лётной станции, тем сильнее волновалась Верочка. Будто опять в ЗАГС собрались!
— Серёжа, что ты задумал? Куда ты меня ведёшь? — продолжала спрашивать Вера, крепко сжимая мою руку в районе предплечья.
— Ты же хотела участвовать в перспективных разработках? Эти люди как раз над такими и работают, — сказал я, поправляя её воротник.
Не думал я, что этот поход обернётся стрессом для моей жены.
— Ты такой уверенно-самоуверенный в себе, Серёжа, — тихо сказала Вера, когда мы подошли к зданию с табличкой «Лётно-испытательная станция ОКБ-115».
— И поэтому ты меня любишь? — остановились мы перед ступеньками крыльца.
— Я тебя просто люблю. И… чуть больше, когда ты такой уверенный, — улыбнулась Вера.
— Сдаётся мне, что не только за это. Но и за то…
Вера приложила палец к моим губам и быстро поцеловала, посмотрев перед этим по сторонам.
— И за это, и за то, дорогой. Пошли, пока я не начала нервничать ещё больше, — сказала Вера и мы вбежали по ступенькам.
Войдя внутрь, я вспомнил, что нам неизвестно где именно искать Петра Аркадьевича. Рыбалко выдал мне только информацию об испытательной станции.
— Ну и куда дальше? — спросила Вера, снимая шапку и поправляя волосы.
— Сложно сказать. Спросим в этом кабинете, — указал я на ближайшую дверь.
Постучавшись, я заглянул внутрь. В большом кабинете стояло несколько столов с документами и пара кульманов. В дальнем углу несколько шкафов, явно отделявших зону чаепития.
Это можно было понять и по звонкому девичьему смеху и тихому мужскому голосу, доносившемуся оттуда. Сомневаюсь, что они там чертёж чертят.
— Добрый день! — громко поздоровался я и в кабинете воцарилась тишина.
Из-за шкафа вышла девушка в зелёном облегающем платье, расправляя плечи и слегка опуская подол платья вниз. Отчего-то оно было задрано, либо кем-то.
Кольца на правой руке нет. Возрастом девушка около 30 лет. Пожалуй, у неё небольшое свидание с кавалером в данную минуту.
— Что вам, молодой человек? — улыбнулась она, поправив высокий хвост.
— Мне Пётр Аркадьевич нужен.
— Вам на второй этаж в 205 кабинет. Он там сейчас работает с инженерами.
— Спасибо, — кивнул я и направился к выходу.
Вера, которая выглядывала из-за моего плеча, тоже поняла, чем занималась эта девушка и не скрывала возмущения.
— Прям на работе. И не стыдно, — сказала она, пока мы подымались по лестнице.
— Не обращай внимание на других, — ответил я. — Она пытается устроить свою личную жизнь. Кольцо на руке отсутствовало, и ей не так уж и мало лет.
— Всё-то ты замечаешь! — улыбнулась Вера. — Меня также разглядывал?
— Тебя я срисовал моментально.
Подойдя к двери кабинета, мы не успели её открыть, как из него выскочил маленького роста мужчина. Лет ему так за пятьдесят однозначно, но глаза и движения настолько резкие, что у неподготовленного человека может и голова закружится.
В кабинете, кроме него никого не было, а ведь девушка сказала внизу, что он с инженерами работает.
— Родин и… Родина! Прекрасно! Пчёлкин или просто Аркадич, — быстро пожал он мне руку, и вернулся в кабинет, оставив дверь открытой. — Заходим, вещи вешаем, на стулья садимся, готовимся отвечать…
И это всё Пётр Аркадьевич проговорил за секунды. Вера уже была в шоке.
— Итак, первое! Сергей, рады тебя приветствовать в нашем КБ. Здесь у тебя будут все условия. Как окончишь школу испытателей…
— Стоп! Стоп! Пётр Аркадьевич, подобные предложения рано делать, — посмеялся я.
— Ладно. Это была шутка. Но в ней есть только доля шутки, а остальное совсем не шутка, — тараторил Пчёлкин, успевая при этом ещё и что-то в блокноте у себя писать.
Дальше они разговаривали с Верой по поводу работы, а я спокойно слушал.
— Так что, я предлагаю тебе поработать над моими программами беспилотных систем. Что скажешь? — спросил у моей жены Аркадьевич.
Судя по всему, первая моя мысль о выполняемых работах в этом КБ была неправильной. Помимо самолётов с вертикальным взлётом и ещё нескольких образцов техники, «яковлевцы» занимались разработкой беспилотников. А вот это реальный джекпот!
Если Верочка будет здесь работать, я смогу ей помочь с идеями. Там, глядишь, и не «профукает» страна — это направление развития авиационной техники. Только бы у Советского Союза хватило технологий. И главное — Вера захотела этим заниматься.
— Это очень сложные проекты. Я только слышала о них во Владимирске. Пару раз наблюдала пуски больших, реактивных аппаратов, — смущалась Вера, посматривая на меня.
— А у нас иная концепция, но пока сказать не могу, какая, — улыбнулся Пчёлкин.
Вера сжимала мою руку, пытаясь найти поддержку. Аркадьевич попросил нас посидеть в кабинете, а сам вышел.
— Ты в чём-то сомневаешься? — спросил я.
— Да. Я могу не справиться. Что, если на меня возложат важную работу, и мне не удастся её выполнить? — продолжала вздрагивать Вера.
— У тебя получится. Ты самая умная и способная, — обнял я жену. — Всё получится.
В кабинет вернулся Аркадьевич с ещё одним человеком.
— Вера, что мы решили? — спросил Пчёлкин.
Жена посмотрела на меня и утвердительно кивнула.
— Вот и хорошо! Тебе повезло. Здесь часто представитель по тематике наших испытаний из Министерства авиационной промышленности бывает. Приезжает проверять нас и общается с работниками, — сказал Аркадьевич и мы с Верой встали со стульев, чтобы поприветствовать пришедшего человека.
Он посмеялся и поздоровался с нами.
— Увы, ребята, я не из министерства. Всего лишь простой лётчик-испытатель. Михаил Дексбах, к вашим услугам, — сказал пришедший вместе с Аркадьевичем человек.
Концентрация знаменитых авиационных личностей в Циолковске очень большая. Михаил Сергеевич Дексбах — один из них.
Заслуженный лётчик-испытатель СССР. Первым в Советском Союзе совершил посадку на палубу корабля на самолёте вертикального взлёта и посадки Як-38. В 1981 году он был удостоен звания Герой Советского Союза. Вся его лётно-испытательская деятельность связана с конструкторским бюро «Яковлева».
К большому сожалению, в 2006 году его не станет.
— Большая честь познакомиться с вами, — совершил я крепкое рукопожатие.
— Да прям уж там, честь. Рад, что вот такое у нас молодое поколение. Смотрю на вас и не нарадуюсь, — сказал Дексбах.
Вера с Аркадьевичем вышли из кабинета в отдел кадров. Какой-то прям день сегодня слишком хороший. Всё получается.
Михаил Сергеевич остался со мной и сел за стол напротив.
