овладела мной.
Только всё же неудобно вышло перед рыжей кошкой. Не нужна мне была та омерзительная мышь. И есть уж тем более её не собирался. Зачем мне это? Когда дома меня ждёт миска с прекраснейшим кормом со вкусом кролика и овощей. А тут живая мышь! Ещё неизвестно, чем она болела. Неловко вышло. Ну и ладно. Зато у меня есть любящая семья и друзья. А рыжая пусть и дальше жрёт мышей, и злобно смотрит на других сородичей.
Эх, затискали меня ребята так, что к вечеру развалился на пороге у нашей дачи. Мама вернулась с огорода и села рядом со мной. Нежно потрепала за ушком и провела вдоль шерсти. Хорошо. Замурлыкал ей в ответ, и красота! Вечерняя прохлада укрыла посёлок, и тишина вокруг, словно не было сегодняшнего безумства с преследованием мышки. Фу! Лучше думать, что не было этого и всё! А был лишь прекрасный день, полный нежности, любви и ласки.
Секрет дачи
Август подкрался незаметно. Своей прохладой он будто напоминал, что вот ещё несколько денёчков и настанет осень. Дни уже сочтены. Мама и папа собирают усиленно урожай и закатывают в банки, чтобы дачные труды не пропали напрасно. Славка и Даша пригорюнились и играли как-то вяло, без задора. Даже мы с Семёном Семёнычем пригорюнились, будто никогда больше не увидимся друг с другом.
После завтрака Слава и Даша сидели в беседке на нашем участке. Семёныч же лежал на своём уже облюбованном месте на земле под высоким резным столом салатового цвета. Это его мама недавно отшлифовала и покрасила. Красивый стол стал, глаз оторвать невозможно. А я ютился на коленях у Славки, который изредка проводил маленькой ладошкой вдоль по шерсти от ушек до самого кончика хвоста. И вроде я радоваться должен, да только радости не испытывал ни капельки.
На столе стояла большая металлическая миска с черешней. Ребята лениво брали из неё по ягодке, отправляли в рот и через некоторое время выплевывали косточку на небольшое блюдце небесно-голубого цвета, прямо на изображённого по центру циркового слона.
— Эх, — вздохнула Даша. — Скучно.
— Ага, — мгновенно подхватил Славка таким же тоскливым голосочком, что и соседская девчонка.
— И игры все одни и те же, надоели, — буркнула Даша, отправив очередную ягодку в рот.
— И не говори. Я даже не знаю, чем заняться сегодня, — пожал плечами Славка, — мама нас одних с участка точно не отпустит, а здесь чем заняться не знаю. Скучно. Ничего особенного у нас на даче нет.
— А ты искал? — настороженно поинтересовалась Даша, и уже стало заметно, как у неё интересом загораются карие глазки.
— Нет, — выдохнул мальчик. — Смысл здесь что-то искать? Мама вдоль и поперёк всё уже изучила здесь и ни о чём интересном не говорила. Земля и есть земля. Да постройки остались от старых хозяев. Тоска зелёная.
— А вот тут ты не прав, — восторженно встрепенулась девчонка и спрыгнула с лавки так, что Семён Семёныч обеспокоенно уставился на свою хозяйку, махнув хвостом пару раз для дружественного приличия.
Всё-таки коты и собаки очень разные. Вот, к примеру, Семён Семёныч машет своим хвостом, когда ему что-то любопытно, интересно или показывает дружбу. А мы, коты, хвостом царственным виляем только тогда, когда что-то не нравится. А такое бывает часто.
Допустим, после сытного обеда или ужина пристроюсь на подоконнике для того, чтобы отдохнуть и насладиться пейзажем за окном. А кто-нибудь из семьи, мимо проходящий, обязательно остановится и начнёт гладить, будто я об этом их просил. И тогда от возмущения сразу выказывать начинаю своё недовольство и возмущение нервными взмахами пушистого хвоста. Только вот семья этого не понимает часто и тогда после предупреждения приходится в ход пускать лапы и зубы. Обычно после такого меня оставляют в покое.
— Давай исследовать ваш садовый участок! — звонко раздался голос Даши. — Я уверена, что мы интересное обязательно что-нибудь найдём.
Тут и Славка мой соскочил, схватив меня руками, прижимая к груди. Сердечко его заколотилось сильно-сильно. Ох, и не нравится мне это всё. Если у него такое состояние, то обязательно придётся ждать приключений. Правда, они не всегда заканчиваются радостно. Но остановить это уже невозможно. Когда азарт с головой поглощает мальчишку, то всё! Вариантов нет! Мне не остаётся больше ничего, кроме того, как проследовать за ними и в случае неприятностей поднимать тревогу.
— А давай начнём со старого сарая?
— Давай, — кивнула Даша, — только давай и зверей с собой возьмём? С ними будет веселее.
— Давай, — воодушевился Славка и взял меня под мышку, придерживая руками за живот.
Вот бы мама, что ли, обратила на нас внимание, а то вертится со своими банками, огурцами, помидорами и даже не представляет, куда Славка собрался. Уж я-то маму точно знаю. Она, услышав всё это, встала бы в проходе, подпёрлась гневно руками в боки и как шикнула бы на них. Думаю, что и Дашке приключений искать бы расхотелось после увиденной картины.
Но сейчас этому не суждено сбыться, и я спокойно лежал в руках Славки, выражая своё недовольство хвостом. Но и на это никто сейчас, конечно же, не собирается обращать внимание. И только Семён Семёныч позади нас шёл, похрюкивая задорно, будто подгоняя, приговаривая: «вперёд к приключениям»!
Да, как же это свойственно псам. Вот всегда с энтузиазмом воспринимают любое желание залезть туда, куда не нужно. Нет, у котов такое тоже бывает, но только в пределах квартиры. По крайней мере, у меня было так. И то, когда мама сильно ругалась, что именно туда нельзя, то я и не лез, (пока не оставался один в квартире. Когда же один, ругаться-то некому).
Вот Даша раскрыла дверь в сарай, который стоял рядом с домом. Она неприятно-жалобно застонала. Вдруг откуда-то в руках у девчонки появился крохотный фонарик, которым она освещала путь вперед. А Семён Семёныч, как верный пёс и искатель приключений, обогнал нас и топал впереди, обнюхивая всё на своем пути.
И я бы обнюхал, да только здесь отвратительно пахнет сыростью и затхлостью. Единственное моё желание — это как можно скорее бежать отсюда.
— Смотри! — Даша указала на какой-то старенький ненадёжный
