— То есть, у нас будет одна семья? — С надеждой, воспрянув духом, спросила Полярная.
— Одна семья. Возможно, жить будете в разных домах, но не далеко друг от друга. В одной стае. — Видя, как девушка оттаивает, Варди чуть не сполз от облегчения по стенке. Он заискивающе улыбнулся. — Ну, успокоилась? Вот и славно. Я побегу действительно некогда. — И как молодой мальчишка он помчался по коридору, чуть ли не вприпрыжку.
— Поверила, поверила, по-ве-ри-ла… — Напевал он тихо, веселый мотив и хитро улыбался.
Полли задумалась и упустила скользкого попечителя из виду, но не стала догонять. Предложение тролля было действительно заманчивым, редко кто мог сразу выкупить двух невест, а сейчас шанс не разлучатся и быть вместе, увеличился вдвое. Её мысли перетекли к Либерту.
— Нужно с ним посоветоваться. — Решила девушка и пошла обратно в сад, где её ждала сестра.
Музыка ждала Полли на скамейке возле своей клумбы. Она посадила здесь в этом году гладиолусы разных цветов в надежде, что по приезду с озер в конце лета она увидит, как круглая клумба расцветет цветными кольцами, повторяя радугу. Теперь её планам не сбыться и мурашки побежали по спине. Поляра, после того как она сообщила ей новость, побежала искать Варди. Муз вспомнила сегодняшний разговор с попечителем.
— Здравствуй, прекрасная Музыка, у меня к тебе большая, я бы даже сказал огромная просьба. От твоего ответа сейчас зависит моя судьба, нет жизнь! — Когда хотел, тролль умел, напустить театрального дыма в разговор, за которым, собеседник с трудом мог рассмотреть истину.
Он открыл ей дверь своего кабинета лично, как только она постучала, и повел под руку к уютному диванчику с каретной стяжкой у слабо горевшего камина. На улице было тепло, но тлеющие поленья придавали комнате уют и наполняли воздух аппетитным, чуть слышным в воздухе, дымком. Взмахом руки, он предложил ей присаживаться. У дивана стоял красивый кованый стол с верхом из стекла, тонкой, почти ювелирной работы, а напротив пара ушастых кресел обитых, как и диван, мягкой, светлой кожей сливочного оттенка. На столике дымился чайник с ароматным чаем, и стояла трехъярусная тарелка со всевозможными вкусностями. Еще один взмах предлагал ей угощаться, тролль взялся за чайник и разлил по тонким фарфоровым чашкам чай.
— Конечно дядюшка Варди, я слушаю вас. — Оторопела Музыка, от такого начала. Она даже предположить не могла чем может помочь троллю.
— Сбежа выбыла из отбора. Да ты, наверное, уже знаешь? — Заговорил Варди, протягивая ей чашку с красными розами.
— Да, Спика рассказала нам. С ней действительно все в порядке? — Она несмело отхлебнула горячий напиток.
Скрывшись за своей чашкой, тролль поморщился. Он, конечно, не станет говорить девушке правду. Ведь до сих пор он сам не знал что со Сбежавшей. Нанятые им оборотни сейчас должны были брать след. Тролль поставил её безопасность главным условием поиска. Если они загонят пару, и девушке будет угрожать опасность их нужно отпустить, убедившись, что она попала к адекватному оборотню и её жизни ничего не угрожает.
— Да все прекрасно. Оборотень в благодарность за спасение попросил Сбежу стать его женой. Не мог ему отказать. Контракт уже подписан. Но вот беда, в город Встреч уже прибыли другие наниматели. Они приехали с разных концов Широких земель. Есть приехавшие даже из-за Великого леса! Не одна неделя, ушла у них на это путешествие. — Тролль заливался соловьем, заговаривая девушку и усыпляя её бдительность. Он положил на тарелочку пирожное украшенное кремом в виде ромашки и поставил на стол перед ней.
Музыка согласно кивала, аккуратно отламывая вилкой восхитительно нежный бисквит. Она отправила кусочек десерта в рот и от прекрасного вкуса даже зажмурилась.
— Я заключил с каждым оборотнем предварительный договор. И вот незадача… Одной девушки теперь не хватает. — Варди пересел на диванчик рядом с Музыкой и взял её за ручку.
