После того как все сняла, я запрыгнула на стол и положила на колени ткань, что казалось абсолютно бесполезным, учитывая тот факт, что Марта будет наносить горячий воск на всю мою вагину через несколько минут.
Ждать, пока появится Марта, было чистой пыткой. Музыка в комнате была достаточно громкой, чтобы заглушить пронзительный крик из комнат рядом со мной, но я все еще могла неясно слышать боль, исходящую от каждой женщины в салоне. Я могла слышать плачущие вагины, взывающие ко всем другим вагинам в непосредственной близости, чтоб замолчать, развернуться и спасти свои чертовы жизни, и больше никогда не показываться в таком салоне.
Изображения деревьев и лугов покрывали стены, пытаясь отвлечь меня от того, что должно было произойти, но я видела сквозь их тактику, потому что все мои мысли были сосредоточены на воске, который нагревался в стороне, а полоски ждали, когда прицепятся к моей молочно-белой коже.
Все правильно... молочно-белой.
— Что я делаю? — спросила я себя, прижимая пальцы к бровям.
Я была в секундах от того, чтобы встать и надеть свои штаны, когда дверь в мою комнату открылась и вошла большая, со сросшейся бровью, спортивная, выглядящая странновато и похожая на женоподобного мужчину женщина; на ней было плохо сидящее платье, белые чулки выше колен, а волосы были собраны в два хвостика. Ее монобровь приподнялась, когда она приблизилась, и я могла слышать, как издалека моя вагина плачет. Я попыталась немного подергаться, посылая ей сообщение азбукой Морзе, что я ужасно сожалею о том, что должно было произойти, но чертова сука показала мне средний клитор и сказала отвалить, мгновенно начав зудеть.
Чувствуя себя некомфортно по многим причинам, я поерзала на столе, стараясь выглядеть нервной, но вместо этого хотела почесать это недоступное место, до которого мог добраться только палец.
— Вам нехорошо? — спросила Марта с акцентом, который, как я могла предположить, был венгерский.
— Просто нервничаю, — призналась я, продолжая ерзать.
— Не надо нервничать, Марта знает, что надо делать.
«Ей лучше бы правда знать, что надо делать» — подумала я, когда она притянула столик на колесиках, заполненный воском и полосками, ближе ко мне. Легкий блеск пота выступил на моей коже, когда Марта вырвала у меня ткань, положила руки на мои колени и развела мои ноги настолько широко, насколько это было возможно.
Мария Магдалина!
Ее голова опустилась ниже и изучала мои самые интимные участки. Даже мой гинеколог так тщательно меня не осматривал, и я чертовски уверена, она не была так близко. Клянусь, я почувствовала, как Марта фыркнула в мою долину чудес.
— Что вы там ищите? — спросила я, желая, чтобы ее нос не был так близко к моей вагине.
— Хочу увидеть, с какой густотой я буду работать. Выглядит так, будто мне надо будет использовать больше воска, чем я ожидала.
— Что? Почему?
— Ваши волосы густые. Это как тропический лес. Слишком много заросших лоз, особенно в темных областях, — сказала Марта без прикрас.
— Темных областях?
— Да, внутри вагины и вокруг ануса, но мы и до них дойдем.
— Извините, вы сказали анус?
Марта смешивала воск, пока говорила:
— Да, ваш анус, это дырочка между вашими ягодицами.
— Я знаю, что такое анус, Марта, — ответила я раздраженно. — Я просто думаю, зачем вы говорите об этом.
— Вы записались на бразильскую, да?
— И в чем смысл? — спросила я, за секунду я начала потеть сильнее.
— От дырочки к дырочке, — ответила Марта, пока поднимала толстую палочку и собирала на нее толстый слой воска.
— От дырочки к... святые неполовозрелые волосы! — закричала я, когда Марта покрыла мою вагину воском.
— Держитесь, — сказала Марта, прикладывая к моей коже полоску. По бокам стола были ручки, к которым инстинктивно потянулись мои руки, гадая, какого черта будет дальше. — Три, два, один...
Рывок!
Огромные черные пятна появились перед глазами, когда боль рикошетом прошлась по моей коже.
— Мой клитор, вы оторвали мой клитор, — закричала я, когда мои руки опустились к промежности, но были быстро убраны Мартой, которая прикрепила другую восковую полоску и затем сорвала ее в считанные секунды.
Моя голова откинулась назад, и я умоляла ее перестать, но чертовка не слушала, продолжая отрывать от меня волосок за волоском. Она отбросила восковые полоски, покрытые лобковыми волосами, в сторону, и я искала на них признаки моих женских складочек. Клянусь небесам, они были прикреплены к ним, потому что я была почти на сто процентов уверена, что они больше не были прикреплены к моему телу.
— Я кровоточу, я знаю, это так. Просто скажите мне. Я кровоточу? Иногда у меня проблемы со свертываемостью, есть что-то похожее?
— Вы в порядке, — ответила Марта как ни в чем не бывало, прикладывая полоску прямо к моей вагине. — Три...
— Нет, Марта, пожалуйста, оставьте Вирджинию в покое.
— Два...
— Марта, я думала, мы были друзьями. Оставьте вагину в покое.
— Один...
— Я сделаю все, что вы хотите, — отчаяние пронзило мой голос. — Просто не...
Рывок!
— Капитан потрошитель пи**ы, — закричала я, когда из моих глаз потекли слезы. — Вы — потрошитель пи**ы, — произнесла я, даже себя напугав угрожающим тонов в своем голосе. Я посмотрела на Марту, чтобы извиниться, но чертовка лишь засмеялась. Она смеялась надо мной!
Она была варваром.
Она разбудила во мне матершинницу, и я ненавидела ее за это. Я никогда не произносила слово на букву «П» вслух, но с Мартой у руля моей вагины, неуместные слова просто текли из меня.
— На четвереньки, — сказала она, в то время как сдвигала мои ноги.
— Что? — спросила я, слишком опьяненная от боли, чтобы что-то понять.
— Встаньте на четвереньки и раздвиньте ноги. — Я замерла, не желая делать то, что она сказала, пока ее сросшаяся бровь не разозлилась, и она практически рявкнула на меня:
— Сейчас же.
Упс!
Быстро, я перевернулась и встала на четвереньки, поднимая свою задницу в воздух.
Без предупреждения, она нанесла воск на мой анус и прикрепила восковую полоску. В верхней части стола были ручки, которыми я воспользовалась, и одним плавным движением Марта оторвала дырочку моей задницы от моего тела, чтобы отправить ее к остальным женским кусочкам на кладбище сломанных и оторванных частей.
— Демон, вы демон, — бормотала я, когда Марта опустила обе руки на мои ягодицы и развела их в стороны. Я могла чувствовать ее лицо в непосредственной близости, и в этот момент, я молилась богам газов, чтобы они вознаградили меня призовым пуком, который свернул бы ее бровь, но разве я была такой удачливой? Нет.
Вместо этого Марта сказала:
