Алессандра застыла. В последнее время она, ярая противница брака, живо представляла себе, как он делает ей предложение, но не так же! Его слова прозвучали как попытка заполучить ее в постель!
Невероятно, но будь что будет! Алессандра приняла решение. Она любит его и хочет его, и черт с ним, со всем остальным! Она должна жить в настоящем и не заботиться о будущем. Игра просто не для нее, решила она, — даже когда ставки достаточно высоки. Сейчас начинается реальная жизнь и реальные отношения. Она слишком любит и уважает Камерона, чтобы играть в некий моральный шантаж, который всегда презирала.
— Нет, — ответила Алессандра сухо, отрицательно качая головой, тогда как ее пальцы скользнули вниз, расстегивая его рубашку.
Первый раз она увидела его ошеломленный взгляд.
— Нет? — переспросил он недоуменно, как будто организаторы лотереи отказались выдать ему выигранный приз. Как раз в этот момент она наконец справилась с пуговицами, и они вылезли из петель, обнажив часть его могучего торса.
— Я не выйду за тебя замуж, — произнесла она таким же нежным голосом, каким он сказал, что любит ее. Мягкими губами она поцеловала его в ямку на шее, медленно лаская пальцами его грудь.
Ее запястье оказалось зажатым в стальные тиски, когда его рука остановила это движение.
— Нет? — переспросил он снова, только на этот раз его глаза стали совсем незнакомыми.
Камерону никогда не отказывали, подумала она. И это ему совсем не понравилось. Боже, как же все плохо!
— А что ты имеешь против брака? — небрежно спросил он. — Или я тому причина?
Алессандра красноречиво посмотрела на него.
— Ты знаешь, что нет.
— Тогда что? Она вздохнула.
— Я не рассказывала тебе о своих родителях. Брак загубил талант моей матери и разрушил все ее мечты. Это свело ее жизнь к убожеству. Ей было девятнадцать, и она была беременна. Попалась. Я не хочу так же зависеть от брака.
— Понимаю, — сказал он безразлично, и что-то в его глазах заставило Алессандру сделать попытку объяснить немного больше.
— Я счастлива, потому что ты со мной, — сказала она, глядя в его лицо. — Ты не должен жениться на мне, — добавила она, — чтобы заполучить меня к себе в постель. Во всяком случае, я подготовлюсь к этому. — И она начала медленно и провокационно расстегивать свою блузку, но Камерон все еще хмурился.
— Ты так думаешь? — спросил он тихо. — Ты на самом деле так думаешь?
Ничего больше не говоря, он поднял Алессандру на руки и перенес в спальню, где сначала раздел ее, медленно, с почти мучительной скрупулезностью, а затем разделся сам. Потом Камерон демонстрировал ей все свое чувственное уменье, которым обладал, доводя руками и ртом до такой грани удовольствия, что сердце ее останавливалось и ей казалось: она умрет, если он не овладеет ею.
— Пожалуйста... — просила она, задыхаясь, чувствуя давление его жесткого тела.
— Что «пожалуйста», Алессандра?
— Пожалуйста — люби меня, — выдохнула она.
Его улыбка была слабой, но победной.
— Нет, — прошептал он.
— Нет?
— Нет, до тех пор, пока ты не согласишься выйти за меня замуж, — заявил Камерон.
— Почему? — спросила она в восхитительном ошеломлении, потому что волнение начало растекаться по ее венам, усиливая желание, которое он воспламенил в ней.
— Потому что я люблю тебя. И ты любишь меня, ведь так? — (Было бессмысленно отрицать это, так же как то, что существуют небо и звезды.) — Я никогда не влюблялся раньше, — заметил Камерон. — Я никогда даже не мог поверить, что способен на такое. А любовь означает брак, по крайней мере так написано в книгах. Возможно, несколько старомодно. Но это так.
Она сделала еще одну, последнюю попытку, хотя чувствовала, что уже принадлежит ему.
— Я не могу по-настоящему поверить в брак, Камерон.
— Ты должна верить, — нежно улыбнулся он. — Правда.
— Но почему? — задала она вопрос. — Мне казалось, что мужчинам нравится не связывать себя. Зачем же?..
Он не колебался ни секунды.
— Потому что я хочу, чтобы ты была моей. Потому что ты моя, Алессандра. — Он повторил с безжалостностью собственника: — Вся моя.
И потому что я всегда стараюсь выигрывать, подумала Алессандра.
Неуловимая, как мотылек, она всегда будет держать его в восхищении...
— Так ты будешь моей женой? — спросил Камерон, и снова она ощутила его напряженное, возбужденное тело.
Алессандра сдалась, как она могла отказаться?
— О, да, — выдохнула она в порыве экстаза. — О, да... да...
И тогда он поднял брюки и достал что-то из кармана, а Алессандра разрывалась между чувством благодарности за то, что он хотел обезопасить ее, и нарастающим чувством разочарования.
— Я вижу, ты хорошо подготовился, — сказала она с язвительной ноткой в голосе и сразу покраснела, когда он удивленно поднял брови.
— Я был бойскаутом.
— И ты всегда носишь с собой презервативы? — поинтересовалась Алессандра.
Его глаза сузились.
— Что творится в твоей красивой головке? — прошептал он, затем кивнул. — Ах да, понимаю, ты не хочешь, чтобы я думал, будто ты слабый противник.
— Нет...
— Счастье мое, ты никакой не противник, — сказал он мягко, разрывая фольгу и натягивая презерватив. Алессандра наблюдала за ним.
— Я разборчивая, — вздохнула она.
— Я тоже. Очень. — Он улыбнулся. — Сказать тебе, когда я купил его?
— Когда? — прошептала Алессандра.
— В тот день, когда встретил тебя, — шепнул он, опускаясь на нее. — Выйдя из твоего офиса, я пошел прямо в аптеку. Это тебя не пугает?
— Нет, — ответила она в восхищении.
И Камерон вошел в нее, но, почувствовав ее девственность, на момент приостановился, и она увидела удивление в его расширившихся глазах.
И в этот момент любовь стала не только его, но и ее победой.
Глава четвертая
Внезапно Алессандра осознала, что замечталась под душем и задержалась значительно дольше, чем собиралась, поэтому быстро высушила волосы, оделась и поспешила обратно в офис. Она встала перед зеркалом, висевшим справа от ее стола, внимательно осмотрела себя и осталась довольна. Глаза, которые смотрели на нее, были яркими и искрящимися — в них не было даже намека на то, что она проспала не более трех часов! Спасибо, Камерон, подумала она скептически.
Странно, но после душа она чувствовала себя более разбитой. Наверно, виноваты ее воспоминания о тех первых днях, когда Камерон как шторм ворвался в ее жизнь. И сознание того, что брак совершенно не оправдал ее ожиданий.
Кинув последний взгляд на свое отражение, Алессандра поспешила на второй этаж в офис Эндрю, где они вместе с Джоном Эдвардсом провели довольно результативные переговоры относительно рекламной кампании в наступающем году.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
