собственно каменная печь. Сейчас она не горела.
– А что вы сегодня ничего не сжигаете? – невинно хлопнув глазками, спросила я.
– Нет, утилизация будет послезавтра. Чего ради пары костей да миски мышц дрова переводить.
Ведьма внутри меня встрепенулась и алчно глянула на контейнеры полные вожделенного «добра». Дело осталось за малым – пробраться сюда незаметно и утащить трофеи.
Глава 5
Осуществить задуманное оказалось не так уж и просто. Тепло попрощавшись с профессором, я вышла из здания факультета некромантии, да так чтобы это видели все. Покрутившись в холле, я построила глазки местным студентам, отчего те поплыли и принялись бестолково мне лыбиться. Потом я полезла с разговорами к вахтерше…
В общем, свидетелей того, что я ушла с места будущего преступления, у меня хватало. Притаившись в густых кустах у самого входа, я принялась выжидать удобного момента, чтобы проскочить обратно.
Прошел час. Мои ноги изрядно покусали муравьи. Кожа зудела и нещадно чесалась. Но я стоически терпела и ждала.
Прошел еще один час. Мы подружились с муравьями, я подкинула к их муравейнику большой леденец и мгновенно стала для них желанным гостем. Мои ноги оставили в покое и позволили отсиживаться в зарослях.
Прошел третий час. Я сплела венок из веточек. Построила шалашик для муравьев и отдала еще один леденец.
Прошел четвертый час. Венков стало уже три. На бугорке муравейника красовался городок из шалашиков с забором и рвом, через который я протянула мостик.
Наконец, я заметила, как вахтерша покинула свой пост и отправилась в сторону столовой. Это был мой шанс. Выбравшись из своего тактического укрытия и быстро размяв затекшие ножки, я понеслась обратно в здание факультета некромантии, зажав в руках свое направление. Если поймают, включу провинциальную дурочку и сошлюсь на то, что забыла спросить, кому отдавать сие направление с автографом профессора лу Траапа.
Но мне повезло.
Пустой холл я миновала быстро. Слетая по лестнице в подвал, услышала разговор и приближающиеся шаги. Решение в голове созрело мгновенно, склонившись и осторожно поставив сумку на ступеньки, я принялась завязывать несуществующие шнурки на своих туфельках. В общем, залезла под подол балахона и изобразила бурную деятельность. Студенты прошли мимо меня, не обратив на мою персону внимания.
Пока все складывалось замечательно.
Спустившись в подвальное помещение, где располагались лаборатории, я крадучись пробралась к крематорию. Приоткрыв дверь, шмыгнула внутрь. Тут никого не оказалось. Удача! Отыскав глазами коморку со швабрами, которая обязана быть в любом учебном помещении, я залезла в нее, громыхая металлическими ведрами. К счастью, меня никто не услышал!
Первая часть моего плана сработала. Осталось подождать, пока закончатся занятия, и студенты с учителями разбредутся по общежитиям.
Прошел час. Стоять без дела мне надоело, и я принялась обшаривать крохотное помещение. Ничего, кроме старой тряпки и пары ведер, не обнаружила.
Прошел второй час. В коморку пробралась мелкая серая мышь. Чего мне стоило не заверещать и не выскочить наружу. Я, страдая от жуткого страха и брезгливости, косилась на мелкую пакостницу. Та, словно зная какой эффект произвела на меня, бегала вдоль стены и дергала хвостиком.
Прошел третий час. Мы с мышкой неплохо поладили. Я отдала ей кусочек хлеба, что был в моей сумке, и теперь тихо жаловалась ей на жизнь. Грызун хомячил хлеб и внимательно слушал. В помещение крематория пару раз входили. Я слышала, как гремят крышки металлических бачков. Видимо, это уже мне «вкусняшек» ссыпали.
В здании стало совсем тихо. Попрощавшись с мышкой и дав ей еще кусочек засохшей печенюшки, которую я нашла в кармане, я выбралась из своего укрытия. Осторожно подойдя к контейнерам, распахнула один из них. Мда…
Вонь из него исходила, я вам скажу…
Но делать нечего. Склонившись над красным месивом, я пыталась высмотреть хоть что-то, по определению подходящее под «живое», но ничего не выходило. Покрутившись, я открыла второй контейнер. То же самое. Куча мышц, костей и странных мерзких красных сгустков и ничего «живого». Только режущая глаза вонь!
Печалька!
Нависнув над контейнером, аки коршун над падалью, я усиленно соображала, что делать. Ну не руками же все это разгребать. Из кладовки, в которой я укрывалась, выскочила мышка и с печенюхой в зубах побежала вдоль стенки.
А это идея…
Схватив сумку, я вынула из нее честно украденный бутыль с оживляющим зельем. А чего? Я что зря два часа над котлом пыхтела. Это процент от работы. Все честно. Откупорив крышку бутыля, я вылила немножко зелья прямо в центр одного из контейнеров. Первые несколько секунд ничего не происходило. Я терпеливо ждала в надежде, что «живое» польстится на угощения.
Расчет оказался верным!
В правом углу что-то зашевелилось, и показался пальчик, судя по всему – мизинчик. Опешив, я не сразу сообразила, что это и есть моя добыча. А между тем живчик, ползком изгибаясь в фалангах, усиленно полз к угощению. Мне стало совсем дурно. И как теперь вот это ловить и, главное, куда сажать?
Пораскинув мыслями, я полезла в сумку, в конце-то концов, она же у меня женская, а значит, там есть все: от румян до смертельного яда. Зарывшись в нее с головой, я принялась перетряхивать содержимое из одного угла в другой, как вдруг на глаза мне попался холщевый мешочек для трав. Я его прихватила, чтобы ингредиенты утаскивать из лаборатории. Но я все, что можно, уже уволокла, а этот мешочек, видимо, лишним оказался.
Вот и пригодился, родненький мой!
Вынув находку, я плотоядно глянула на мизинчик, который уже крутился в центре контейнера, вымазываясь в зелье. Прикасаться к нему ну очень не желалось и не хотелось. Поморщившись, все же решилась поднести ладонь к мизинчику и замерла, не в силах себя перебороть.
Гадость! Гадость! И еще раз гадость! Короче, трижды гадость!
Готовая взвыть, я от злости на себя сжала кулаки и потрясла ими в воздухе.
– Так, Амелия, соберись! Это просто пальчик, – успокаивала я себя. – Ну, посмотри, какой он миленький и маленький. Возьми салфеточку и осторожно положи его в мешочек.
И тут же мой внутренний голос завопил о том, что это неприемлемо. Но я постаралась его не слушать. Вынув из сумки тонкую бумажную салфеточку, я снова покосилась на свою «жертву». Мизинчик, ни о чем не подозревая, весело резвился в зелье.
Фиии…
– Надо, Амелия, надо, – сурово выговорила я, – это жертва ради ведьминской науки. Ты просто обязана поймать этот палец.
Зажмурившись, я быстро схватила скользкую жертву салфеткой и сунула ее в мешок. Ура! Я это сделала.
Я
