Шли они долго. У девочки, к счастью, были с собой бутерброды, которые дал ей в дорогу Железный Дровосек, так что голод их не мучил, но когда солнце начало клониться к западу, а местность оставалась незнакомой, хотя им давно уже полагалось бы дойти до Страшилиной золотой башни в форме кукурузного початка, Дороти забеспокоилась.
Внезапно тропинка утёрлась в хвойный лесок.
— Странно! — воскликнула девочка, растерянно оглядываясь.
— Мы заблудились? — догадался Ассо. Он очень устал и шёл из последних сил. — Я наяву или во сне табличку вижу на...
Дороти тоже устала, поэтому даже не стала договаривать за поэта забытое слово. Она подошла к сосне и действительно увидела приколоченную к стволу табличку, на которой крупными красными буквами было написано:
«Берегитесь беглой дороги!».
— Ну и ну! — удивилась девочка, на всякий случай подхватывая Тотошку на руки. — Что это ещё за беглая дорога?
Ассо тоже впервые о ней слышал. Но им не пришлось долго оставаться в неведении. Почти в то же мгновение раздался громкий шум, и из-за большого камня выскочила эта самая беглая дорога. Не успели Дороти с Ассо моргнуть глазом, как дорога подхватила их, забросила на себя и ринулась вперёд через лес.
— Эт—то неслыханно! — пробормотал, заикаясь и стуча зубами, испуганный поэт. Дорога мчалась, сгибаясь, разгибаясь и подскакивая, словно какая-то невиданная громадная змея. Бедных путников трясло и подбрасывало. Ассо пришлось обнять девочку, чтобы не дать ей свалиться.
— Куда она, интересно, бежит? — подумала вслух Дороти.
Она так крепко прижимала к груди Тотошку, что пёсик даже заворчал. Девочка, естественно, не ожидала ответа на свой вопрос, но неожиданно раздался громкий, скрипучий голос:
— На перечный рудник. А вы очень кстати подвернулись, будете для меня перец копать.
— Копать перец! — в ужасе повторил Ассо. — О нет, это невозможно!
Лишь только представлю, что перец копаю,Немедленно неудержимо…
А... А... Апчхи! — закончил он и вытер платком заслезившиеся глаза.
— Но перец вовсе не добывают в рудниках, — возразила Дороти. — Он растёт на деревьях.
— У вас на деревьях, а у меня в руднике, — ответила дорога и, изогнувшись, злобно посмотрела на своих пленников каменными глазами. Ни Дороти, ни Ассо ничего на это не ответили, и дорога понеслась дальше. Их так трясло, что они и не могли разговаривать. Им только и оставалось, что крепко держаться друг за друга да стараться не прикусить себе языки.
Ассо, который провёл всю жизнь в уюте и безопасности родного города, никогда не бывал в подобных переделках и сейчас совсем растерялся. Но Дороти пришлось за годы жизни в волшебной стране пережить столько необыкновенных приключений и повидать столько странного и невероятного, что она сохранила хладнокровие и сейчас спокойно размышляла, как бы перехитрить беглую дорогу.
«Спрыгнуть не получится, — думала девочка, — слишком опасно, мы можем разбиться. Но... — Она подняла глаза и задумчиво посмотрела на деревья и кусты, мимо которых неслась дорога. — Если бы удалось ухватиться за низко нависающую ветку... Вот оно, придумала!»
С большим трудом, потому что шум и тряска очень мешали, она на ушко поделилась своим планом с Ассо Нансом. Он радостно закивал и, взяв Тотошку у девочки, сунул его себе за пазуху, чтобы у обоих руки были свободны. Увидев впереди большое дерево, они принялись громко считать вслух и, когда его ветви нависли над несущейся дорогой, разом подпрыгнули и изо всех сил ухватились за нижнюю толстую ветку. Дорога, ничего не заметив, понеслась дальше. Только когда она скрылась из вида, Ассо и Дороти решились выпустить ветку. Первым спрыгнул юноша и помог приземлиться Дороти. Потом он вытащил из-за пазухи испуганного, скулящего Тотошку.
— Ну и дела! — вздохнула Дороти, бессильно прислонившись к спутнику. — Ничего себе, прокатились! Куда же она нас затащила, интересно?
— И ч-часто у вас тут, внизу, такое быв-вает? — осведомился поэт, у которого зуб на зуб не попадал.
— Беглую дорогу впервые вижу, — ответила Дороти. — Но, вообще-то, у нас разные чудеса и диковины попадаются на каждом шагу, не одно, так другое. А сейчас для нас главное — выяснить, где мы находимся.
