— Я просто…Ярослав, что ты делаешь? Прекрати!
Он вдруг оказывается совсем рядом и подхватывает на руки.
Мое тело отрывается от кровати, и он несет.
Меня ни разу не носил на руках парень. Это так страшно. Волнительно. Страшно и волнительно одновременно. Если бы у меня итак не вертелся калейдоскоп перед глазами, то голова бы точно закружилась от нереальных ощущений.
Обхватываю его за шею. Утыкаюсь носом куда-то в район груди. Мое состояние близко к обморочному.
Против всякой логики тело и мозг испытывают такую эйфорию, с которой сложно справиться. Словно тяжелый груз только что свалился с моих плеч, понимание, что теперь я не одна. Теперь все будет хорошо.
Это последнее, что я помню, прежде, чем отключиться.
Глава 14
Прихожу в себя с пониманием, что я сейчас явно не в своей кровати. При том что лежу, а под головой у меня что-то мягкое, наподобие подушки.
Движение, смена светотени. Я в салоне автомобиля.
На заднем сиденье, кажется, и меня куда-то везут.
Почему я здесь?
Пытаюсь подняться и тут же встречаюсь глазами с внимательным взглядом, который отражается в зеркале заднего вида.
— Варь, все в порядке, мы ко мне едем, — говорит Королев, — уже подъезжаем.
Мгновенно вспоминаю все. Как он пришел, поставил перед фактом, что еду с ним, а потом нес на руках.
Черт.
Сколько времени я была без сознания? Угораздило же.
— Я не хочу к тебе, Королев, хочу домой.
— Эту каморку ты называешь домом?
— Извини, другого сейчас нет. Верни меня туда.
— Варь, ты сейчас не в том положении, чтобы диктовать условия.
Голова по-прежнему идет кругом, простуда никуда не исчезла.
Вновь откидываюсь на подушки и закрываю глаза.
Везет к себе. Вот так просто? К себе это куда?
Снова открываю глаза. Постепенно, помогая себе руками, принимаю сидячее положение. Немного сползаю вниз, чтобы можно было удобно облокотить голову.
— Ты с кем живешь, один? — срывается вопрос.
— Вообще пока что с родителями. Хотел после окончания школы съехать, мне не горит.
— А, — мычу неопределенно.
Дальше едем молча.
Если с родителями, значит, не должен приставать. Да что там приставать. Наверняка его вместе со мной даже на порог не пустят. Так о чем волноваться?
Придется ему меня назад везти. Нет, лучше сразу на работу, какая ему разница.
Мысль о работе пронзает током, и я тут же принимаюсь шарить по карманам в поисках телефона. Главное не опоздать.
Не могу найти. Не помню, брала или нет.
— Ярослав, не видел мой телефон?
— Здесь он, на переднем.
— Ты не мог бы передать?
— Зачем тебе? Кому собралась звонить?
— Никому, мне время посмотреть. Как бы на работу не опоздать.
— На работу? Ты сейчас серьезно, Савельева?
— Да, конечно. Я же работаю в…ну, в общем, ты знаешь, где. В восемь начало. Мне очень нужны деньги, поэтому я не могу пропустить.
— Забудь об этом. Ты себя видела? Да ты еле на ногах держишься. Даже сидишь вон, с трудом.
— Ярослав, дай, пожалуйста телефон.
Не отрываясь от дороги, он протягивает руку к соседнему сиденью, а потом протягивает мне, не отрываясь от дороги.
Хватаю телефон из его пальцев и включаю.
Фух, еще целый час.
— Ну, что? Успокоилась?
— Да, в запасе еще час. А ты где живешь?
— На Вишневой.
— Не знаю, где это. Далеко от центра?
Машина подскакивает на какой-то кочке. Несильно, но в голове так адски больно стреляет, что я морщусь.
— Как тебе сказать. Собственно, уже почти приехали.
Мы сворачиваем в очередной раз, проезжаем чуть вперед и заезжаем в распахнутые ворота коттеджного поселка.
Притормаживаем у пункта охраны, ждем, когда шлагбаум поднимется.
Дальше я не могу уследить, берегу силы. Вроде бы направо и снова направо. Скорее всего он не захочет уезжать из дома, раз только что приехал. Придется вызывать такси.
Останавливаемся.
