Читаем без скачивания Пожар Метрополии - Федор Березин

– Ну да.

– Если бы они вас ликвидировали, то лишили бы наш штурм смысла.

– Наверное, – согласился Герман Минаков, ибо действительно оценил ситуацию с точки зрения войны.

– И вот они ушли, брат Герман, а наши силы удесятерились?

– Не понял, брат Бенин. Вы освободили восемь тысяч негров… Извини, афроамериканцев?

– Не извиняйся, брат. Именно последнее слово теперь отменяется. Мы снова возвращаем в употребление слово «негр». Но теперь мы будет так называться с высоко поднятой головой, – пояснил Великий Бенин. – И конечно, мы не освободили восемь тысяч негров. Среди местных заключенных наших было только две трети, а это тысяча двести человек. Но ведь все это солдаты бывшей армии США, правильно? Они умеют сражаться.

– Да, – кивнул Минаков, про себя вспоминая, имеется ли в американском военном законодательстве статья, озаглавленная «Дезертирство».

– А главное, мы освободили вас, брат Герман. Уж вы-то точно умеете сражаться. Мы знаем. И неужели наши силы не возросли вдесятеро? Ведь вы же присоединитесь к нам?

– В смысле?

– Но ведь ваш отряд – настоящие легендарные герои. Шаманы войны. Вы ведь бились за свободу и жизнь наших братьев прямо в сердце исторической родины всех негров. Правильно?

– Ах, это.

– Не скромничай, брат Герман. Не скромничай. Мы знаем ваши подвиги. И слышали о пытках, которым вас подвергали белые палачи здесь. Думаю, вы не выдали им никаких секретов, правильно?

«Я тоже надеюсь», – согласился Герман, но не высказал фразы вслух.

14

Удар по окрестностям

Все-таки ему повезло, он так и не обнаружил пятилетнего сына. Это бы однозначно переполнило чашу.

Сын лежал под умывальником в кухне. Прячась, он забился туда, за трубную развилку. Забился так, что его не сумели сразу выдернуть наружу. И тогда просто несколько раз ткнули туда хранящимся рядом кухонным ножом. Самым большим из набора. Камера в те минуты задействовалась в других, более пикантных зарисовочках, так что зафиксировать совершенное походя убийство не получилось.

15

Родственники

– Ну что, герои борьбы за освобождение негров, готовы сражаться за новых хозяев? – спросил свой бывших отряд лейтенант Минаков.

– Слава богу, Герман Всеволодович, местные братья не ведают о наших настоящих подвигах, – отозвался Кисленко.

– Тише ты, дурак, – цыкнул на него Кошкарев. – Не дай божок, узнают ненароком.

– Он прав, ты бы помолчал, Захар, – подтвердил Минаков почти шепотом. – Верят они, что мы там с самого начала бились только с североамериканским империализмом, ну и пусть верят. Правильно? Так все-таки, как насчет дальнейшей службы? Нам предлагают поучаствовать в развале Америки.

– Они считают, что это не развал, а начало новой жизни, командир, – прокомментировал техник Кошкарев.

– Все так поначалу считают, Феликс Маркович, – глубокомысленно констатировал Герман.

– Процесс создания нового свободного государства на основе части большой, неправильно сделанной империи, – продлил мысль Кошкарев.

– И к тому же этнически чистой, да?

– Не совсем так, Герман Всеволодович. В новых Свободных Штатах Америки можно будет запросто проживать лицам, имеющим мексиканские корни.

– Еще бы нет, – развеселился Кисленко. – Как же их выселить? Мало того что они вместе делают эту самую революцию, так еще «латиносов» здесь видимо-невидимо. Совсем не то, что белых. А вы как думаете, товарищ лейтенант, передерутся они между собой или как? Ведь некоторые хотят основать не новые США, а САШЧ – Свободные Американские Штаты Черных, правильно?

– Ну, я не футуролог, Захар Осипович. Если передерутся в ближайшее время, то обеим этим расам конец. В смысле, в их войне с Севером.

– Думаете, белые их все-таки замочат?

– А ты сам как думаешь?

– Пока я соглашаюсь с нашими новыми братьями, – хмыкнул Кисленко. – У местных белых действительно отсутствует воля к жизни. Сдаются, бросают территорию и добро за так.

– А мне кажется, все просто еще не развернулось на полную катушку, – высказался Миша Гитуляр. – Американцы слишком рассеяли свою армию. Им пора бросать Африку и кидать войска сюда.

– Ты за них сильно переживаешь, Миша? – поинтересовался Кошкарев. – Может, еще поможешь им?

– И опять же, по этой же теме, но с другого конца, – перебил Минаков. – Я уже сказал, нам предлагают присоединиться к нашим, так сказать, «братьям» в их борьбе с засильем бледнолицых. Что будем делать?