Руки у тролля были пухленькие, как и весь Варди и необычайно мягкие, с кожей шелковистой как у ребенка. В своем, мятного цвета длинном, тонком свитере, он сам был такой весь мятный и вкусный. Тролль погладил пальцы девушки, втираясь в доверие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Спаси меня милая Муза.
— Но как, я не понимаю?
— Согласись участвовать в отборе за место Сбежи. Сохрани моё доброе имя. — Тролль заглянул ей в глаза, так по-доброму и с надеждой.
Сердце Музыки тоскливо заныло, она опустила взгляд, понимая, что не в силах ему отказать. Приют так много дал им с Алией. Что есть один год её обучения против доброго имени дядюшки Варди. Да если бы он хотел, то заставил её участвовать и даже не спросил. А он упрашивает, такой хороший. И она сдалась.
— Конечно, я согласна. Только вот не знаю, что скажет Полли?
При упоминании сестры Музыки, лицо Варди вытянулось, но он поспешил нацепить беззаботную улыбку. Подхватив поставленную ею на стол чашку, и снова вручив ей в руки, он быстро заговорил.
— О, я думаю, она будет в восторге. Наконец-то получит свободу. Итак, уже три лишних года томится в этих стенах, бедняжка.
По лицу девушки тролль понял, что она явно не знает о шашнях сестрицы с полукровкой Либертом. Эта связь сильно нервировала тролля, полуэльф хитро обошел его запрет и попросту пользовал глупышку. Ему искренне было жаль девушку, с остроухим у той не было будущего. Ни детей, ни свободы, это дать мог только оборотень. Чем скорее она покинет эти стены, тем лучше для неё. Это еще один плюс, к его решению отправить Музыку на отбор этого года. Он широко и искренне улыбнулся девушке и с аппетитом принялся за наполненную малиновым кремом корзиночку.
Прямо на воде, под стенами монастыря, для отбора невест, была выстроена хитрая конструкция. Из бревен и досок сделан был высокий прямоугольный плот, длинной около пятнадцати метров. Вдоль всего плота вела разделительная перегородка высотой в три метра, через каждый метр в ней на уровне глаз, были проделаны круглые отверстия диаметром около пятнадцати сантиметров. На стене по бокам от окошек, были приделаны перегородки, напоминавшие собой открытые ставни на окнах. Отверстия были оббиты тканью, сшитой в форме короткого рукава. С внешней стороны, помост был шириной два метра и ни чем не разделен. С него в воду вела лестница-спуск, огражденная с одной стороны для удобства перилами, по ней во время отбора поднимались наверх, из причаливавших лодок, оборотни наниматели. За стеной, закрывающей внутреннюю часть, скрывался самый интересный кусок сооружения. Здесь пол был разделен на два уровня. Один, шириной около метра, шел вдоль перегородки и поднят был на метра полтора вверх. Второй, шел на уровне с внешним и по нему можно было выйти на платформу прямо из монастыря, оставаясь незамеченным для гостей отбора.
В окна коридора замка падали лучи уходящего за горизонт солнца, весенний вечер вступал в свои права, удлиняя тени. Створки дверей были открыты, и ветерок колыхал тонкое кружево штор. Он обдувал свежей волной стоявших в шеренгу воспитанниц, играя с их алыми юбками.
— Итак, вы весь день должны были носить на шее платки, заранее вышитые вами. — Вещала громко, перед выстроившимися в ряд девушками, наставница Зорана.
Всех собранных здесь десяток, потряхивало от нервного напряжения. Вот он и наступил — день икс.
— С этой минуты и до тех пор, пока вас не выберут, вы не должны прикасаться друг к другу и к еще кому бы то ни было.
— Это почему? — Не выдержала и задала вопрос, вертевшийся у всех на языке Полыха.
— Ваш будущий муж обладает очень чувствительным нюхом, как вы все должны были усвоить из уроков видологии. — Поморщившись, начала объяснять наставница. — Поэтому жену он выбирает исходя из оценки вашего мастерства и по запаху. Хозяину, ваш аромат расскажет больше, чем вы сами о себе знаете.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зоране не хотелось отвечать на эти вопросы, она боялась ляпнуть что-то лишнее и усилить волнение девушек. Гномка поправила серую юбку, разглаживая невидимые складки. Сейчас бы прикрикнуть на развеселившихся воспитанниц, жаль характер у неё, слишком мягок. И вздохнув, она терпеливо отвечала на вопросы девушек.
