class="p1">Уже тогда Вика привыкла выслеживать опасность и при этом не подавать признаков того, что она осматривается и уже заметила то, что может причинить ей вред. Это был залог успеха в любой драке — сразу подметить пути отступления, слабые точки противника, его подкрепление. Тогда можно было точно понять, выдержит ли она битву или придётся бежать, спасая свою жизнь. Отступать она никогда не любила. Лучше спрятаться заранее, выждать момента и устранить опасность, чем вступить в неравный бой и быть поверженным.
Этот поиск Меча Хитреца — лишь одна из великого множества частей жизненной дороги Виктории. И она надеялась, что за этим отрезком пути будут ещё и ещё новые отрезки. Неважно, насколько сложно ей придётся: она выдержит. Главное, чтобы она застала момент, когда исполнит своё предназначение, как Лисицы.
Мертвецкий лес находился не так далеко от Орэдны. Ведьмаки защищали свою землю магией, не позволявшей перейти мертвякам невидимую границу. Вика почувствовала, что пересекла её, когда воздух стал холоднее, и в нём засквозило опасностью.
«Я могу дойти до Валгор за два дня, — девушка двинулась по едва припорошенной снегом тропинке — вокруг Орэдны зима словно… отступала. И её снега едва-едва добрались до окрестных земель. — Главное не отвлекаться по пустякам, быстро пересечь Мертвецкий лес, а там будет легче».
Вскоре массив крепких деревьев, на которых кое-где ещё сохранились листья, и лишь некоторые ветви укутались в пушистые одеяла снега, сменился чахлыми, скрючившимися словно от боли, чёрными деревьями.
Осторожно ступая по тропе, Вика надеялась, что ни одна из хрупких ветвей или замёрзших листьев не захрустят у неё под сапогами. Мертвецкий лес словно обволакивал серый густой туман, в котором любой чёрный силуэт можно было принять одновременно за дерево, и одновременно — за существо. Где-то вдалеке ворчали и стенали мертвяки.
Виктория тихо ступала по чёрной земле, внимательно вглядываясь в подступающие к ней силуэты. За одним из деревьев она увидела мертвяка. Тот рычал, остервенело сдирая кору с дерева когтистыми руками. Кажется, он даже не замечал, что среди немёртвых находился и кто-то живой.
Девушка даже старалась дышать через раз, переступая очередную корягу и пробираясь дальше. Она плохо помнила точное расположение тропы, но точно знала, что ей нужно найти дерево висельников, около которого и начиналась тропа.
Булькающие стенания раздались совсем близко, и она замерла, скосив взгляд в сторону звуков. Буквально в шаге от неё стоял мертвяк. Он чуть пошатывался, закинув голову назад и словно глядел в небо, которое скрывал плотный туман. Присмотревшись внимательнее, Вика увидела, что на лбу мертвяка была вмятина, по форме напоминавшая копыто лошади.
«Неужели, те мертвяки добрались и до сюда?» — девушка почувствовала, как сердце ухнуло в пятки. Сзади раздался неспешный цокот копыт. Виктория с опаской повернулась в сторону звука.
В нескольких метрах от неё между деревьев неспешно шла лошадь, низкой опустив изодранную голову. На её спине сидел всадник, его доспехи были погнуты, а головы на плечах не было. Она болталась привязанной к седлу.
Вика застыла, сама не зная, от ужаса или изумления. Лошадь приблизилась вплотную, но даже не заметила девушку, пройдя сквозь неё. Виктория лишь почувствовала пробирающий до костей холод, пока животное не прошло через неё целиком.
«Это место… сильно изменилось», — девушка двинулась дальше в поисках дерева висельников, стараясь также не издавать ни звука. Мертвяки слонялись вокруг без дела, и где-то вдалеке всё ещё был слышен цокот копыт той лошади с безглавым всадником на ней. Вика внимательнее вгляделась в туман, когда увидела нечто огромное, по сравнению со всем тем, что она видела в Мертвецком лесу до этого.
Дерево висельников. Могучий дуб, почерневший, и его ветви были скручены словно в агонии, и со всех ветвей вниз тянулись натянутые верёвки, на которых до сих пор болтались тела висельников. Вокруг, бесшумно махая крыльями и беззвучно открывая клювы, летали вороны, то и дело садясь на тела и возвращаясь к своей кровавой трапезе.
Вика остановилась, глядя на это. Всё это выглядело таким… сюрреалистическим. И девушке казалось, словно из жизни исчезли все краски и звуки. Она просто смотрела на дерево висельников, не в силах оторвать взгляда.
Словно издалека раздалось женское тихое пение. Вика повернула голову на звук и увидела тонкую женскую фигуру в длинном белоснежном платье с капюшоном, медленно выходящую ей на встречу из тумана.
Тихим шёпотом ответь мне,
Дуб, что видел сто несчастий.
Тихим шёпотом пропой мне,
Избегая хищных пастей.
Женщина приблизилась уже близко к Вике, и та могла разглядеть её белую, словно мрамор, кожу, тонкие кисти рук с длинными пальцами, в которых та держала обмотанный белой лентой серп. Из-под капюшона на её плечи и грудь рассыпались белоснежные волосы, словно излучавшие слабый свет. Она не поднимала головы, продолжая петь, и даже не посмотрела в сторону Вики.
Ты скажи мне, дуб, чьей же крови,
То дитя, рождённое не Тьмой.
Кто кровавого зверя затравил в оковы,
И сотням жизней даст покой.
Женщина остановилась в нескольких шагах от Виктории, и только теперь подняла голову, глядя куда-то перед собой.
Чья же жизненная нить не вверена
В власть мою, судьбу ту избегая?
И кому судьба миров доверена,
Кому не суждено дойти до края?
Она выронила серп из своих рук, и тот с тихим звоном упал в пепел под её ногами. А после женщина взмахнула руками, обращаясь в белую голубку и взмыла в воздух.
Вика осторожно подошла к оброненному серпу и подняла его, лентой убирая с него пепел и прилипший сор. Лезвие было острым и отполированным до блеска, что девушка видела своё отражение в нём. Она немного повернула серп, и застыла в ужасе.
За ней стоял неизвестный.
Глава пятая
В отполированной поверхности лезвия серпа можно было разглядеть верхнюю часть лица некто. Черноволосую голову венчала серебряная диадема с крупными драгоценными камнями, один из которых, самый крупный, был опоясан тонкими искусно выкованными из серебра змейками, и переливался зелёным светом. Глаза неизвестного по цвету напоминали этот камень, и у Вики зародилось чувство, что она где-то уже видела подобное. Но как бы она ни напрягала память — ей было тяжело вспомнить, откуда она знала этот образ.
Подавив в себе страх, девушка обернулась, но позади неё никого не было. Только воткнутый в землю факел, пламя которого отчего-то переливалось голубоватым светом.
Точно такой же огонь она видела в Тейнитаре, когда… когда ещё пыталась обуздать собственную силу и природу.
Виктория заткнула серп за пояс и
