стоять не надо. Я не массажистка.
Беллас положил документы на стол и вышел – пройтись по горячему песку.
21
Отель был переполнен. Ночь здесь обошлась бы лейтенанту Петроссу Ксагорарису в месячное жалованье, которое он получал от постоянно беднеющего греческого государства. В то время как большинство греков погрязли в кредитах и долгах, Миконос оставался местом развлечения богатых. Цены уже давно взлетели до небес, и жить здесь становилось все труднее, все дороже. Но кому-то же нужно делать дело.
– Полиция Миконоса. Я хотел бы поговорить с владельцем или управляющим.
В людях, которые могут позволить себе заплатить огромные деньги даже за одну ночь, есть что-то общее. Какая-то схожесть в лицах и даже тембре голоса. Они носят одинаковые стрижки и одежду. Некое глубинное ощущение довольства опутывает их единой сетью. Дух Миконоса зиждится не на золотом солнце или сияющем песке, не на роскошных ресторанах и спа-салонах. Подлинный дух Миконоса в том удовольствии, с которым гость, набрав код, расстается с двадцатью или тридцатью тысячами. Совершенно спокойно, не моргнув глазом. Если богачи и не идентичны совершенно, их абсолютная беззаботность универсальна.
– Могу я вам чем-нибудь помочь? – Ровный, спокойный голос принадлежал миниатюрной молодой женщине, одетой во что-то похожее на льняное полотенце с кружевами.
– Полиция Миконоса, – повторил он.
– Мистера Пиеридиса здесь нет, – сказала женщина в полотенце с кружевами. – Но я могу помочь вам по любому вопросу.
– Мне нужно поговорить со всем персоналом, работающим на массаже и йоге, – сказал Петросс и вдогонку добавил: – Те, кто по пилатесу, мне не нужны.
– Это займет некоторое время. Могу я предложить вам подождать в спа-салоне?
Ничего другого ему не оставалось. Несколько лет назад полиция Миконоса согласилась работать по возможности незаметно в местах скопления туристов и с тех пор относилась к достигнутому соглашению с уважением. Полицейский в форме, разговаривающий с администратором отеля, мог вызвать беспокойство, но проскользнувший в спа-салон местный хитрец вызывал снисходительную улыбку.
– Раз уж я жду, – с удивлением услышал Петросс собственный голос, – то мог бы получить и сеанс массажа.
– Вы можете записаться на прием в салоне, – ответила видавшая виды администратор. – В это время проблем не будет.
Не успел Петросс опомниться, как оказался в небольшом, но шикарном массажном кабинете.
Чтобы собрать персонал со всех четырех концов острова, понадобится по меньшей мере час, прикинул Петросс. А раз так, то почему бы не потратить это время на заботу о собственной спине? Наполнивший комнату чудесный освежающий аромат смягчил удар по бумажнику – сто пятьдесят евро за сорок пять минут. «В конце концов, богатство не так уж недоступно – оно ведь в ощущении, настроении. Платишь полторы сотни и забываешь обо всех заботах».
Он стоял в одних «боксерах», держа в руках кобуру, когда дверь медленно открылась, и в комнату вошла молодая женщина. Высокая, с чудесными округлыми бедрами и шелковистыми прямыми волосами.
– Привет. Я Соня. Вы готовы к массажу? – Она не заметила, как Петросс быстро спрятал кобуру под своей белой рубашкой.
– Да. Меня беспокоит спина.
– Конечно. Вы укажете мне, на чем именно следует сосредоточиться. Переоденьтесь вот в это и ложитесь. – Она протянула ему какую-то тряпочку. – Я вернусь через минуту, и мы сможем начать.
Она закрыла за собой дверь. Петросс снова остался один. Знойная монотонная музыка успокаивала и расслабляла. Веки отяжелели, движения замедлились. Осторожно, следя за каждым движением, он переоделся и лег лицом вниз на массажный стол. «Как на носилках. Не так ли их укладывал убийца?» Ему нужно было заставить их запрокинуть голову и раздвинуть ноги. Петросс сам попробовал эту позу. «Интересно, позволит ли Соня прикоснуться к ней? Нужно быть очень, очень осторожным». Он сел, уперев ладони в бедра. Она не торопилась.
Ему вдруг стало не по себе. Что, если Беллас найдет его вот в таком положении? Нет, он не скажет ни слова. В любом случае это всего лишь показуха, рассчитанная на то, чтобы всех успокоить и хорошо провести сезон. Так или иначе, через два месяца остров закроется на зиму, и они смогут списать все неприятности на психа, выбравшего самый популярный в Греции курорт для своей забавы – протыкать людям задницы якорями. Это к тому, что он ведь не единственный психопат, которого здесь видели. По правде говоря, за пять лет его службы в полиции ситуация сильно ухудшилась. Туристы как будто специально приезжали сюда, чтобы попробовать себя в роли лабораторных крыс, соревнующихся в употреблении наркотиков и спиртного. Потом они погружались на последний пароход или последний самолет и отправлялись обратно в мир, который считали нормальным.
Петросс встал. «Да она про меня забыла». Выйти и спросить? Нет, лучше лечь и подождать. В конце концов, официально он при исполнении. Вот только не грозит ли ему дисциплинарное взыскание? Решится ли Беллас подать на него рапорт? Нет, такого быть не может. Это же все показуха…
Впрочем, раз уж он здесь, почему бы не заняться делом? Начать можно с Сони. Расспросить о работе. Каково это – каждый день намазывать кремом все эти безымянные спины? Не возникает ли между массажистом и клиентом эмоциональная связь? А если у них прыщи? Можно ли ей надевать перчатки?
Петросс огляделся. На маленькой консоли в углу – роскошная экспозиция ароматических свечей и палочек, источающих пьянящее волшебство. Сколько же в этом бизнесе аксессуаров! Пожалуй, перебор. Он наклонился и открыл шкафчик. «Мне можно, я на службе». Ничего – вроде обычные профессиональные приспособления. Петросс закрыл шкафчик.
На принадлежностях для массажа специализировались целые компании, производя хлам, которого не было еще несколько лет назад. Свечи, палочки, всякие гаджеты… Так…
Он снова открыл шкафчик. Гаджетом это, пожалуй, не было. Это была лебедка с гордым названием «Смиттибилт». «И что же делает лебедка в массажном кабинете?»
По спине прокатился ледяной ручеек. Петросс подскочил к массажному столу, схватил свою белую рубашку, порылся в рукаве и, расстегнув кобуру, достал револьвер и, не отрывая взгляда от двери, взвел курок.
Он ждал.
Похоже, весь день потрачен впустую. Где же она? Он ждал. Появившись наконец в дверях, женщина увидела направленный на нее служебный револьвер.
– Что это? – крикнул Петросс, мотнув головой в сторону открытого шкафчика. Палочки все еще горели.
Соня вдруг вскрикнула, глаза ее забегали. В следующую секунду она сделала шаг назад и побежала.
– Стоять! – крикнул Петросс, следуя за ней. – Стоять!
Но она уже исчезла.
Он мысленно выругался, столкнувшись с молодой парой.
– С дороги! В комнату!
Пара мгновенно послушалась, но не потому, что испугалась оружия –
