Мэган закрыла глаза, моля Бога, чтобы Шейн согласился.
— Шейн, послушай его. Еще не слишком поздно, — сказала она умоляюще.
Шейн круто развернулся и посмотрел на нее.
— Что он предложил тебе, чтобы ты была на его стороне? Деньги? Положение во дворце? Может быть, шанс быть его любовницей? Да, я угадал? Его не могли ведь называть плейбоем просто так. Горбатого могила исправит, как говорится.
Резкий голос принца прервал тираду Шейна:
— Я не предлагал ей ничего подобного, и даже если бы пытался — чего я не делал, — она слишком благородна, чтобы оценивать себя так дешево. Если бы у меня руки не были связаны, я бы раздавил тебя как мерзкое насекомое.
Шейн поставил обе руки на подлокотники кресла.
— Легко быть крутым, когда знаешь, что не можешь ничего сделать.
Бен не отвел глаза.
— Развяжи меня, и я с радостью докажу, что это не пустые слова.
С бешено бьющимся сердцем Мэган встала и оттолкнула Шейна от Николаса.
— Ты сказал, что хочешь поговорить, а не спорить из-за меня. Мое мнение — только мое мнение. Не нужно говорить, что меня можно купить. Я не пешка. Ни для одного из вас, — добавила она, свирепо взглянув на принца Николаса.
Казалось, Николаса все… забавляло, подумала она в изумлении. Что забавного в такой ситуации? Неужели он не понимал, что Шейн способен на все? Однако она совершенно точно видела в темных глазах принца какой-то блеск, как будто бы он находил ее попытку защитить его очаровательной, но вместе с тем и ненужной.
И снова ей пришло на ум, что он ведет себя более самоуверенно, чем у него были на то основания, как будто он был частью какого-то плана. Какого? Если только не…
…если только ее подозрения не были правильными и он не был частью ловушки, расставленной для Шейна и его группы. Ловушки, в которую и она попалась. Сейчас ее это не заботило. Она хотела, чтобы все поскорее закончилось. Похищениям нет оправдания, их не должно быть, как и ее чувства к Николасу.
Боль пронзила ее. Конечно, прежде всего она должна быть верной Шейну. Следует ли ей поделиться своими подозрениями с братом? Она посмотрела на Николаса. Его глаза умоляли. Неужели он чувствовал, что она подозревает правду? У нее были какие-то секунды, чтобы решить, что делать. Но ей и не понадобилось так много. Когда Шейн связался с преступниками, он потерял право на ее поддержку.
— Спасибо, что защищаете мою честь, ваше высочество, — сказала она, подчеркивая его титул, — но я могу сама постоять за себя.
Николас наклонил голову в знак согласия.
— Я и не сомневаюсь, — сказал он.
— Я перегнул палку, сказав про любовницу, Мэган, — мрачно сказал Шейн. — Но что я сказал про него — действительно так. Короли используют людей.
Николас сжал зубы:
— А ты нет?
— Я верю, что все люди равны.
— Однако ты отдаешь приказания своей сестре и ожидаешь их беспрекословного выполнения.
— Тут совсем другое.
Николас поднял голову:
— Правда? Если все люди равны, то зачем угрожать ее ребенку, чтобы заставить ее сотрудничать с вами? Ведь, наверное, Мэган сама должна выбрать, участвовать в вашем плане или нет.
Шейн окинул Мэган мрачным взглядом.
— Смотрю, вы оба хорошо поговорили. Теперь моя очередь. Начнем с того, что ты знаешь о сокровищнице.
Николас холодно кивнул.
— Ну что ж! С удовольствием отвечу. Это — миф.
— Да, допустим, что много легенд существует вокруг нее, — согласился Шейн, — но сама она существует.
— Откуда ты знаешь?
— Наш источник из дворца сказал… — Шейн осекся, и выражение его лица стало коварным. — Неважно, как я узнал. Я знаю.
Он поднял сжатый кулак, и Мэган увидела, как принц Николас напрягся. Она больше не могла терпеть.
— Шейн, перестань. Он уже сказал, что не знает ничего.
— О, я думаю, он знает гораздо больше, чем говорит. — И он нагнулся над Николасом. — Ты скажешь, как пройти к сокровищнице, или мне опять позвать Дейва?
Николас только сверкнул глазами, услышав имя Дейва, и весь подобрался, натянув веревки настолько, насколько они ему позволяли.
— Делай что хочешь. Я ничего не скажу тебе, — ответил он решительно.
Ее восхищение смешалось со страхом. Какой бы план ни вынашивал Николас, она хотела, чтобы он действовал скорее. Она понимала, что терпение Шейна на пределе. Ей нужно что-то предпринять до того, как Николас рассердит его окончательно.
Она встала, слегка покачиваясь, с неподдельной бледностью на лице.
— Шейн, я… мне плохо.
— Какого черта…
Мэган увидела, как Николас вскочил с кресла, услышала, как он проклинал веревки на руках, затем почувствовала, как ее брат поймал ее.
Она держала глаза закрытыми, в то время как Шейн положил ее на диван и накрыл покрывалом. Он тер ее руки своими.
— Очнись, Мэган. Пожалуйста, очнись.
Мэган не открывала глаз.
— Разве ты не видишь, что она больна? Пошли за доктором.
— Я отдаю здесь приказания, — закричал Шейн.
— Тогда отдай хоть одно полезное тому чудовищу на улице. Пошли его за доктором.
— Ты ведь только того и ждешь? Если я отошлю своего лучшего человека, тебе будет легче сбежать.
— Если я дам слово не пытаться бежать, ты пошлешь за доктором?
Мэган чуть не выдала себя, открыв глаза. Как Николас мог обещать такое? Она разыграла обморок специально, чтобы дать ему шанс. Предлагая себя в залог за нее, он рушил ее планы.
Она слегка простонала и открыла глаза.
— Что произошло?
Шейн, казалось, был в замешательстве.
— Ты потеряла сознание. Я не знал, что делать.
— Я сказал тебе, что делать.
Она посмотрела вокруг и увидела Николаса на ногах, неудобно балансировавшего руками, все еще связанными за спиной. Почему он ничего не сделал? Она подняла голову.
— Со мной сейчас все в порядке.
— Нет, не все. Вам нужно обратиться к врачу.
Уверенность Николаса была практически ее гибелью. Она почувствовала, как все вокруг нее стало нечетким, и поморгала, чтобы избавиться от неприятного ощущения.
— Я правда в порядке. Мне просто нужно отдохнуть.
Шейн неуклюже натянул покрывало на ее ноги.
— Ты отдыхай. Я продолжу разговор с принцем позже.
Он встал и вытолкнул Николаса из комнаты. Она закрыла глаза, и неподдельное изнеможение навалилось на нее. Она дала Николасу шанс. Но он им не воспользовался.
Глава пятая
Бен был почти уверен, что Мэган догадалась, кто он. Хотел бы он знать, был ли ее вчерашний обморок неудачной попыткой помочь ему или нет.
Он чуть не сошел с ума, видя, как она падает. Она выглядела такой беспомощной, что он хотел вырвать ее у брата, взять на руки и качать, как в люльке, пока она не придет в себя. В первый раз он почувствовал себя пленником. Но не Шейна и его банды. Хрупкой красавицы со стальным сердцем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