Королев выходит из машины, распахивает заднюю дверь и оказывается рядом.
— Варь, давай помогу.
Помогает мне вылезти из машины. С ужасом понимаю, что хочет снова взять на руки.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Нет, Ярослав, — охаю, но он не обращает внимания и подхватывает.
Вцепляюсь в него и замираю.
Он несет в дом, а я жду минуту позора. Утыкаюсь в его свитер, почти не дышу.
Чувствую, что он начинает пониматься по лестнице. Несет дальше, а потом останавливается.
Я оказываюсь посажена на кровать, он же садится рядом.
— Ярослав.
— Это гостевая комната, — говорит он, — никто не будет против, если ты поживешь тут немного. У нас их два десятка.
Я молчу.
— Давай, раздевайся и ложись под одеяло. Я вызову тебе врача.
Мне хочется расплакаться от такой заботы. Так обо мне никто не волновался со смерти мамы. А тут практически незнакомый парень. Не то что незнакомый, наоборот, тот, который, как я думала, чуть ли не ненавидит.
Он начинает стягивать с меня свитер. Я позволяю. Мне приятны его близость и прикосновения. Нравится, как от него пахнет.
Следом за свитером идут кроссовки. Отмираю лишь на джинсах.
— Я сама.
— Хорошо.
Королев отходит к окну, начинает разглядывать пейзаж.
Быстро стягиваю джинсы, пока не сделал это за меня, носки и юркаю в кровать под одеяло.
Эта кровать совсем не такая, как в сторожке у Молчанова. Она широкая, удобная. Никогда раньше не спала на такой.
Постельное белье очень хорошего качества и от него распространяется волшебный аромат каких-то цветов.
Прежде чем ложиться в такую кровать, необходимо принять душ. Да только сил на это нет.
— А про работу забудь, Савельева.
Королев разворачивается и теперь смотрит прямо на меня.
— Сколько там тебе надо денег?
— Сегодня я бы заработала три тысячи, а вообще нужно триста.
— Вот как? Интересно, на что.
Его брови слегка изгибаются.
Ну, давай, Варя. Не думай о своей гордости, думай о Марусе.
— У меня есть сестра, младшая, — произношу медленно.
— Когда умерла мама, меня забрал Молчанов. Но Марусю он взять наотрез отказался и ее поместили в детский дом. Сейчас идет сокращение мест и ее хотят перевести в другой регион. Но за триста тысяч нянечка согласилась переговорить с кем-то, кто за это отвечает и попросить, чтобы ее никуда не переводили.
Он слушает не перебивая, не меняясь в лице. Я вздыхаю и продолжаю.
— Первым делом я попросила Молчанова помочь. Одолжить мне эти деньги. Но он отказался. Тогда я решила, что поеду за Марусей туда, куда ее переведут. Для этого мне и нужны некоторые сбережения. Они сказали до завтра думать, потом будет поздно.
— Это к ней ты ходишь после школы?
— Да, навещаю. Стараюсь каждый день. Да и деньги нужно передавать регулярно чтобы за ней лучше смотрели.
— Так, ясно. Адрес детского дома и полные имя-отчество-фамилия сестры.
Не спрашивает, приказывает.
— Зачем еще?
— Затем.
Называю все, что он просит. Он записывает в телефон.
— Хорошо.
Потом подходит ближе и присаживается на край кровати.
— Варь, ни о чем не волнуйся. Ни о сестре, ни о деньгах.
— Нянечка сказала, до четверга.
— Не стоит спешить с деньгами. Хотя…у нашей семьи они есть, если что. Но есть и юристы. Мы подумаем и решим, как лучше.
— Что ты будешь делать?
— Сейчас я поеду в офис к отцу и поговорю с кем нужно. Выясним, что там творится. Твое же дело оставаться в постели и выздоравливать. Врача, как и сказал, сейчас пришлю. Он тоже наш, семейный. Главное, никуда не срывайся, дождись меня, хорошо?
Я несмело киваю.
— Договорились? Варь?
— Да, хорошо.
Он поднимается, идет к двери.
— Варь, я постараюсь недолго. И сразу вернусь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Хорошо, — снова киваю.
За Ярославом закрывается дверь, а я продолжаю пребывать в каком-то ступоре. Лежу и не могу поверить в происходящее.