– А у нас есть альтернатива, командир? – спросил Кисленко уже без всяких улыбочек.

– Прямо брат Великий Бенин ничего мне не говорил, но, по-моему, несложно прикинуть возможности. Мы, конечно, люди русские и вроде здесь абсолютно ни при чем, однако мы ведь все несколько бледнолицые, так? Вот и делайте выводы. Как все знают, далеко не всех европейцев они просто так выпускают прочь. Не стоит плодить ряды врагов, как выразился один из их знаменитых братьев.

– К тому же, что нам там делать в северных штатах? Нас ведь снова упекут в тюрягу, – выдал свой комментарий бывший отрядный компьютерщик Гитуляр.

– Вот именно, для прерванной процедуры дознания, – кивнул Минаков.

– Правильная мысль, – согласились остальные.

– И значит? – снова уточнил Герман.

– Ну, воевать – не воевать, там видно будет, – предложил Кошкарев. – Зато нас снабдят оружием, а это уже кое-что, верно?

И вопрос был решен единогласно. Похоже, за время нахождения в тюрьме все солдаты отряда стали ярыми приверженцами демократии.

16

Удар по окрестностям

– Ты чего вернулся? – спросил его вахтенный офицер Пег Идипус.

– Мои убыли к маме в Медфорд. С сегодняшними перекрытыми дорогами мне туда не добраться. И чего мне тут, дома, одному сидеть?

– Ну, жена в отъезде – это ж вообще-то…

– Не настроен, – вяло ответил коммандер Рекс Петтит и прошел к себе.

– Да, – обернулся он к вахтенному. – По пустякам меня не дергать. Считай, меня на корабле нет. Хочу кое-что обдумать насчет будущего похода.

Взаимное обращение подчиненных к начальнику и обратное, на «ты», вовсе не считалось фамильярностью. Когда-то такое привилось в гражданских фирмах. Теперь демократический заряд девяностых годов прошлого века хоть и с превеликим опозданием, но докатился до армейско-флотской среды.

Подойдя к своей каюте, коммандер Рекс Петтит распечатал заблокированное личным кодом запорное устройство. Он вошел и сел на заправленную койку. Здесь он выпал из времени приблизительно на пять минут. Он все еще успешно блокировал ненужные мысли. Вообще-то можно было бы подняться, получить родимую «беретту» и, вернувшись сюда же, произвести полное и окончательное отключение мозга, стереть выплывающие изнутри картины увиденного. Но ведь такое можно было сделать и раньше – в процессе вождения машины. Хотя, вполне может случиться, с меньшей результативностью: фирма «Опель» наизобретала слишком много всяких предохраняющих от травматизма устройств. Было бы полным идиотизмом в течение часа-двух (вряд ли в нынешнем хаосе полиция явилась бы раньше) лежать в смятом автомобильном корпусе зажатым выпрыгнувшими отовсюду надувными спасательными подушками.

Итак, пятнадцатизарядная «беретта» имела явно повышенную надежность. Но разве для этого он прибыл на борт? Вот так валяться в коечке?

У него было очень много работы. Кстати, «беретту» все-таки тоже стоило получить. Она могла пригодиться. Да и повод имелся – в раскинутом вокруг городе было очень неспокойно.

17

Родственники

– По большому счету, я не думаю, что наш когдатошний штаб – Новый Центр Возрождения – был бы не сильно против нашего участия в этой заварушке, – рассуждал вслух Герман Минаков. – И уж понятно, что он бы поддержал выбор стороны. Ведь по сути, уже в африканской компании мы сражались с Америкой, так? То, что действия случайным образом перенеслись сюда, в метрополию, усиливает позиции антиамериканских сил.

– Я даже предполагаю, что вся эта кутерьма произошла не без планирования Центра, – серьезно кивал отрядный компьютерщик Миша Гитуляр. – Вы не согласны?

– Если и так, нам никогда не узнать точно, – пожимал плечами Герман. – Развязывание революций – дело темное. Наверняка здесь пересеклась куча разнополярных векторов. А может, все и правда завертелось само собой. Лопнул какой-то давно назревающий гнойник, ну а потом спонтанным случаем воспользовались кто ни попадя, в том числе и Новый Центр. А на счет выбора стороны ты наверняка прав, Миша. Центр бы наверняка принял сторону Юга. Не знаю, как потенциально, но сейчас он пока еще явно слабее Севера. Хотя, разумеется, побеждает. Может, тут сила в стихийности процесса, как думаешь?

– Да, мне кажется, Северу все-таки кто-то очень мешает изнутри. Он никак не развернется для настоящего удара. Может, и наш дорогой Центр задействован в деле. Ведь, по сути, мы с вами, Герман Всеволодович, видели, как воюют эти наши братья. Нормальная мотопехотная дивизия разметала бы этих освободителей в клочки. Вы согласны?