, неспешно плывущие по небу, и изредка проникало в темную кухню, озаряя ее.
— Он охраняет наш круг, оберегает обитель Филиппа и ритуальное место, защищает каждого из вас, — Мария говорила тихо, будто боялась нарушить царившее в доме спокойствие.
— Но от кого? — девушка задавала вопросы нерешительно, боясь сказать лишнего или показаться навязчивой, но сейчас она разрешила себе проявить любопытство, — я видела кое-что в лесу, нечто, блуждающее меж деревьев. Оно появилось после того, как вы вернулись в дом. Что это было?
— Здесь всё хранит свои секреты, не так ли? — Принцесса улыбнулась уголками губ и поднялась со своего места, — доброй ночи, Алиса. Ни о чем не думай.
Глава 13
Ева
Золотая свеча, стоявшая на тумбочке рядом с кроватью Евы, уже догорала, но еще освещала комнату и приносила тепло. Девушка готовилась ко сну, когда в дверь спальни постучали.
— Да?
В комнату вошел Филипп, от чего выражение ее лица стало немного удивленным.
— Ты что-то хотел?
— Думаю, что это поможет тебе немного успокоиться.
Мужчина протянул Еве кружку с чаем и опустился на край кровати. Она взяла в руки напиток и, немного подув, сделала небольшой глоток. Легкая горечь осела на языке, от чего девушка слегка поморщилась. На вкус этот чай напоминал цветочные духи, и ей не слишком хотелось пробовать его еще раз, потому она осторожно поставила чашку на тумбу.
Краем глаза Ева заметила, что Филипп нахмурился, наблюдая за этим.
— Я тебя совсем не знаю, — он тяжело вздохнул и покачал головой, — и понятия не имею, чем могу помочь.
— Мне просто не нравится чай с жасмином, — она попыталась сделать свой голос мягче, — Филипп, я должна тебе кое-что сказать.
Мужчина на мгновение поднял на нее глаза, и в этот момент волнение практически захлестнуло девушку, перекрывая любые попытки успокоиться.
— Я все вспомнила.
— О чем ты?
— Мы с мамой переехали и перестали общаться с тобой потому, что ты стал Вестником?
— Ты совершенно права, — на лице Филиппа появилась короткая усмешка, — чары Марии все-таки развеялись. Когда ты прибыла сюда, я знал, что это случится.
— Так Вестники не могут общаться с простыми людьми?
— Нет, — мужчина встал и остановился около окна, — именно поэтому ты здесь, со мной, а не в Вильнюсе.
— Я здесь навсегда?
— В этом доме или в облике Вестницы?
— И то, и другое.
Филипп посмотрел на улицу сквозь пелену ночи и сделал глубокий вдох прежде, чем ответить.
— Хочешь узнать что-нибудь еще?
Девушка несколько минут молчала, пытаясь собраться с мыслями. Ей было неловко общаться с ним по душам, и, судя по закрытости мужчины, ему тоже. Они не виделись слишком долго, не имея при этом ни малейшей возможности поддерживать связь. Казалось, что они стали друг для друга совершенно посторонними людьми за прошедшие годы.
— Ты почти не изменился за эти десять лет.
Он коротко кивнул.
— Так и есть. Вестники застревают в том возрасте, в котором они были избраны, и остаются в нем до конца своего служения.
— А что с ними становится после? Насколько я поняла, в одном круге может быть не больше двенадцати «избранных».
— Никто точно не знает, но Мария когда-то говорила, что им дается новая жизнь. Хоть я в этом и очень сомневаюсь.
— Сколько лет Марку?
— Столько же, сколько и мне. Тридцать шесть.
— Я думала, что ты старше моей мамы.
— Наоборот, она старше меня.
— Хорошо… — Ева осмотрела уже потускневшую комнату и вдруг кое-что вспомнила.
— Я видела, что Марк был на твоем обряде. Как такое возможно, если вы одногодки?
Мужчина усмехнулся.
— Марк стал Вестником на восемь лет раньше меня. Когда нам обоим было восемнадцать, он уже начал служить Луне, а я только впервые наткнулся на круг за нашим домом. До этого я ничего не знал об этом культе и о Богине в целом.
Девушка затаила дыхание, внимательно слушая своего дядю и постепенно осознавая, как сильно тосковала по нему все эти годы.
— Как получилось так, что мы живем возле круга?
— Твоя бабушка была Вестницей, но до обряда она успела выйти замуж и родить двоих детей. Ее муж построил этот дом, чтобы она могла жить здесь вместе с нами.
— Но нам с мамой пришлось уехать, — Ева неосознанно сжала край одеяла, — ей разрешили растить детей здесь, а меня нет?
— Ты не моя дочь, — мужчина тяжело вздохнул и повернулся к ней.
— Где она сейчас?
Филипп ответил не сразу.
— Я не знаю. Она исчезла, когда мне было двадцать, и больше я ее не видел.
— Ладно.
— Тебе нужно поспать, — он отошел к двери, смотря на свою повзрослевшую племянницу, — у тебя будет еще много времени, чтобы все узнать, а для этого нужен отдых.
— Спокойной ночи, — тихо проговорила Ева.
— Спокойной ночи, — ответил мужчина, выходя из комнаты.
Рассвет Ева встречала без сна.
Она долго размышляла, листала «Луну» в поисках каких-то ответов. Книга была наполнена рукописными инструкциями проведения неизвестных ей праздников и ритуалов, и обрывалась на середине, словно была не закончена.
«Великий Йоль.
Языческий праздник зимнего солнцестояния.
Смерть и воскрешение. Закрытие старого года и открытие нового.
Священное время для Вестников Темной Луны, в которое все члены круга должны собраться вместе, чтобы