Кругом одни кусты да ёлки.Боюсь, не водятся ль тут…
— Волки! — вздохнула Дороти. — Делать нечего, пошли!
Она стала осторожно пробираться через чащу. Притихший Тотошка смирно шёл рядом, а рассеянный поэт, озираясь по сторонам, брёл следом.
Глава десятая. Принц Огненного острова
Не успели Дедуля со спутниками оправиться от потрясения, когда поняли, что несутся не наверх, а ещё глубже вниз, как лестница остановилась, вздрогнула и сильным толчком сбросила их со ступенек, после чего взвилась вверх.
— Отряд, рассыпься! — рявкнул Дедуля первую пришедшую в голову команду.
— Не хочу рассыпаться! — дерзко возразил командиру Билл, Тряпицио и Майя от неожиданности и испуга ничего не сказали. Некоторое время все четверо молча падали по какому—то широкому вертикальному туннелю, освещённому неярким призрачным светом. Воздух тут тоже был странный, какой—то необычно густой и плотный, так что падали они довольно медленно — гораздо медленнее, чем в бездонном дупле. Ниже всех опускалась Майя, и её цветочная юбка красиво развевалась вокруг стройных ножек. За ней летел Тряпицио, прижимая к груди Билла, а другой рукой держа красный зонт. Последним падал Дедуля, причём его ружье, барабан, сабля и рюкзак тарахтели, словно камешки в жестяной банке.
— Я чувствую себя бабочкой! — со смехом воскликнула цветочная девушка. — Мы научились летать, командир?
— К сожалению, нет, детка, — пропыхтел старик — Это не полёт, а падение.
— Всё равно приятно! — отозвалась девушка.
— Приятно-то оно приятно, да вот на что мы упадём, хотел бы я знать! — проворчал Дедуля. Вспомнив, как неприятно было падать на гравий, он поспешно нащупал в кармане бутылку с волшебным лекарством.
— А от падения это лекарство не помогает? — спросил Тряпицио, заметив, что наставник держит бутылку. Дедуля поднёс её к самым глазам и сощурился. Очень трудно читать, когда падаешь, но старый солдат с этим нелёгким делом справился и прочёл вслух: «При выпадении волос — одна капля на стакан воды».
— Но мы же не волосы! — справедливо заметил Билл.
— К тому же если только наши волосы перестанут падать, а мы нет, то мы облысеем, а это нам ни к чему, — согласился командир. — Да и воды у нас все равно нет.
— Штормовое предупреждение! Штормовое предупреждение! — внезапно закричал Билл металлическим голосом. — Берегись! Берегись!..
Не успел он выкрикнуть третье «берегись!», как воздух внезапно утратил свою необычную плотность, и наша четвёрка полетела вниз значительно быстрее, а ещё через несколько мгновений друзья с шумом и плеском свалились в глубокое подводное озеро. Громко отфыркиваясь, Дедуля вынырнул на поверхность.
— Вот тебе и пожалуйста! То не было воды, а теперь больше, чем надо! — проворчал он и забарахтался в волнах, оглядываясь по сторонам в поисках спутников.
Майя плыла, словно крошечный цветочный остров, и влажные листья папоротника красиво обрамляли её белое личико. Тряпицио изо всех сил старался удержаться на поверхности, но ему очень мешали тяжёлый железный Билл и громадный зонтик, и юноша снова и снова погружался с головой. Дедуле тоже трудно было плыть — мешало снаряжение, не говоря уже о деревянной ноге. Из последних сил он подплыл к воспитаннику, по—прежнему сжимая в руках бутылку.
— Абсолютная влажность — сто процентов, — доложил Билл, когда его голова на мгновение показалась из-под воды. Тут же он вместе с принцем снова пошёл ко дну.
— Дедуля, я тону! — успел крикнуть Тряпицио, вынырнув ещё раз. Благородному юноше и в голову не приходило бросить на произвол судьбы Билла и отцовский зонт, хотя без них он без труда выплыл бы. Дедуля так запыхался, что ему было трудно говорить, поэтому он молча выбросил руку в сторону тонущего принца. К счастью, это оказалась та рука, которая держала бутылку. Этикетка оказалась у Дедули перед глазами, и то, что он на ней увидел, пробудило в нем надежду. «При утоплении — один глоток», — было написано там.
— Не надо, мальчик, не тони! — взмолился старик. — Смотри, вот лекарство!
Отчаянным усилием он ухватил Тряпицио за волосы и прижал бутылку к его губам.
