— Бей, — скомандовал Амиар, рывком натягивая тугую тетиву верного лука и посылая в подступающих всадников, кричавших и улюлюкавших, первую стрелу. — Рази! Пусть каждая стрела найдет свою цель! Не щадить никого!
Эльфы долгое время обстреливали окруживших их всадников, среди которых помимо корханцев, отличавшихся доспехами из кожи и войлока, были еще и воины в кольчугах, резко отличавшиеся от местных жителей цветом кожи и разрезом глаз. И вновь Перворожденные доказали, что по праву их считают настоящими мастерами в обращении с луком. Они менее чем за минуту истребили половину атаковавшего их отряда, прежде всего, стреляя по корханцам, которые были вооружены короткими сильно изогнутыми луками, еще более компактными, чем эльфийские, и почти столь же мощными. Варвары тоже не оставались в долгу, осыпая троицу эльфов тучей стрел.
Одному из товарищей Амиара не повезло. Стрела ударила его в правое плечо, пробив кольчугу и глубоко погрузившись в плоть. Он выронил лук и попытался направить своего коня прочь из боя, поскольку пользы от него уже не было. Но корханские лучники следующими выстрелами убили под раненым эльфом коня, а затем добили седока, буквально утыкав его стрелами. Амиар отомстил убийцам своего спутника, несколькими точными выстрелами убив либо тяжело ранив трех человек, но остальные, закидывая луки в налучи, уже устремились к эльфам, сжимая вокруг них кольцо. На скаку они выхватывали сабли и мечи.
— Колчан пуст, — прокричал Амиар, рука которого вместо древка очередной стрелы вдруг ухватила лишь пустоту. Не мешкая, он тоже вынув из ножен свой клинок. — Прикрой меня!
Воин направил коня между двумя мчавшимися на него всадниками. На полном скаку он полоснул по лицу корханца в войлочных доспехах и кожаной шапке, размахивавшего клевцом на короткой рукояти, при этом увернувшись от длинного меча, которым его попытался достать воин в кольчуге и широкополом железном шлеме.
Два эльфа сумели прорваться сквозь кольцо, оказавшись на какой-то миг за спинами врагов. Те, будучи отличными наездниками, быстро разворачивались в сторону Перворожденных. Лемиар, так и не отложивший лук, успел вогнать по стреле в спины двум кочевникам, но и сам поник в седле, когда воин в кольчуге в упор разрядил в него арбалет. Болт, пронзив тонкую кольчугу, вошел Перворожденному точно в сердце, мгновенно оборвав нить его жизни.
Амиар, вращая мечом, атаковал людей, не чувствуя более ничего, кроме желания захватить с собой как можно больше врагов. Где-то там уходила от погони его госпожа, и чем дольше он продержится сейчас, отвлекая безымянных врагов, чем больше успеет сразить их, тем больше становились ее шансы живой и невредимой выбраться из западни.
Эльф бился яростно, зная, что живым ему все равно отсюда выбраться не суждено. Он отсек руку корханцу, попытавшемуся ударить его саблей, одновременно метнув кинжал в того всадника, который только что стрелял из арбалета. Еще один всадник, закрываясь небольшим круглым щитом, обтянутым кожей, попытался ударить эльфа булавой, но Перворожденный увернулся, ответным выпадом разрубив щит кочевника вместе с его рукой. Искалеченный всадник издал громкий крик, будучи не в силах терпеть боль. Сомкнувшие кольцо вокруг единственного оставшегося в живых эльфа люди расступились, выпуская его на равнину. А затем двое кочевников сорвали с седел волосяные арканы и устремились к Амиару, размахивая ими. Эльф успел перерубить одну петлю, почти коснувшуюся его плеч, но второй аркан опутал его десницу. Варвар дернул, и эльф свалился с седла, выронив клинок.
Всадники с гиканьем устремились к сбитому наземь эльфу, потрясая оружием. Они двигались по кругу, не давая Амиару возможности бежать, и еще одна петля, брошенная твердой рукой, захлестнула его шею. Один из противников, опять же одетый в кольчугу и легкий шлем, чем разительно отличался от степняков, подъехал вплотную к эльфу, как раз пытавшемуся встать, и вернул его в исходное положение хорошим пинком. А оказавшийся рядом корханец от души добавил, ударив Амиара подтоком короткой пики по ребрам.
— Ушастая тварь! Ублюдок! Нелюдь! — Раздавались возгласы торжествующих врагов.
— Освободите меня, тогда и посмотрим, кто из нас ублюдок! — Эльф, разъяренный своей беспомощностью, бросился к одному из всадников, оказавшемуся ближе всех к Перворожденному, но рывок аркана заставил его с еле сдерживаемым криком упасть.
— Ты проиграл, эльф! У тебя было в руках оружие, но ты не смог им воспользоваться. — Обратился к растянувшемуся на земле Амиару человек в хороших доспехах, возможно — командир этого отряда.
— Надо его связать и доставить мэтру. — К командиру подъехал еще один воин, тоже в кольчуге и с прямым клинком на бедре. — Я думаю, эльф ему может пригодиться.
— Нет. Эльфа вы отдадите нам, — подал голос один из варваров. Он указал на Амиара саблей. — Он тоже станет частью оплаты.
— Мы не уговаривались об этом, — попробовал, было, возмутиться командир, в прочем, не слишком настойчиво. Разгоряченных боем, обернувшимся немалыми потерями, степняков было больше, и спорить с ними в такой миг не очень хотелось.
— У нас вообще не было речи о пленниках, — согласился корханец. — Но ведь вам нужна только эльфийка. Так что этого мы забираем. — Было ясно, что уступать кочевник не желает.
— Да ладно, Гартаг, не стоит ссориться из-за какой-то ушастой твари, — примирительно сказал человек в кольчуге. — Забирайте его, раз ты так хочешь.
Двое кочевников, буквально вылетев из седел, подхватили эльфа под руки и рывком подняли с земли, поставив на колени. Названный Гартагом человек кивнул, отдавая команду кому-то из своих воинов, и в воздухе сверкнула сталь. Амиар рванулся изо всех сил, пытаясь увернуться от опускавшегося на его голову обуха боевого топора, но люди держали крепко. Мир перед глазами эльфа вдруг озарился ярчайшей вспышкой, а затем наступила темнота.
Тем временем Мелианнэ почти достигла реки. Она уже видела пологий берег, поросший тростником и осокой. Переправы, разумеется, не было, но это вовсе не было главной трудностью. Гораздо хуже, чем отсутствие моста, было то, что четыре всадника скакали по пятам за принцессой. Она увидела, что человек, принимаемый ею за мага, поотстал, поэтому бросила в ближнего ней лучника сгусток огня. Магический снаряд угодил точно в цель, так что корханец умер, даже не успев ничего почувствовать. А в следующую секунду лошадь под эльфийкой дернулась и начала заваливаться на бок.
Мелианнэ в последнее мгновение успела освободить ноги из стремян и спрыгнула со смертельно раненого корханской стрелой коня на траву, сдернув с луки седла небольшой тюк. Легко перекатившись через голову, она вскочила на ноги и из последних сил побежала к видневшейся невдалеке полосе воды. Это могло показаться смешным, ибо не сможет на равнине пеший состязаться в скорости с всадником, но Мелианнэ боролась за свою жизнь, пользуясь любым шансом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
